Сорванцы
Шрифт:
— Так знай же, печенье съел не Кроха, а я. Крохе досталось всего четыре штучки, остальные сожрал я. Понимаешь? И у меня не хватило мужества признаться. Вот поэтому я, конечно, подлец.
Терчи пожала плечами и улыбнулась. Ее симпатичное личико стало еще привлекательнее. Она хотела еще что-то сказать, но тут вернулся Берци.
— Я видел ее, видел! Это она! Невысокая, черноволосая, худенькая женщина. С большими глазами. Пошли, нужно подкараулить ее. — Карчи вскочил, и они с Берци ринулись к собору короля Матяша. — Я видел, как она вошла. Правда, без рюкзака. И затерялась в толпе. Вот здесь вошла, а выйдет наверняка через другую дверь. Стой и наблюдай.
Он еще раз повторил, какое на женщине платье, какие у нее волосы и на редкость большие глаза. И улыбка, очень симпатичная улыбка.
Карчи встал справа от выхода, а Берци подошел к главному входу, смотря во все глаза, чтобы не упустить мать Крохи.
Вот так, вот так! События принимают острый оборот. Не напрасно, видно, ребята пришли сюда.
Круг замыкался. Жаль, что ни папа-турист, ни мама-туристка ничего не знали об этом. Молодая женщина беззаботно разглядывала огромные колонны внутри собора с укрепленными на них старинными хоругвями, читала пояснительные тексты на стенах, заглянула она и в часовню с знаменитой статуей Мадонны. В свое время османские завоеватели замуровали ее, но когда войска Евгения Савойского [30] пошли на штурм Буды, стена рухнула. Турки приняли это за знамение — пришел, видно, конец их владычеству.
30
Евгений Савойский (1663–1736) австрийский полководец и государственный деятель (по происхождению француз). Войска под его предводительством в 1686 году освободили Буду от турок. Своими победами над турками Евг. Савойский способствовал укреплению Австрии. Рядом с бывшим королевским дворцом в Буде установлена конная статуя Евг. Савойского. Автор скульптуры — Иожеф Рона.
Молодая женщина внимательно рассматривала фрески и купающийся в золотом свете главный алтарь.
Справа от главного алтаря взимают входную плату с тех, кто хочет осмотреть нижний собор XIII века.
Молодая женщина немного подумала, достала деньги и в следующую минуту спускалась по винтовой лестнице, желая осмотреть ризницу собора.
Ах, это было прекрасно! Мама-туристка вышла из собора через врата башни Белы. Сначала она решила подняться на смотровую вышку сверкающего белизной Рыбацкого бастиона, но потом передумала и пересекла площадь Троицы, желая выйти на аллею Арпада Тота [31] и оттуда осмотреть панораму Будайских гор, еще раз насладиться этим великолепным зрелищем.
31
Арпад Тот (1886–1928) — известный венгерский поэт, один из крупнейших представителей венгерской переводческой школы, журналист. Начальный период творчества А. Тота отмечен влиянием модернизма. Великая Октябрьская социалистическая революция и пролетарская революция 1919 года в Венгрии пробудили в его душе мечту о «пленительной свободе» (стихотворение «Март») и победе революции (стихотворение «Новый бог»). Поражение Венгерской Советской республики не сломило поэта, муза его не умолкла.
Всего метров пять разделяли ее и Берци, который недвижно, как статуя, не спускал глаз с главного входа собора.
— Нет?
— Нет.
— Куда же она подевалась?
— Ну, не съели же ее.
— Что теперь делать?
— Вернемся к Терчи. Возьмем с собой Кроху и поднимемся на бастион. Это главное место. Там все вертятся. Должны же родители узнать своего сына.
Мальчики побежали к Терчи. Малыш проснулся и опять пожелал прогуляться вокруг коляски. Терчи весело напевала Крохе:
— Мы гуляем, мы гуляем и на холмик попадаем. Раз-два-три!
— Оп-ля! — Мальчики подхватили Кроху за руки, приподняли его, что очень понравилось малышу, и тотчас опустили в коляску, а затем отправились к Рыбацкому бастиону.
— Ждите здесь. Если будет очень жарко, пройдите в тень, — распорядился Берци. — Или укройтесь в какой-то из башен.
— А мы продолжим поиск! — запыхавшись, объявил Карчи.
И мальчики опять оставили Терчи вдвоем с Крохой. Некоторое время она что-то напевала малышу, но, видя, что ребенок становится все беспокойнее, решила, что следует что-нибудь рассказать ему. И она стала рассказывать о Будапеште. Хорошо, что поблизости не было никого из школьных учителей!
Малыш, по своему обыкновению, засунул палец в рот и внимательно слушал девочку.
А мальчиков тем временем охватила розыскная горячка. Они ринулись к Рыбацкому бастиону, его лестницам, переходам и галереям, заглядывали даже под купола башен. Потом сбежали вниз по ступеням, решив, что сначала будут искать отца малыша, благо оба его знают.
Берци достал значки с собаками, подаренные папой-туристом, и мальчики решили нацепить их на куртки. Однако на обратной стороне значков не оказалось булавок, поэтому друзьям пришлось просто держать значки в руках и помахивать ими перед прохожими в надежде привлечь к себе внимание того, кто подарил им эти значки. И тут они вспомнили, что на Крепостной горе есть Военно-исторический музей, который очень любят посещать мужчины, и стремглав кинулись туда.
— Видишь?
