Софья и часы времени
Шрифт:
– Как спалось? – спросил отец, не отрывая глаз от сотового телефона, вычитывая там свежие новости.
– Хорошо, пап! – ответила Соня.
– Твоя дочь, – хмыкнула мама, – снова читала допоздна. Ты должен с ней об этом поговорить.
Папа посмотрел на Софью:
– Ну а что здесь не так? Я должен ей запретить читать? Я так не думаю! В наше время читающий ребёнок – большая редкость. Она у нас молодец!
Девочка широко улыбнулась своему защитнику.
– Вон сейчас все дети в компьютерах сидят и забивают голову соломой, играя во всякую ерунду, – продолжил отец, – телефоны из рук не выпускают. Скоро разучатся ручкой на бумаге писать. Пускай читает.
Софья
– Ну, не по ночам же читать! – стояла на своём мама. – Читать нужно днём, а не зевать на уроках. Сегодня же в девять часов все книги заберу из спальни!
– Ну ладно тебе, не ругайся, – ласково проговорил папа, всё не отрывая глаз от телефона. – Скажи лучше, во сколько тебя забрать с работы.
– Я освобожусь к шести часам вечера, – ответила мама.
Папа покачал головой:
– Хорошо, заберу Соню из школы, заедем к тебе на работу, и к ужину будем дома. Вооо! – громко с восторгом выкрикнул он: – Слушайте, что здесь пишут!! В городском парке за ночь исчезли два памятника. Но никто ничего подозрительного не видел. Полиция не может найти ни одного следа. Они будто исчезли. Хоть парк на ночь закрывается и охраняется сторожами, – папа оторвал глаза от гаджета, посмотрел на супругу, потом на дочь. – Представьте себе, а в другой статье я вычитал: в музее Радищева на стене появилось четыре свободных места, а раньше там висели картины. И что за картины пропали – никто не может вспомнить, – он рассмеялся, – да у них там в сфере культуры творится какая-то ерунда. Каждый день что-то новое.
– Где? В сфере культуры? – улыбаясь, переспросила мама. – Интеллигент ты мой, когда сводишь меня в театр? Мы пятый год туда собираемся!
– Нууу.., – протянул отец, ещё шире улыбаясь, – я всё жду интересную пьесу.
– Видать, она не скоро начнётся, – с добротой и любовью посмотрела на него мама, поднося к губам чашку горячего чая.
– Нет, ты представь, какой бардак творится, – продолжал возмущаться отец. – Памятники пропадают, картины исчезают. А скоро и люди начнут сквозь землю проваливается?
– Может, ты читаешь ложные новости? – высказала своё мнение мама и предложила посмотреть на другом интернет-сайте.
Девочка перестала их слушать, заострив внимание на телевизионном мультфильме.
Папа работал стоматологом в частной клинике, а мама – визажистом в салоне красоты: делала макияж разным тётям, на свадьбы и праздники. Жили они втроём на улице Некрасова в доме номер 69. А ещё с ними жила Альфа. Собаку они купили этим летом, на выставке. Ужасная непоседа. Ни минуты покоя, бегает и грызёт всё подряд. Но Соня её очень любит, и они часто играют вместе.
– Софья, не задерживайся, – поторопил отец, – дороги замело, нужно выезжать пораньше, – папа встал из-за стола, оделся и вышел на улицу.
Девочка, потрепав за ухо собаку, дала ей оладышка и тоже стала собираться.
Зима разошлась не на шутку. Будто осерчав на людей, она решила превратить город в северный полюс.
Снег не переставал идти третьи сутки. Из-за плохо прочищенных дорог медленно пробирались не только автомобили, но и люди. Они змейкой шли друг за другом по натоптанным следам, вышагивая шаг в шаг. Ну, а торопыги, смельчаки, решившие обогнать впереди идущего, сразу же по колено проваливались в снег.
