Содержание серебра
Шрифт:
Проснулся от первых лучей солнца, потянулся и одним движением вскочил на ноги. Хорошо, что штор нет. Похоже, день будет погожим, как и вчерашний. Старый, без стекла, будильник показывал без десяти пять. Часовой механизм в нем я отремонтировал, а вот пружина в "будильной" части лопнула и чем ее заменить, не нашлось. Показывает время, да и ладно. Так, самочувствие нормальное, голова свежая и ясная, мандража нет и это хорошо. Бегать сегодня не буду. Еще раз потянулся, оделся, теперь заточить чего-нибудь надо. Нарезал хлеба, достал из погреба остатки лука со сметаной. Есть с утра не хотелось, а вот чаю бы попил, но нету. Нагрел во дворе чайник, съел несколько кусков хлеба, намазанные луком со сметаной и запил несладким кипятком. Сполоснул банку из-под сметаны горячей водой, воду вылил. Зашел в дом и достал с полки этажерки облезший полиэтиленовый пакет, вытащил оттуда заляпанную известкой синюю робу. Сегодняшняя форма одежды. Сунул в левый карман оставшийся кусок хлеба, завернутый в газету, в правый карман ствол. В карманы штанов зажигалку и ключ от дома на брелке. Крейсерский нож сунул в кирзачи. Крейсерский в смысле повседневный, который всегда с собой ношу. Во дворе взял полутораметровую потемневшую доску, прижал к правому боку и так вышел на улицу. Робу я сам заляпал, когда в доме белил, постирать так руки и не дошли, роба старая, рваная, только работать в ней. Хорошо в подполе нашлось полведра известки от старых хозяев, дом приобрел жилой вид. Подумал, что неплохо было бы и доску в известке уделать, да поздно уже, так сойдет. Хорошо роба достаточно толстая и теплая, да я еще тельник под нее надел. Утром
На улице тихо, только у соседей куры кудахчут да хозяйка ведром стучит. По времени уже корову должна подоить была, сейчас хозяин корову на пастбище поведет. Я поправил робу и быстрым шагом пошел к Красному проспекту, мне еще через половину Форта топать. По дороге мысли сами собой свелись к мясу и яблокам, еще бы, опять шел через рынок. Около ларька кулинарии вообще чуть не остановился, такой там запах пирогов с яблоками и корицей стоял. Я не нищий и не голодаю, и фиксации на еде у меня нет. Платят хорошо, но лично мое мнение: легкое ощущение голода полезно. Сытое брюхо к учению глухо и все такое. И вообще, я не шикую - откладываю. На что может копить несемейный молодой человек в Приграничье? Да много на что. Я лично коплю на покупку чисто по работе - на хороший амулет. Обычный можно в лавке купить, "Сферу безветрия", например, если получше - говорят через Братство можно достать. "Чешую дракона" хвалят, двести пятьдесят - триста рублей золотом - и носи. Сто пятьдесят рублей у меня уже собрано, только нет у меня знакомых в Братстве, да и хочу я не местный амулет, не из тех, которые в Форте производят. Придется, конечно, на Базу наведаться, старых знакомых повидать. Амулет я хочу алхимический, в Форте их почти нет, а того, который нужен мне - и подавно. Тщательно отогнал мысли о еде, амулетах и Базе, сгорбился, переложил доску на плечо. Надо соответствовать образу.
Поднявшись по Красному проспекту до церкви, перед магазинами свернул налево, в развалины. На ходу выпрямился, потянулся вверх, потряс головой и легко соскользнул в "охват". Поле зрения расширилось, пространство стало ощущаться более тягуче. За первой же шлакоблочной коробкой без крыши меня дожидались двое хмурых типов в застиранных робах с малярными щетками на длинных ручках. Так, двое, больше ничье присутствие вроде не ощущается. Один из "работяг" из тех, которых сопровождал прошлый раз, курит, второй, незнакомый, сидит на кирпиче шлакоблока перед большим пятнадцатилитровым ведром с известью. Даже не кивнул никто, одно слово - хмыри. Я тоже промолчал. Тот, который знакомый, подошел и молча забрал у меня доску, вручив взамен щетки. Хмыри, так же молча, просунули доску сквозь дужку ведра, водрузили на плечи и пошли к Красному. Забросил щетки на плечо и пошагал следом, насвистывая что-то веселое. Перефразируя - веселитесь, это всех бесит.
