Солэс
Шрифт:
Передвигаясь в сопровождении друга по мертвым улицам Солэса, Эврика думала об отце, но не как о создателе "Месу", и не как об уничтожители города, а как о любящем папе. Рядом с отцом в сознании девочки возникал образ матери. Живой. Не той бездушной оболочки из лавки, а о любящей маме, которая читала ей сказки под мудрым кленом на холме.
"Они, наконец, нашли покой" - пронеслось у нее в голове, и она с трудом набралась сил, чтобы не расплакаться.
Вскоре мысли девочки переключились на Эрика, остановившись на его чудесном спасении.
Эрик также не мог объяснить своего чудесного спасения. Он долго перебирал в голове возможные варианты, которые могли бы истолковать произошедшее с ним. Однако ничего подходящего не обнаружилось.
Вдруг, в мыслях мальчика предстал образ матери и отца. Они были окружены мириадами звезд и планет, как бы паря в космосе меж них, сливались со вселенной воедино.
"Запрос обработан" - подвел итог своим измышлениям Эрик.
Вскоре дети добрались до моста, ведущего в пригород. Близ переправы туман слабел, и уступал место открытому пространству.
По ту сторону моста, в запряженной парой лошадей повозке сидела миссис Ригид.
– Ох!
– воскликнула бабушка, - как же я рада вас видеть! Я уж хотела было поехать за вами.
– И мы рады тебя видеть, бабушка, - устало промолвила Эврика.
– А где же мистер Дигир?
– Папы больше нет..., - последовал ответ.
Дорога до скворечника сопровождалась нелегким для Эврики пересказом событий.
Понимая, как девочке тяжело вновь переживать случившееся, бабушка не задавала вопросов, лишь внимая рассказу внучки.
– Не думала, что мне придется прощаться с Джонатаном дважды..., - выпустив тяжелый вздох, подытожила миссис Ригид.
Эпилог
После крушения "Месу" и погружения Солэса в руины, жизнь в скворечнике постепенно вошла в прежнее русло. Длительная работа по восстановлению дома после нападения роботов благотворно сказалась на заживлении душевных ран Эврика и Эрики.
Рука об руку они латали крышу и чинили крыльцо. Вскоре возле дома появилась пристройка для хранения инструментов, дров и зерна.
Миссис Ригид по мере сил помогала детям справляться с работой и стряпала еду.
Внешний облик дома преображался, словно скворечник оправился после серьезной болезни. Дорожка, тянущаяся от крыльца к ограде, была огранена цветами. А рядом с домом на ветру покачивались деревянные качели, готовые принести радость детям.
Раз в неделю, дабы повидать своих родных, обитатели скворечника поднимались на холм, где раскинул свои ветви многолетний клен.
Неподалеку от мудрого древа, окруженные невысокой деревянной оградой, расположились три надгробия, рядом с которыми всегда лежали цветы.
После свидания с родными дети всегда пребывали в задумчивости, но миссис Ригид умело выводила детей из уныния, вспоминая счастливые моменты из прошлого.
Лампочка Эврики
с каждым днем сияла все сильнее, подпитываемая любовью близких.Принц и принцесса из книги сказок только и могли, что позавидовать любви Эрика и Эврики, проросшей сквозь толщею выпавших на них испытаний.
Перед сном Эрик часто вспоминал колыбельную отца, которую спела мама в день их расставания. Голоса родителей, слившись воедино, звучали в сознании Эрика, погружая его в тихий и спокойный сон.
Спи мой малыш, скорей засыпай,
Рядом я буду с тобой.
Добрые сны, приятные сны,
Увидишь ты пред собой.
Речка и солнце пусть снятся тебе,
И свежескошенный луг.
Знай ты одно - я рядом с тобой,
И не впущу я беду.
На облаке мягком ты пролетишь,
Взглянув на мир свысока.
В ответ улыбнутся и речка и луг,
Помашу рукой тебя я.
Спи мой малыш, скорей засыпай,
Рядом я буду с тобой.
Добрые сны, приятные сны,
Увидишь ты пред собой.
* * *
Коридоры хирургического отдела клиники Солэса, словно корни единого древа, расходились в разные стороны от кабинета главного врача. Тут и там по корням дерева сновали белые хаты, перемещаясь из кабинета в кабинет, курсировали по артериям клиники.
Возле кабинета хирургического отдела, молодая семейная пара ожидала доктора.
Лик супругов был омрачен, однако частичка веры и надежды не покидала их.
Дверь кабинета распахнулась, и в дверях появился врач отделения.
– Мистер и миссис Хьюми, - начал он, кашлянув,- у Эрика обширная опухоль, поразившая оба легких.
Несмотря на то, что родители годовалого малыша были в глубине души готовы к подобному приговору, Элизабет охнула и прижалась к мужу.
– Единственный возможный вариант в сложившейся ситуации, - продолжал врач, - без промедления сделать пересадку.
– В нашем распоряжении имеются искусственные легкие, новейшая разработка "Чизис" - "ОСО-2". Однако, данный имплантат не дешевый, - извиняющимся тоном произнес врач, словно именно он являлся разработчиком и продавцом данного устройства, - вот расценки,- протянул он прейскурант.
– Но как же, мы соберем столько!
– зарыдала миссис Хьюми, взглянув на цены.
Врач лишь пожал плечами, дескать - "ни вы первые, ни вы последние".
Долго вглядываясь в убийственную по всем меркам цену, и прикидывая, за сколько можно продать все нажитое ими имущество, мистер Хьюми произнес, - как скоро можно начать пересадку?