Старград
Шрифт:
В глубине души он знал ответ. Знал его с самого начала.
— Я выбираю... — начал Айто и открыл глаза. В них плясали языки пламени, отражая его истинную сущность. — Я выбираю силу!
Одним молниеносным движением, быстрее, чем кто-либо мог предположить, он развернулся и вонзил Огненный Меч не в Змея, а в саму Ехидну. Лезвие пронзило её чешуйчатое тело, выйдя с другой стороны в фонтане тёмной крови.
Древняя демоница завизжала, её крик разнёсся по горам, заставляя камни крошиться и осыпаться. Её тело изгибалось и корчилось, пытаясь освободиться от пронзившего его клинка.
— Предатель! Глупец! Ты не
— Мне не нужна твоя помощь, — холодно ответил Айто, проворачивая меч в ране. — Я сам выбираю свой путь. Не ты, не Святозар — никто не будет решать за меня.
Ехидна издала последний вопль, её тело начало распадаться на части, разлагаясь на тёмные сгустки энергии, которые впитывались в лезвие Огненного Меча, меняя его. Чистый свет клинка померк, уступая место тёмному, багровому сиянию, пульсирующему в такт биению сердца Айто.
Когда Ехидна исчезла, превратившись в пепел, разносимый ветром, Айто медленно повернулся к Змею. Огненный Меч в его руке больше не светился чистым светом — теперь его лезвие пылало тёмным пламенем, словно впитав всю ярость и ненависть Ехидны.
— Твоя очередь, Святозар, — произнёс Айто, и его голос изменился, став глубже и древнее, с отголосками потрескивающего пламени. — Я благодарен тебе за жизнь, которую прожил. За воспоминания, которые ты мне подарил. Но эта жизнь теперь моя, и я не отдам её.
— Ты сделал свой выбор, — печально произнёс Змей, все три его головы склонились, словно в знак покорности судьбе. — Да будет так. Но знай, что без меня равновесие нарушится, и хаос поглотит оба мира.
Кузя, осознав намерения Айто, бросился вперёд, его маленькое тело двигалось с неожиданной для такого существа скоростью:
— Айто, стой! Что ты делаешь? Это же не по плану! Мы должны были освободить Святозара, а не уничтожать его!
— Планы изменились, маленький друг, — усмехнулся Айто, его лицо исказилось, черты заострились, став чуждыми и нечеловеческими. — Я понял, кто я на самом деле. И я больше не буду прятаться. Я больше не буду притворяться кем-то, кем не являюсь.
Он взмахнул мечом, и волна тёмного пламени ударила в Кузю, отбросив его к скалам. Домовёнок ударился о камень и сполз вниз, оставляя кровавый след.
— Айто! — в ужасе закричала Зарина, бросаясь к раненому Кузе. — Что с тобой? Остановись!
Самир выхватил свой кинжал, а Кемаль занял боевую стойку, но оба знали, что не могут противостоять силе, которую теперь излучал их бывший друг.
Но было поздно. Айто, или теперь уже Огневор, отбросил Расщепитель — оружие, которое больше не было ему нужно — и сжал Огненный Меч обеими руками. Вокруг его тела заклубилась тёмная аура, поднимаясь ввысь как смерч из чёрного пламени.
— Ты думал, что можешь использовать меня, — произнёс он, обращаясь к Змею. — Ты думал, что я лишь инструмент для твоего возвращения. Но я выбрал другой путь.
С этими словами он бросился на Змея Горыныча с невероятной скоростью, преодолев разделявшее их расстояние в мгновение ока. Огненный Меч, искажённый его демонической сущностью, рассёк воздух со свистом разрываемой ткани реальности.
Змей попытался защититься, выпустив в атакующего поток синего пламени из всех трёх пастей одновременно. Огонь и тьма столкнулись, породив взрывную волну,
которая сотрясла всю гору, откалывая от неё куски размером с дома.Айто был отброшен назад, но тут же восстановил равновесие, опершись на меч. Его одежда дымилась, лицо было покрыто копотью, но глаза горели решимостью.
— Это бесполезно, Святозар, — прошипел он. — Ты слишком долго был заточён в этом теле. Ты ослаб.
— А ты слишком самоуверен, Огневор, — ответил Змей, расправляя крылья, которые заслонили собой небо. — Я — хранитель равновесия. Моя сила не в разрушении, а в гармонии.
Земля под ногами Айто задрожала, и из неё вырвались лозы света, пытаясь опутать его ноги. Он отпрыгнул, рассекая мечом светящиеся путы, но на их месте тут же появлялись новые.
— Ты не можешь победить саму суть мира, — продолжил Змей, его глаза светились всё ярче. — Вернись на путь равновесия, и я позволю тебе существовать рядом со мной, как хранителю Навь.
— Я не буду ничьим хранителем! — прорычал Айто-Огневор, и его тело вспыхнуло тёмным пламенем, уничтожая светящиеся лозы. — Я буду владыкой!
Он взмыл в воздух, окружённый коконом из чёрного огня, и устремился к центральной голове Змея, держа меч перед собой как копьё. Горыныч попытался увернуться, но левая и правая головы мешали ему, и клинок вонзился прямо в горло центральной головы.
Время словно остановилось. Змей замер, его глаза широко раскрылись от боли и изумления. Затем его тело начало светиться изнутри, трещины света пробежали по чешуе, словно она была сделана из хрупкого стекла.
— Ты не понимаешь, что наделал, — прошептал Змей голосом Святозара, кровь струилась из его ран, превращаясь в светящиеся ручейки, впитывающиеся в землю. — Без меня равновесие будет нарушено. Тьма поглотит Навь, а затем доберётся и до Яви. Ты будешь править пустотой.
— Мне не нужно равновесие, — ответил Огневор-Айто, проворачивая меч в ране. Его лицо исказилось в гримасе ярости и торжества. — Мне нужна свобода. Свобода быть тем, кто я есть, без ограничений и оков морали.
Он вытащил меч из раны, и из неё хлынул поток света, настолько яркого, что на мгновение ослепил всех присутствующих. Змей Горыныч издал последний, протяжный рёв, который, казалось, звучал одновременно во всех уголках Навь.
А затем он взорвался.
Ослепительная вспышка света, которая на мгновение осветила всю гору, сменилась волной тёмной энергии, расходящейся от эпицентра взрыва. Она накрыла всё плато, заставляя камни рассыпаться в пыль, а растения — увядать за секунды.
Когда свет померк и тьма рассеялась, на месте древнего существа осталась лишь горстка пепла, уносимая ветром, и кратер в земле, словно выжженный космическим лучом.
Айто стоял один посреди разрушения, держа в руках потемневший Огненный Меч, от которого исходили волны тёмной энергии. Его одежда была разорвана, кожа покрыта ранами, но они затягивались на глазах, исцеляемые новой силой, которая теперь текла в его венах.
Его спутники, чудом уцелевшие в катаклизме, выбрались из-под обломков скал, где искали укрытие от разрушительной силы взрыва. Они смотрели на Айто с ужасом и непониманием, не узнавая в этом существе своего друга и соратника.
Кузя, хромая и поддерживаемый Зариной, смотрел на Айто широко раскрытыми глазами, в которых читалось неверие, смешанное с глубокой печалью.