Выйдя из развалин, хмыри бодро направились прямиком к входу в "кишку", который через дорогу от церкви. Я перестал насвистывать. Вообще-то, про такие вещи предупреждать надо. Не все, кто в "кишку" спускается, поднимается на поверхность. Считай город в городе. Сеть подвалов, старых бомбоубежищ, в которой теперь располагались разнокалиберные лавки, забегаловки и магазины. Мутное место. Хорошо, хоть рано еще, народу много быть не должно. У входа уже стояло несколько телег, тощие грузчики споро сновали вниз и обратно, перенося коробки, тюки, корзины в "кишку". Металлические двери подпирал треснутый шлакоблок, чуть поодаль курили два охранника. Посторонились, чтобы известкой не запачкаться и проводили нас презрительными взглядами. А что? Не доходяги какие. Работа не пыльная, Торговый союз платит хорошо, явно контраст с тремя замызганными подсобниками способствовал ощущению, что жизнь удалась. Я отогнал все мысли, сунул щетки подмышку и правую руку в карман, выглядит абсолютно естественно, как будто щетки поддерживаю. Снял макарова с предохранителя и поотстал шагов на пять. Может подопечные занервничают. Куда там, прут как танки. Большая часть местных заведений еще не открылась, горели магические и кой-где электрические вывески круглосуточных забегаловок. Праздно шатающихся личностей почти не попадалось, что было неплохо. Контролировать доставку в толпе та еще радость. Заранее маршрут я никогда не знал, поначалу это здорово напрягало, но хозяин-барин, таковы условия заказчика.
По кишке мы и трех минут толком не прошли, как стали забирать правее. Прошли мимо чебуречной, свернули за ларек с мелочевкой и уперлись в лавку с амулетами. Обычная лавка с витриной и стендом на стене, только место не очень хлебное, считай на отшибе. Как хозяин еще не прогорел? Продавец, невысокий круглолицый мужик, увидев нас, открыл дверь и хмыри по очереди вошли внутрь лавки. Опять никакого приветствия, как будто первый раз друг друга видят. Я в амулетах не силен, знаю только наши, армейские, которые стандартно выдают на Базе, да с десяток самых ходовых местных. Хотя, припоминаю, была у нас лекция по амулетам Форта, но не помню ничего уже, мой грех. Согласно надписям на стенде, амулеты в лавке алхимические, что для Форта скорее редкость. Продавец нервно огляделся и махнул мне, чтобы заходил. Дверь была сбоку, когда я вошел, стенд с амулетами уже был открыт наподобие двери, за ним потайной ход. Правую руку из кармана я не вынимал и постоянно контролировал стволом продавца. Липовые маляры уже стояли в коридоре, начинавшемся за стендом, и выжидательно косились на меня. Стоило войти в коридор, как стенд за нами закрылся с лязгом металлического листа. Идущий первым хмырь достал электрический фонарик и стал подсвечивать дорогу, наша компания снова двинулась вперед. Несколько раз мы сворачивали, потом небольшое фойе с четырьмя колоннами. Перед фойе я поотстал и шел по другую сторону колонн. Если хмырей тут положат, это не будет особо важным. Я охраняю груз, а не грузчиков. Затем небольшой узкий спуск и снова коридор. Коридор широкий, колышущийся луч фонарика выхватил стоящий справа сломанный облезлый деревянный стул. У нас в школе точно такие же были, покрашенные в точно такой же салатный цвет. Коридор достаточно высокий, стены выкрашены темно-зеленой краской до середины, дальше побелены, как и потолок. На потолке везде пыльная паутина. Слева идут высокие окна, заложенные кирпичом снаружи. На правой стене какой-то выступ. Так это стенд! Сколоченный из дерева и фанеры, кое-где даже застекленный. Перед самым стендом выемка и в ней закрытая дверь с оторванной ручкой. Под чудом уцелевшими стеклами стенда небольшие плакаты комсомольско-спортивной направленности. Стараясь не отвлекаться от контроля обстановки, краем глаза смотрел на длинный стенд. Красные знамена, золотые звезды, бегуны с факелами, олимпийские кольца. Все нарисовано непрофессиональной, но явно старательной рукой. Трафаретные надписи, чеканенные из медной фольги потемневшие звезды. Почти как в нашем школьном коридоре, ведущем в спортзал. Второй стенд был медицинской направленности. Оказание первой помощи, повязки, шины. Это уже типографские плакаты. На бетонном полу, кстати, целая тропинка в пыли, опилках и мелком мусоре. Ходит тут кто-то иногда. Метров через двадцать коридор привел к невысокой, в пяток ступеней, лестнице и уперся в массивную металлическую дверь с кодовым замком. Над дверью тускло светилась зачем-то покрашенная в красный цвет лампочка. Хмырь, который незнакомый, позвонил в незамеченный мной звонок. Я поставил щетки к стене и достал ствол, стараясь стоять в неосвещенной области. С минуту ничего не происходило, затем лязгнул железный засов, но дверь не шелохнулась. Знакомый хмырь обернулся и сквозь зубы процедил:
– Не дергайся. Дальше мы сами.
