Солнценосец
Шрифт:
– Мне жаль, - обратился к заправляющей парадом желтоглазой Лотт.
– Наш визит стал неожиданностью. И теперь на вас навалилась куча дел.
– Нам приносит радость служение госпоже и церкви, - серьезно ответила Благая Весть.
– Верите в Гэллоса?
– Как и все покорившие-ветер в этом замке.
– Даже так, - задумчиво сказал Лотт.
– Это было необходимым условием для служения королю или...
– Или, сир Лоттар. И мы не служим королю, - Благая Весть закончила раздавать наставления, и поднесла ему ложку бурой жидкости.
– Попробуйте. Ее величество сказала, что вам должно понравиться.
Лотт послушно исполнил ее желание. Кисель и вправду
– Падальщик раздери меня надвое, если это не напиток богов, - обрадовано сообщил он.
– Вы настоящая кудесница. Королеве Игнис очень повезло с вами. Клянусь, я уже подумываю предложить вам готовить только для меня.
– Благодарю, но я служу только тем, на чьем гербе огневка, - зарделась Благая Весть.
– Верны людям и набожны как монашки. Не этого я ожидал от покоривших-ветер.
– А с многими ли из нас вы имели дело?
– Всего с одной. И скажу вам, она была огромной занозой в заднице. Но мне она нравилась.
– Как ее звали?
– Кэт.
– А каким было настоящее имя, данное при рождении?
– Настоящее?
– опешил Лотт.
– Разве у кого-то есть два имени?
– Людям понятнее и ближе их имена. Но у нас есть память о наших предках. От нее не избавиться, - Благая Весть провела пальцем вдоль жирной линии татуировки.
– Это наше имя. И мы храним его только для себя.
– Хмм, вы выбили меня из колеи. Я... должно быть я еще много не знаю о вашем народе. Но, знаете, я бы хотел восполнить этот пробел.
– Святому интересны желтоглазые?
– Иначе он не направлялся бы в Дальноводье.
– Хорошо, - подумав, сказала покорившая-ветер. Она сняла фартук и передала его молодой девушке, которая принялась помешивать черпаком густую подливу, доходившую на огне.
– Полагаю, у нас есть несколько часов перед ужином. Что вы хотите узнать?
Они поднялись на высокую башню. Опустив лестницу, взобрались на крышу, переполошив сонного стражника. Острие разделили две половины каменного клинка. Благая Весть подвела его к краю обрыва. Лотт смотрел на мир с высоты гигантской гарды.
Отсюда открывался вид на город. Люди казались муравьями. Маленькие черные точки двигались по дороге несколькими ручейками, таща в свои ульи припасы. Хотел бы Лотт знать, как бы они отреагировали на приказ Игнис схватить его. Королева-мать против прямого потомка Гэллоса. Интересное бы вышло противостояние.
– Что вас связывает с королевским домом?
– спросил он у покорившей-ветер.
– Столетия тесных отношений. Дом Файснарров всегда хорошо ладил с покорившими-ветер и мы отплачивали им своей верностью. Я знала Ее Величество с детства. Ее родители позволяли малышке играть с нашими детьми.
– Вы стали подругами?
– Что вы. Покорившие-ветер никогда не были ровней людям. И тем более благородным кровям.
– У Файснарров интересный герб. Желтые круги на крыльях огневки немного похожи на ваши глаза.
– Вы умеете делать комплименты, сир Лоттар.
– Оставим родственные связи в покое, - Благая Весть не доверяла ему. Ее и Игнис связывало нечто более тесное, чем многовековая верность. Они были друзьями.
– Я был в деревне покоривших-ветер. Там была одна штуковина. Каменная стела, изображающая не то ангела, не то демона. Я не большой знаток по части вашей культуры, но кое-что знаю о них. Там, под толщей каменной породы скрывается очень сильное существо, готовое поделиться своей силой, если к ней подобрать некий шифр. Назвать слово, выгравированное на плите. Особый и ни на что не похожий
Благая Весть выглядела потрясенной. Она по-новому взглянула на Лотта. С уважением и, как показалось - с опаской.
– Как вы узнали?
– Я видел, как дух-хранитель вышел из камня собственными глазами.
– Со всем почтением, но это невозможно, - смиренно сказала Благая Весть.
– Почему?
– Хранителей могли призывать только капитаны.
– Капитаны?
– Капитаны каменных кораблей. Они были чем-то вроде шаманов. Или старейшин, если вам так понятнее.
– Каменные корабли?
– рассмеялся Лотт.
– Большей чушью было бы делать их из железа.
– Может быть вы правы, - осторожно согласилась Благая Весть.
– И, тем не менее, так говорится в записях.
Желтоглазая указала на свою голень.
– Здесь повествуется о том, что каменные корабли пристали к атоллам на заре Эры Ветра. Земля, на которой стоит этот дворец, была скрыта под толщей воды. Мы связали нашу судьбу с новой родиной и бросили якоря раз и навсегда.
– Вы хотите сказать, что вместо материка здесь были острова? В это сложно поверить.
– Так говорится в нашей истории, в наших легендах. Там говорится много чего. Например, о том, как земля поднялась из морских глубин, вынеся из бездны множество гигантских животных, чьими костьми усеян север. И о том, как Кости Земли и Волчья Пасть стали оголенными горами, а не лесистыми всхолмьями.
Покорившая-ветер стянула перчатку, показав эллипсоидный рисунок с загогулинами, напоминающими хохолки птиц.
– Здесь написано, что наши корабли были живыми. Мы вложили в них душу нашей родины, разделенную на миллион осколков. И бросив якорь, мы связали прошлое и настоящее. Так появились хранители. Они оберегали Скрижали, в которых было записано Первое Слово.
– Длинноватое слово вышло.
– Именно от него произошел язык и клинопись. Мы брали из Слова части и творили руны, которые помогали нам создавать цивилизацию. Каждая из семей владела лишь частью Слова, потому что ни одно существо не могло понять его целиком.
– Но затем пришли люди...
– Да. Затем пришли вы, и была эпидемия, которая сделала нас слабыми копиями величия древних.
– Так что там с капитанами?
– Доподлинно неизвестно. Но если хоть один из них выжил, мы бы знали. Только они могли пробудить Хранителей и заново распечатать Слово. Тогда, - Благая Весть грустно улыбнулась и осенила себя святым знаком, - тогда бы я уверовала, что надписи на моей коже не дань традиции, не просто слова, изуродовавшие тело. Что за ними есть правда, не меньшая, чем Восхождение Солнца и гибель солнцеликого Гэллоса.
– Пойдемте, вас ждут в трапезном зале, - сказала покорившая-ветер.
Острие был новым замком. Когда Ричард Храбрый соединил свою династию с Файснаррами, взяв в жены Игнис Беловласую, каменщики только-только закончили строительство. Лотт шел просторными помещениями, в которых не хватало налета старины, чтобы придать величие и статность этому месту. В некоторых помещениях велись отделочные работы. Люди все еще обживали Острие, несмотря на то, что жили здесь не один год.
Лотт мысленно дал себе обещание обдумать все, что услышал от покорившей-ветер. Как оказалось, Кэт унесла в загробный мир много тайн о себе и своем народе. Выходит, она не доверяла ему так же, как он ей. Это немного разозлило Лотта, но что он мог теперь поделать? Спорить самому с собой?