Город превратился в один большой автомобильный затор. В низко свисавшее серое небо шли клубы выхлопных газов. Кто-то с силой давил на акселератор, кто-то кричал из окна автомобиля, не желая пропускать наглецов. Все ругались и нервничали, все боялись опоздать по своим делам. Но автомобили еле продвигались вперёд.
Софья уже ожидала,
когда у папы закончится терпение и он вывернет рулевое колесо, припаркует автомобиль и они вернутся домой. Видь они ещё не так далеко отъехали. Удобно расположившись на сиденье, она начала обдумывать, чем займётся в свой выходной день.– Смотри, быстрей! – вдруг неожиданно прокричал папа. – Там кино снимают!
Девочка протёрла запотевшее стекло и посмотрела на улицу. По тротуару бежали двое мужчин с длинными, растрёпанными в разные стороны волосами, одетые в меха животных, с деревянными дубинками в руках. Босыми ногами они ловко перепрыгивали через сугробы, убегая от пары полицейских.
– Классно! – закричала девочка. – Это первобытные люди в нашем городе. Это, наверное, будет комедия или какой-то фантастический фильм. Интересно, как же он будет называться? – Соня продолжала смотреть на них из окна автомобиля.
– Пап, а где у них камеры, ну… и всё остальное?
– Я не знаю, – папа в удивлении скривил лицо и посмотрел на девочку в зеркало заднего вида. – Я сегодня узнаю, что это такое. Думаю, в новостях про это уже написали. А вечером тебе расскажу.
Отец свернул в более просторный переулок и прибавил газу.
Едва девочка пересекла порог школы, как прозвенел звонок. Пробежав по коридору, запыхавшись и стягивая с плеч ранец, она зашла в класс. Сразу кинула взгляд на учителя, но учительский стул был пуст. Таисия Ивановна ещё не пришла. Софья облегчённо вздохнула и пошла располагаться на своём месте.
«Как хорошо, что её ещё нет, а то бы уставилась своими большими очками (ой, у неё через линзы глаза кажутся размером с теннисные мячики!) и минут пять читала бы нотацию про то, что надо вовремя приходить в школу. Про то, что зимняя погода, или прокол колеса автомобиля, да хоть конец света – это вовсе не причина для опоздания на мои уроки», – подумала Соня.
Вечно одетая в тёмно-серое платье, Таисия Ивановна была хорошей строгой учительницей и вполне интеллигентной женщиной, дающей хорошее образование детям. Так считал директор и родители детей. Но не дети: для них Таись Ивановна была самой вредной и противной классной руководительницей, держащей всех в ежовых рукавицах. За любую провинность она ругала учеников. Дети даже думали, что она не умеет смеяться, потому что никогда не видели на её лице улыбки.
– Здравствуйте! – раздался голос учительницы.
– Здрасти! – в один голос поздоровались дети.
– Как нужно правильно приветствовать? – повысила тон Таисия Ивановна.
– Здравствуйте! – снова прокричали дети.
Она оглядела класс, поправила очки и уверенной походкой подошла к доске. Сжав в руке мел, со скрежетом написала тему урока.
С начала урока прошло минут двадцать. Унылая математика нагнала на Софью тоску. Хоть она и пыталась слушать учителя и вникать в уравнение, выложенное на доске, но у неё это плохо получалось.
Её тело становилось тяжёлым, шевелиться не хотелось, постепенно овладевала дремота. Вдруг в окно ударила сломанная ветка дерева, отчего по стеклу побежала трещина
– Ой, что это такое? – вскрикнула Таисия Ивановна, и весь класс посмотрел в окно, за которым начиналась сильная вьюга. Ветер вздымал в воздух снег, сухие листья и ветки. Всё кружилось белой пеленой, плотно закрывая видимость за окном.
Ветер выбил форточку в школьном коридоре и ворвался в здание. Снося всё на своём пути, он со свистом пролетел по коридору, отчего дверь в класс заходила ходуном, а с дверного косяка посыпалась штукатурка. Треснутое стекло, не выдержав потока воздуха, разбилось вдребезги, разбросав осколки по всему полу класса.