Сталь
Шрифт:
– Мой тебе совет: освежи память. Может быть, Александр и считает тебя суперзвездой, освещающей его путь. Может быть, мой отец весьма доволен твоей работой. Но есть ещё я, который считает, что тебе нечего тут делать. Сейчас ты находишься на моей территории, прин-цесса. – Последнее слово он говорит, разбив на два слога.
Тайфер внимательно смотрит на её профиль. Надо же, ни один мускул не дёрнулся. Всё-таки Коршунов хорошо поработал над ней.
– Всё равно спасибо, – спустя минуту, говорит она. Локи едва хмурится. Чего-чего, девочка? Ещё разочек можно? Она поворачивает на него голову. – Ты заступился за меня, даже если и сделал только
«Я сделал это только потому, что не хочу быть виновным ещё и в твоей смерти!»
– … И ты прав. Ты – один из начальников. Я – подчинённая.
– Что это с тобой? Ты так быстро прогнулась? – Тайфер облизывает губы, а затем растягивает их в улыбке. Демонический взгляд не отрывается от кристальных зрачков, которые мутнеют с каждой секундой.
– Я прогнулась под тебя спустя месяц знакомства. – Она не из тех, кто не смотрит правде в лицо. Только вот у этого лица вот-вот вылезут рога.
Локи искусно скрывает восхищение во взгляде, продолжая сквозь железный занавес наслаждаться переменой в её глазах.
– Я же говорил, что ты никак не можешь забыть этого. – Парень делает львиный шаг вперёд, она – кроличий назад, утыкаясь спиной в бетонную стену.
– Твоя тактика запугивания так себе, – хмыкает Вэл. – Выглядишь полным идиотом.
– Да? Только ли идиотом? – Взгляд Локи сверкает красным отливом.
– Ничтожным идиотом, считающим, что всё в этом мире подвластно королевскому «хочу»! – Плевать. Плевать, если он сейчас снова оставит свои пальцы на шее или просто ударит. Ну и пусть!
Присутствие Локи рядом снова нагло разрушает личное пространство. Но в этот раз он хотя бы не прижимается к ней телом, внимательно ища что-то в глазах. А Вэл, как назло, что-то пытается найти в его. На миллисекунду Тайфер опускает взгляд на её полуоткрытые в возмущении губы, и, склонив голову, возвращается к зрачкам. Этот зрительный контакт в немом молчании затягивается на несколько минут, пока его горячие ладони не притягивают её голову, а губы не впиваются требовательным поцелуем. Дыхание парня тут же обжигает бледную скулу, а в висках пульс заглушает остаток здравых мыслей. С секунду она стоит так же, с полуоткрытыми губами, даже не пытаясь ответить на его поцелуй, будто превратившись в восковую фигуру, воск на которой плавится от этих огненных ладоней.
– Целуй, – не отрываясь от её губ, рычит. Только тогда она решительно отвечает на поцелуй. Его ладони продолжают держать за голову, будто боятся, что она решит раствориться, ещё сильнее обхватывая и притягивая к себе. Локи на долю секунды отстраняется, пытаясь протрезветь, но совершает самую глупую ошибку в жизни оставив свой полуоткрытый взгляд на её губах. Яростно оттягивает нижнюю губу девушки зубами, снова погружая сбитую с толку Вэл в яростный поцелуй. Хрупкие пальцы разжимаются, и стакан тут же падает на пол, не разбивается, а катится прямо до двери.
Оторвавшись от девушки, он ещё несколько раз проводит траекторию от губ до глаз, его разгорячённый взгляд тут же скрывается за ледяной пуленепробиваемой железной ширмой, скулы напряжены так, что вот-вот кость прорежет кожу. Локи молча разворачивается спиной, только тогда выдыхая, и выходит с балкона, предварительно подняв стеклянный стакан.
Валери прислоняется затылком к холодному бетону, а пальцы левой руки дотрагиваются до губ, сначала поглаживая их, а потом растирая до боли, будто стараясь вытереть раз и навсегда послевкусие Сатаны на них.
