Спаситель
Шрифт:
Он сыграл существенную роль в ее жизни, без сомнения.
Сердце по–прежнему болело от потери Мёрдера. Но, по крайней мере, эта боль не усугублялась пониманием, что мужчина, за которого она чуть не вышла замуж, был не тем, кем она его считала.
Гребаный Крайтен. Она порадовалось тому, что он сделал харакири и залил кровью всю свою, без сомнения, шикарную кухню. Он заслуживал худшего.
И в каком–то смысле, Мёрдер и его люди отомстили за смерть Герри…
Стук во входную дверь, громкий и настойчивый, заставил ее вскинуть голову. После этого... тишина.
Звук повторился.
Почему
– Потому что ты не знаешь, как стрелять, – пробормотала она, спускаясь по лестнице.
Направляясь в темную гостевую ванную в передней части дома, она отодвинула занавеску и…
Ее сердце гулко забилось по другой причине. Что за... у нее что, галлюцинации?
Постучав по стеклу, Сара помахала рукой, а затем так быстро повернулась, что поскользнулась на коврике и едва не сломала руку, ухватившись за край ванны. Она на космической скорости спустилась по лестнице и чуть не выбила собственную дверь. Возилась…возилась… возилась с дверным засовом…
Сара чуть не сорвала дверь с петель.
Там, с другой стороны, стоял ее коротко стриженный великолепный вампир с еловым букетом, перевязанным бархатным бантом.
Когда они встретились взглядами, Мёрдер опустился на колено и поднял ароматные, пушистые ветви.
– Предполагалось, это будут розы. Жаль, что это...
– Что… что ты здесь делаешь?
– …не розы. Как я понимаю, человеческие мужчины дарят своим женщинам красные розы…
– Мёрдер, как ты здесь оказался?
Он медленно встал, скользя взглядом по её лицу, будто он заново запоминал ее черты.
– Я боролся за нас. Я воин, и я боролся за нас.
– Что? – выдохнула она.
– Давай, пойдем внутрь, тебе холодно.
– Холодно? – прошептала Сара, отступая.
Мёрдер закрыл их обоих внутри, и она не могла поверить, что он стоял перед ней.
– Я сплю? – спросила она.
– Нет. – Он коснулся ее щеки. – Все по–настоящему.
– Тогда поцелуй меня?
Он закрыл глаза в благоговении. А потом наклонился и прижался губами к ее губам. Один раз. Дважды. И снова.
Сара обхватила его плечи настолько, насколько смогла, – а смогла она не особо много, учитывая его размеры.
– Как ты здесь оказался?– Повторила она у его рта.
– Такое чувство, будто я не видел тебя целую вечность. – Его невероятные персиковые глаза впивались в ее. – Я изнывал без тебя.
– А мне тебя так сильно не хватало.
А после они заговорили в унисон, но ни один не произнес ничего вразумительного, да и все равно ничего не имело значения. Сара пыталась привыкнуть к вакууму, образовавшемуся в ее жизни с его уходом, дрейфуя в холодных, мутных водах одиночества… но вот он, с ней. Они вместе, они...
Сара оттолкнула его.
– Что произошло?
– Я осознал, что должен бороться за тебя. Братство… они хотели, чтобы я вернулся к ним, они просили меня снова сражаться за расу вместе с ними, быть одним из них. Но я не мог сделать это, не поборовшись вначале за нас с тобой. И Роф пересмотрел свое решение.
– Так что, мне разрешили вернуться?
Мёрдер отступил и поднял руки.
– Я поискал тебя в интернете.
– Ну, по
крайней мере, мне не нужно беспокоиться о том, что всплывут мои обнаженные фотографии.– Ты – не просто ученый. Ты очень важный…
– Не важнее других. Чувство собственной важности – это не про меня.
Медленная улыбка Мёрдера заставила ее покраснеть. С другой стороны, выражение его лица без слов говорило ей, как сильно он ее уважает.
– Как бы то ни было, – сказал он, – я не стану заставлять тебя следовать со мной. Я могу приходить к тебе, если ты не хочешь бросать свою работу…
Сара сунула букет под мышку, схватила его лицо и поцеловала.
– Боже! Значит, я могу продолжить свои исследования в учебном центре? Потому что мне нужно поработать с Доком Джейн над вопросом хранения компонентов крови. Не знаю, в курсе ли ты, но у вампиров серьезные проблемы с заготовкой донорской крови...
Боже, Мёрдер любил эту женщину. Чертовски сильно любил ее.
Только его Сара могла обнять и поцеловать его, и выглядеть при этом так, будто он вручил ей весь мир, просто появившись на ее пороге… а затем немедленно взбудоражиться по поводу научных исследований, которыми собиралась заняться.
Мёрдер улыбнулся так широко, что заболели щёки. И да, он мог слушать ее бесконечно.
– …на меня так смотришь? – сказала она с усмешкой.
– Потому что я люблю тебя, доктор Сара Уоткинс. Я так сильно люблю тебя, и я просто... хочу быть с тобой.
На этой ноте он забрал у нее «букет», отложил его в сторону и со всей серьезностью приступил к поцелуям. Следующее, что он осознал – они снова оказались на ее диване, на этот раз Сара была сверху, раздвинув для него ноги. Она потянула рубашку вверх и сняла через голову, а за ней... бюстгальтер. Её бюстгальтер исчез за одно движение. Обнаженная, такая восхитительно обнаженная. И когда он обхватил руками ее грудь, а затем подался вперед, чтобы боготворить ее своим ртом, Мёрдер чувствовал, что вернулся домой.
И это было бы правдой, неважно, где именно они с Сарой находились. Она была ключом. В этот вечер и на всю оставшуюся жизнь ключом ко всему будет она.
– Значит, Роф не против этого? – спросила Сара, затаив дыхание.
– Мы можем жить с Братством или взять отдельный дом.
– Я продаю этот, так что я свободна.
– Продаешь?
– Я планировала сообщить тебе, куда уеду. – Она снова поцеловала его. – Я собиралась сообщить, где меня найти.
Он представил ее на чердаке в доме Рэтбуна и решил, что он может стать для них хорошим пристанищем. Но сперва нужно привезти туда хорошую большую кровать.
И Сара никогда не должна узнать, как близко он подошел к самоубийству. Он и сам больше не хотел об этом думать.
– Я хочу наш собственный дом, – сказала она, поднимаясь и срывая с себя джинсы так, словно они жгли е кожу. – Было бы чудесно иметь свой дом.
Он хотел сказать что–то связное. Правда, хотел.
Но потом она уселась сверху и вцепилась в ширинку его брюк. Как только эрекция выпрыгнула наружу, Сара насадилась на него. Буквально.
– О Боже… Сара…