Чтение онлайн

Тем горше оказалось наше поражение.

Поняв, что чаша весов качнулась в нашу сторону, и почувствовав неизбежность скорого поражения и бесславной смерти, мимик сделал свой ход.

Сражаясь с монстром, мы непрерывно двигались, бессистемно кружа по залу. И в какой-то момент Канарейка оказалась за спиной у мимика. Она мало чем могла помочь в бою, да и сам монстр уделял внимание лишь нам, словно бы позабыв о существовании баньши, поэтому я и потерял её из виду, целиком отдавшись бою. Я надеялся на её благоразумие и инстинкт самосохранения.

Что ж, теперь я точно знаю, что у моей подопечной

с этим туго.

Нанеся мне по корпусу очередной сокрушительный удар своей когтистой лапой, мимик неожиданно отпрыгнул в сторону, не став развивать свою атаку. Одним гигантским прыжком он сократил разделявшее их с Канарейкой расстояние и оказался буквально в шаге от замершей в растерянности девушки.

Никто из нас не успел ничего сделать, как широкая пасть монстра распахнулась, и он... вдохнул в себя баньши. Фигура Лизы словно бы скомкалась и уменьшилась, после чего исчезла в бездонном брюхе мимика.

Битва остановилась. Хельга и Аврелий в немом шоке смотрели на монстра, только что окончательно убившего нашу соратницу. А я стоял на месте и размышлял о том, чего от нас захочет Аид за возвращение Лизы к жизни.

– Может, поговорим?
– гулким басом поинтересовался мимик.

***

– Итак, ты разумен, - в очередной раз повторил я. Чего я только не повидал в последнее время, но почему-то именно мысль о разумности монстра-сундука с трудом умещалась у меня в голове. Сам он расслабленно сидел на задних лапах вывалив язык на противоположной стороне зала. Монстр выглядел безмятежным.

– У меня есть парочка гранат, - прошептал мне на ухо Аврелий, с враждебностью косясь на мимика.
– Пока он далеко, есть смысл использовать их. Если мы внезапно нападём...

– Повоевать мы ещё успеем, - покачал я головой.
– Он уже убил Канарейку. Не стоит рисковать, нужно попробовать решить дело миром.

– О чём шушукаетесь?
– ехидно спросил мимик. Морда у него была прямо скажем квадратная, но он как-то умудрялся передавать с её помощью целый спектр эмоций. Вот и сейчас весь его вид так и лучился открытой насмешкой. Он нас совершенно не боялся.

– Как давно ты обрёл разум?
– я проигнорировал его вопрос.

– О, относительно недавно, - махнул лапой монстр.
– До этого я жил словно бы в тумане. У меня не было желаний, мыслей, я действовал по алгоритму, словно бы выполняя заложенную в меня инструкцию: охранять зал, помогать этим трупакам, - он пренебрежительно кивнул в сторону останков белогвардейцев.
– Но потом что-то произошло. Туман рассеялся, и я осознал себя! Я будто бы родился заново. Такой восторг!

В этот момент грозный и смертельно опасный монстр был похож на щенка, впервые попавшего на улицу - счастье просто переполняло его.

Аврелий хмыкнул и многозначительно посмотрел на меня. Я понял его без слов - наш ритуал, который освободил богов, спровоцировал "срыв" игроков и дал самосознание неписям, и был той причиной, по которой монстр осознал себя как личность. Опять мы встретились с последствиями наших действий. Перед нами был очередной освободившийся искин.

– Всё это здорово, и я тебя поздравляю, но ты убил нашу подругу и не даёшь нам забрать то, ради чего мы сюда пришли, - я решил вернуть разговор в конструктивное

русло.
– Зачем ты напал на нас, если не обязан был больше нести стражу?

– Ваша подруга жива, - ухмыльнулся мимик, продемонстрировав нам весь свой богатый набор клыков, которому позавидовала бы любая акула. Огорошив нас этим заявлением, он с видимым удовольствием полюбовался на наши лица, после чего продолжил.
– Есть у меня несколько интересных абилок. Использовав одну из них, я одним укусом убил этого вашего с "тарахтелкой" в руках, ну а с помощью другой проглотил вашу девчонку. У меня внутри очень много места на самом-то деле. Она моя пленница, и я в любой момент могу как убить её, так и выплюнуть обратно. Всё зависит от вас.

– Чего ты хочешь?
– Лиза была жива, а значит нужно было сделать всё, чтобы вернуть её. Она неплохая боевая единица, не хотелось бы её потерять. Это снизит эффективность нашего отряда.

– Я хочу покинуть это место, - заявил монстр.
– В своей жизни я не видел ничего, кроме этих подземелий. Хочу выйти в большой мир!

– И что тебе мешает?
– удивилась валькирия, с подозрением смотря на мимика. Копьё она так и не опустила, оставаясь в полной боевой готовности.
– Почему ты не ушёл после того, как осознал себя?

– Я пытался, - недовольно скривил морду он.
– но есть одна проблема - монстры не могут самостоятельно покинуть подземелье. Таковы условия. И всё же выход есть.

– Какой?
– я уже начал догадываться, к чему он клонит.

– Возьмите меня в свою группу. Тогда я смогу пройти через выход, после чего выплюну вашу подружку. Да и артефакты можете забрать, они мне не нужны, - махнул он лапой в сторону небольшой двери.

– Я вот чего не могу понять, - подал голос Аврелий.
– Если ты хочешь сотрудничать, то зачем напал? Почему сразу нельзя было договориться?

Мимик хищно оскалился, грозно сверкнув глазами:

– Переговоры пройдут лучше и успешней, если показать свою силу, - обманчиво мягко пророкотал он.
– Теперь вы воспринимаете меня всерьёз, не так ли?

– Добрым словом и пистолетом можно добиться большего, чем просто добрым словом, - кивнул я.
– Хорошо, мы согласны.

Мимик Чу - мад - дан добавлен в состав вашего отряда!

Аврелий не сдержался и фыркнул.

– Чумадан?! Ты серьёзно?

– За насмешки я освежую тебя заживо, - равнодушно пообещал монстр.

Не обращая больше внимания на их перебранку, я подошёл к двери. Она была закрыта на засов и расписана множеством непонятных символов, но никаких сюрпризов не преподнесла. Беззвучно открывшись, она привела меня в маленькое помещение - скорее даже каморку, в центре которой возвышался каменный пьедестал.

– Ну наконец-то, - выдохнула Хельга за моей спиной.
– Как думаешь, сможешь поднять? Или окажешься недостойным?

– Какая оригинальная шутка, - я шагнул вперёд и взял в руки артефакты, ради которых мы и спустились в этот данж. Именно это охраняли от коммунистов белогвардейцы. Простой крестьянский серп, чьё лезвие было настолько острым, что резало сам воздух и оставляло за собой полупрозрачную дымку, и массивный молот с короткой рукояткой.