— Нет.
— Бегом к коллекции пистолетов!
Ни Карчи, ни Берци не могли знать, что папа-турист всем сердцем ненавидел всякое оружие. Он любил выставки живописи, в меньшей степени — музеи, что же касается оружия… Родители столько рассказывали ему об ужасах
второй мировой войны, что в душе его давно пробудилась ненависть к любому виду оружия, хотя он и понимал, что оружие требуется и для того, чтобы защитить дело мира.Оказавшись перед зданием Военно-исторического музея, папа-турист тотчас повернул назад, так что Берци и Карчи не встретились с ним.
Теперь мальчики решили пройтись по аллее Арпада Тота, одной из самых любимых будапештцами. В густой тени аллеи прогуливались мамы с детьми и пожилые люди.
Если бы Берци и Карчи не бежали во весь дух, они заметили бы пухлый рюкзак, который его обладатель снял и опустил на стул маленького кафе близ башни, именуемой почему-то «Кислый суп». Ненадолго, ровно на столько, чтобы выпить стакан пива.
Излишняя поспешность никогда не приносит пользы.
Мама-туристка была в лучшем положении, чем ее муж. Держа в руках план города, она прошлась по аллее Арпада Тота, осмотрела знаменитый колодец Матяша и по узкой улочке Ференца Моры [32] вернулась обратно. Из путеводителя она узнала, что многие произведения этого писателя и поныне очень любят и чтут венгерские дети.
32
Ференц Мора (1870–1934) — выдающийся венгерский писатель, автор многих произведений для детей и юношества, в том числе и сказок. Широко известна его повесть-сказка «Волшебная шубейка», изданная у нас в стране. Будапештское издательство, выпускающее книги для детей и юношества, носит имя Ференца Моры.
Молодая женщина очень удивилась, когда опять оказалась на Господней улице. Если повернуть направо, она выйдет на Парадную площадь, если налево… Ну-ка, посмотрим, открыта ли для осмотра пещера Крепости?
Коридоры пещеры частично созданы природой, а частично вырублены рукой человека; пещера не раз служила добрую службу будайцам на протяжении многих веков. В мирное время там хранились запасы продуктов, во время войны ее ходы и переходы служили хорошим убежищем для будайцев.
Во время второй мировой войны в пещере обосновалась главная ставка гитлеровского командования. Были сбиты сталактиты — на их место повешены телефонные кабели. Хорошо, что пещера закрыта, а то мама-туристка наверняка расстроилась бы от печального зрелища этих разрушений.
Вскоре молодая женщина подошла к конной статуе — памятнику венгерскому генералу Андрашу Хадику [33] , который равнодушно впирал с седла своей великолепной лошади на снующие по улице автомашины.
Слева была видна аллея Арпада Тота, справа — ажурные кружева собора короля Матяша.
Какой маленький, какой милый городок, этот район Крепостной горы! Музей под открытым небом. На домах таблички: построен триста, пятьсот, восемьсот лет тому назад. До чего же интересно знакомиться с историей венгерского народа!
33
Андраш Хадик (1710–1790) — венгерский генерал, проявивший храбрость и воинскую доблесть в Семилетней войне (1756–1763) против Англии и Пруссии. Со своими гусарами А. Хадик атаковал Берлин и принудил Пруссию к выплате контрибуции. В признание военных заслуг А. Хадику в 1774 году был пожалован титул графа, и он был назначен председателем Высшего военного совета. Конная статуя А. Хадика установлена в будайской Крепости, а маленькие конные скульптурки отважного генерала широко продаются в киосках Будапешта.
Мама-туристка медленно двинулась к собору короля Матяша, рядом с которым белел Рыбацкий бастион.
Двое парнишек пробежали мимо. Они что-то держали в руках и чуть ли не совали под нос прохожим. Прохожие сначала испуганно отстранялись, потом с улыбкой смотрели вслед бегущим.
— Ну, так слушай, малышка. Когда венгры пришли на территорию своей нынешней родины, здесь были степи да луга, а вода Дуная была чистой и вполне пригодной для питья. Венгры сошли с коней, наполнили шапки водой, напились, а потом надели мокрые шапки на голову. Наверное, это было очень приятно в такую жару. Погоди только, я подкачу тебя к перилам, так тебе все хорошо будет видно. А поднять тебя я не смогу, не карабкайся, упадешь. Что я тогда скажу твоей маме? Ну, так слушай. В стародавние времена на берегах Дуная выросли два города: Буда и Пешт. Здесь находится Буда. Здесь был построен королевский дворец, дома богатых горожан, а гору эту не раз осаждал враг. А вон течет Дунай. Как красиво! Через него перекинуто много мостов. На севере — мост Маргит, ближний к нам — Цепной, дальше мост Эржебет, мост Свободы, еще дальше — мост Петёфи, только его отсюда не видно. Вместе с железнодорожными в Будапеште восемь мостов. А вот там, против нас, видишь, много домов? Это Пешт. Из небольшого села вырос огромный город. Пешт и Буда. Долгое время это были разные города. Лишь в прошлом столетии они слились. Сначала новый город хотели назвать Пештбуда, но потом пришли к тому, что и звучит красивее, и с точки зрения алфавита правильнее, и исторически точнее, если столица Венгрии будет называться Будапешт. Вот, посмотри, пожалуйста! Мы стоим на Рыбацком бастионе и можем любоваться расположенным на противоположном берегу Пештом. Красиво, правда ведь?