Небрежно сунул в левую руку пачку купюр. Потом, толкнув дверь, маляры зашли внутрь, в темноту, вместо них в проеме возник плотный боец с АКСУ и в бронежилете. Автомат свободно болтается. Неправильный автоматчик. Не говоря ни слова, боец с грохотом закрыл дверь. Ребята не палятся ни разу, в открытую с автоматом в Форте. Зашибись! А мне-то что теперь? Пойти по той же дороге обратно? Не должен вроде заблудиться. Хорошо в китайском пластмассовом брелке, на котором ключ от дома, есть фонарик. На одном светодиоде. Ничего, тут недалеко. Работа выполнена, бабло на руках. Жить можно.
Фонарик у меня давненько, кто знает, насколько батарейки
хватит. А она там маленькая, таблетка. Взял щетки и пошел обратно, еще по пути заметил - щетки добротные, новые. В целях экономии я включал фонарик на секунду и шагов пять шел в темноте, потом опять включал. Дошел до спортивного стенда, посветил на плакаты, попялился, ностальгия, будь она не ладна. Стенд кончился, выемка с дверью. Толкнул дверь - закрыта. Тут же пронеслась шальная мысль. Поставил щетки, аккуратно потянул за нижний край стенда, просунул руку и пошарил по нижней планке. Ха! У нас физичка, чтобы не ходить постоянно в учительскую за ключом, прятала его за стенд. Воистину люди одинаковы. Вставил извлеченный из-за стенда ключ в скважину и повернул два раза. Заходить в незнакомое помещение в непонятном мутном месте сходу абсолютно не тянуло. Тело просилось рывком открыть дверь, на полсекунды светануть внутрь, отскочить, потом кувыркнуться внутрь за ближайшее укрытие. Светанул, но отпрыгивать не стал, просто присел. Халтура конечно, обычно я себе такого не позволяю. Явного противника нет, а накатишься на стекло или гвоздь, мало не покажется, я же не в бронике. Левой рукой взял щетки и вошел в помещение, осветил. Обычный класс или аудитория. Только во всем помещении слева всего три стола и пяток стульев, все сломанные. Оконные стекла абсолютно не прозрачные, толи заложены, толи грязью заросли. Справа учительский стол, боковая стенка вообще отвалилась, доски на стене нет, но видны толстые деревянные чопики с шурупами, на которых она висела. Поборов желание выкрутить ножом шурупы, пошел в видневшийся за учительским столом проход. Так, тут еще комната, поменьше, вдоль стены высокие шкафы с раздвижными створками. Створки длинные, добротные, шкафы тоже выглядят целыми. На полках пыльные тонкие брошюры или тетради. Надо бы сюда наведаться, если получится. Как стал жить в своем доме, а не в казарме, непотопляемая хозяйственность обнаружилась. Готов тащить, все, что не прикручено. А что прикручено - откручивать и тащить. Так, боец, ты сюда не за шурупами пришел. Выбираться отсюда надо. Светодиод уже заметно притух, это уже не есть гут. Дальше еще дверь, совсем уж хлипкая, но с целой ручкой. Толкнул - закрыто, потянул за ручку - все равно закрыто. Развернулся, выключил фонарик и на ощупь пошел обратно в коридор. Подошел к двери и услышал голоса из темноты справа, потом по стенам заскользил луч мощного фонаря. Цвет луча странный, не лампочка и не светодиод, зеленым отдает. Магический светильник наверняка. Я медленно потянул оставленную открытой дверь на себя. Только бы не скрипнула. Только-только прикрыл дверь, как мимо прошли, по моей оценке, три человека. Пойти за ними? В темноте? Не самая хорошая идея. Хотя...Нет. Со стволом я их положу всех наверняка, да ствол даже доставать не буду, ножа хватит, зачем шуметь, вот только оно мне надо? Шаги не успели отдалиться, как добавился четвертый голос:– А где этот?