Глава 8. Когда падут устои
Тот факт, что Валери сидит за рулём своего джипа, совершенно не исключает
того, что Рэджинальд Хьюго самолично будет выбирать музыку, нещадно добивая радио в поисках того самого трека настроения. Скажи кто-нибудь год назад, что она, Хьюго, её брат и её почти начальник приедут навстречу с одним из наркоторговцев, она бы рассмеялась, покрутив указательным пальцем у виска.Глаза О'Коннор смотрят строго перед собой, не осмеливаясь заглядывать в зеркало заднего вида. Чувствует этот красный отлив на своём затылке. С того злополучного (как она его окрестила) вечера прошло три дня. Ровно два дня сероволосая пряталась в своей квартире, разговаривая разве что с Хьюго, который так и не добился ничего путного от неё. На третий день пришлось стойко выдерживать насмешливый красный отлив в Норнхилле. Даже сейчас Локи усмехался, отбивая ритм своего сердца большим пальцем по колену.
Ночь и тишина окутывают Харгандер тяжёлым дымом, который на вкус как ртуть.
Вильям потирает виски пальцами, думая только о том, что ничего хорошего эта встреча не сулит. Оуэлл опаздывает. Изредка тёмные глаза поглядывают на расслабленную, на первый взгляд, сестру за рулём и её друга на пассажирском сидении. Который всё-таки нашёл песню своей души и начал дрыгаться в такт, подпевая. Случайно переглянувшись с Тайфером, Вэл сдерживает улыбку от того, как тот закатил глаза. Конечно, это же не та аутентичная музыка из его машины, это любимцы всех девчонок 2008 года, «Jonas Brother's», с недавно вышедшей песней, которую радио закрутило до дыр, а Рэджинальд пел её, иногда поворачиваясь на коллегу (преимущественно на припевах), чем заставлял девушку улыбаться, прикусывая нижнюю губу. Ту самую, которая ещё помнила о выходке Локи Тайфера. «Sucker».
Тайфер цокает языком, приоткрывая губы и слегка хмурясь. Что эта за клоунада? Его растерянный взгляд смотрит на лучшего друга.
– Напомните, зачем мы его с собой взяли? – нарочито громко спрашивает Локи, приподнимая коленом его спинку сидения.
Ответ от Рэджи не заставляет себя долго ждать, когда тот на очередном припеве поворачивается к командиру-начальнику и строит ему сердечко из пальцев. Песня вовремя заканчивается, а Вэл едва ли сдерживает накативший приступ смеха. Всё это ещё больше походит на очень хорошую комедию.
Локи переводит яростный взгляд на неё, забывая опустить на глаза занавес безразличия, что позволяет рассмотреть, как светится бледная кожа, виднеющаяся из-под чёрной кожанки. Её пальцы то и дело сжимают и разжимают в своих тисках руль, но это выдаёт отнюдь не волнение от встречи с Оуэллом, скорее, раздражение от его взгляда на ней. От парня не скрывается и то, как Хьюго подмигивает напарнице, на что она медленно кивает головой из стороны в сторону. Ну, конечно, они общаются какими-то своими знаками, переглядками, подёргиваниями, будто бы читают мысли. Большой палец начинает постукивать по коленке в полтора раза быстрее.
– Наверное, потому что вам, командир-начальник, нельзя светить своей очаровательной мордашкой при Оуэлле, чтобы как обычно выйти сухеньким из водички, – всё же не удерживается от колкости Вэл.
Железобетонный занавес всё-таки падает на турмалиновый взгляд. Она первый раз ему что-то сказала за эти три дня, попутно зарыв себя в могилку, так недавно выкопанную.
– Знаешь, Вил, я с удовольствием бы сейчас поспал. В идеале, не один. – Опасная улыбка Локи отпечатывается на лопатках Валери. В этой машине все знают, что между ней и мистером Сатаной было, только вот все придерживались немой условности не заговаривать об этом.