Чтение онлайн

– Хватит! Прекрати сопротивляться! – Голос так и вибрировал, отдаваясь в теле Джоанны. – Молчи. Не шевелись.

Повеление звучало так абсурдно, что вызвало желание рассмеяться. Неужели этот идиот Корвин всерьез ждал от нее послушания? Как бы не так! Она начала только сильнее вырываться и лягаться, попав ему по голени. Он выругался.

Некоторое время, пока ноги скользили по мокрой мостовой, Джоанна слышала только шум борьбы и пыхтение Корвина, который старался усмирить пленницу. Но постепенно она осознала, что это действительно единственные звуки, и принялась

отчаянно выворачивать шею, чтобы рассмотреть Ника, уже воображая себе самое худшее: его бездыханное тело, лежащее неподвижно, как Марджи.

Но он еще стоял. Джоанна едва успела почувствовать облегчение, как заметила его странно замершую, точно у каменного изваяния, позу: руки по швам и прижаты к туловищу, прикованные к ней глаза ужасно пустые. На мгновение вспомнилось застывшее навеки выражение лица Марджи. Бабушки. Люсьена. Их мертвые взгляды. А еще он не пользовался возможностью побороться с противниками, которые расступились в стороны.

– Ник? – позвала Джоанна. Имя прозвучало испуганно и неуверенно. Парень даже не шевельнулся. – Ник? – Что с ним такое? Что ты с ним сделал? – спросила она дрожащим голосом у Корвина.

Но вместо ответа тот громко приказал одной из помощниц:

– Дай наруч!

Женщина с аккуратным каре и в летящем платье пятидесятых годов приблизилась к ним. Она напоминала ожившую черно-белую фотографию. Помада была нанесена чуть асимметрично, отчего улыбка выглядела кривой и зловещей. Помощница Корвина вытащила из нагрудного кармана тонкий золотой цилиндр и вручила его руководителю. Тот щелчком большого пальца размотал предмет, который оказался свернутой ажурной цепочкой не толще листа бумаги.

– Что вы делаете? – с трудом пролепетала Джоанна, пытаясь переварить то, что увидела. – И кто вы вообще такие?

– Держи ее, – велел Корвин.

Кто-то схватил ее правую руку и закатал рукав.

Джоанна дернулась и крикнула:

– Ник! – Он по-прежнему неподвижно стоял в центре двора. Что происходит? – Ник!

Корвин обмотал ажурное украшение чуть повыше ее запястья. Несколько мгновений оно казалось лишь симпатичным золотым браслетом, но потом задвигалось, поползло и раскалилось, проникая под кожу, точно живое. От боли, как от ожога расплавленным металлом, Джоанна вскрикнула.

– Она привязана ко мне, – прокомментировал Корвин. – Можно отправляться.

Отправляться? Но куда они планировали ее забрать?

– Кто вы? Зачем… – Голос сорвался, но она продолжила: – Зачем вы убили Марджи? – До сих пор не верилось, что подруги больше нет в живых. – Почему не дали просто уйти? – Ее младшему братишке Сэмми исполнялось шесть лет в следующую среду. Они постоянно обсуждали планы Марджи испечь составной торт в виде камня с динозавром внутри. А теперь… – Она ведь уже покинула кондитерскую и не помешала бы.

– Хватит уже причитать! – оскорбленно бросил Корвин, словно пленница ставила под сомнение его профессионализм. – В девчонке жизни оставалось максимум на полгода.

Вспомнились его слова про бабочку-однодневку. Неужели Марджи бы действительно вскоре умерла и без вторжения монстров? Джоанна помотала головой, не желая

мириться с этой мыслью.

Похититель повысил голос, приказывая приспешникам:

– Несколько человек задержитесь и приберитесь тут! Избавьтесь от трупа и мальчишки!

Слова стали последней каплей. Джоанна не могла этого допустить. Она забилась в руках Корвина, отчаянно пытаясь вырваться. Ник до сих высился каменным изваянием посреди двора и, кажется, даже не моргал.

– Сопротивляйся! – взмолилась она. – Беги! Ты должен выбраться отсюда, иначе тебя убьют!

И все из-за нее. Прежняя версия Ника – величайший герой на земле – могла бы сразить всех врагов, но Джоанна лишила его воспоминаний и способностей. Сделала беспомощным против монстров. Даже он сам не знал, кем был раньше.

Вдалеке послышалась сирена.

– Выдвигаемся! – приказал Корвин. – Поторапливайтесь!

Двор начал пустеть по мере того, как монстры растворялись в воздухе один за другим. Джоанна отметила это краем сознания, борясь с накатившим желанием тоже переместиться. Оно врезалось под дых с такой силой, что на секунду заслонило все другие чувства, даже страх за Ника. Но это желание казалось явившимся извне, чужим. Корвин говорил что-то про привязку. Похоже, та штука – наруч – тянула Джоанну следом за похитителем.

– Давай же! – нетерпеливо воскликнул тот.

Ощущение навязанного желания переместиться усилилось. Ей хотелось этого больше, чем сделать вдох. Она едва могла сопротивляться столь глубинной потребности, но все же пыталась удержаться здесь, в своем времени. Монстры перемещались, стремясь попасть в конкретный период. Джоанна же наполнила себя мечтами о доме, который находился здесь и сейчас. Она сражалась с тягой так же, как с утренним приступом: сосредоточилась на своих чувствах. В холодном воздухе витал запах влажной мостовой, свежей выпечки и дыма из труб.

«Я дома, – подумала Джоанна. – И не хочу больше никуда».

– Ты ее контролируешь? – спросил у Корвина худой мужчина с заостренными чертами лица и редкими седыми волосами.

Его голос прозвучал с сомнением, почти высокомерно.

– Конечно, – раздраженно отрезал похититель, хотя и дышал тяжело, будто тащил тяжелый груз.

Навязанная тяга к перемещению стала практически невыносимой. Джоанна ощутила, что теряет контроль, и снова повторила про себя: «Я хочу быть только здесь и сейчас». Однако внутренний голос казался слабым по сравнению с отчаянной потребностью прыгнуть во времени.

Корвин зарычал от напряжения. Джоанне едва удавалось вдохнуть в его руках. Она дернулась и вывернулась так, чтобы видеть перед собой Ника, и только его, впуская наконец тоску по нему и заменяя ею все прочие желания. «Я хочу остаться здесь, с тобой».

Однако Корвин оказался сильнее. Звуки и запахи отдалялись. Сирена уже звучала приглушенно. Резкая свежесть после дождя больше не ощущалась.

Ник… Ник…

Сквозь разраставшийся перед глазами мрак Джоанна различила движение. Медленно, очень медленно руки Ника сжались в кулаки. Его пустое лицо наполнялось эмоциями, точно стакан чаем.