– Он что, через тебя не выходил?!
Блин, во влип. Может просто выйти к ним, мол, заблудился и все такое. Но что-то не тянуло абсолютно. Я аккуратно вытащил ключ из замочной скважины и спрятал в карман, потом медленно запер дверь на замок изнутри. Когда нашарил ключ за стендом, отметил сантиметровый слой пыли, а значит, дверью этой не пользовались достаточно давно, не должны бы сюда ломиться. Как можно тише дошел до хлипкой двери во второй комнате, еще раз осветил дверное полотно. Из-за тени косяка не заметил замок, дверь открывается с этой стороны. Открыл дверь и оказался в небольшой каптерке, у стены ржавое ведро, две рассохшихся швабры, в углы свалены сломанные тумбочки и стулья. Еще дверь, заперта с моей стороны на массивный шпингалет. Голоса здесь слышаться намного глуше, кстати. Открыл и эту дверь, за ней лестничная площадка и лестница наверх. Лестница, ведущая вниз, перекрыта металлической дверью. Посветил на глазах тускнеющим фонариком - дверь заварена. Пойдем наверх. Поднялся на пару пролетов - опять массивная металлическая дверь, закрыта с моей стороны на толстенный засов. На ручке засова пыльная паутина. За дверью тихо. Медленно потянул кругляк-тридцатку из паза. Хорошо засов крашенный, как и дверь, а так бы скрежет и лязг были бы обеспечены. Краска на засове стерта всего ничего, значит, дверью почти не пользуются. Если на лестнице воздух был затхлым, то на площадке за дверью вполне свежим. И тянуло куревом. С верхнего пролета лился слабый свет. Я аккуратно прикрыл за собой дверь и медленно пошел по лестнице вверх. Через два пролета обнаружилось не застекленное окно, не полностью заложенное кирпичом. Видно, что специально оставили пару узких бойниц. Стекла, кстати, не разбиты, по лежащему на подоконнике штапику можно сказать, что стекло аккуратно вытащили. Во! А еще на подоконнике стоит консервная банка с окурками. Сигареты тонкие, с помадой на фильтре. Сигареты одной марки, помада, вроде, тоже на всех одна и та же. На полу, в пыли четкие следы женских туфлей. Курево, особенно такое, вообще-то не дешево стоит, да и продается в считанных местах. Женские сигареты, считай, экзотика. В углу валяется тряпье, похоже, им бойницы затыкают. Через сами бойницы открывается вид на захламленный двор, стены, кстати, выглядят знакомо, но, сейчас не соображу, где видел такой же серый кирпич. Только начал подниматься выше по лестнице, как услышал приглушенный голос. Женский. Слов не разобрать, но явно лекцию читает. Или доклад. Заставил себя не выхватывать ствол, а плавно вытащил из правого сапога нож. Стараясь не топать, поднялся еще на пролет. Видок у меня сейчас, наверное, зачетный - маляр-оборванец с ножом и щетками. Еще дверь, на этот раз деревянная. Замок с моей стороны, но ручки нет, открыть можно только ключом.
Между тем, голос за дверью смолк. Я присел и попытался через замочную скважину рассмотреть происходящее в смежном помещении. Обычный класс или аудитория, на стене доска, преподаватель, женщина лет пятидесяти, рисует на доске четырехконечную звезду с какими-то рунами на лучах. За партами только женщины, точнее девушки, большинство очень молодые. На ближайшем ко мне стуле висит сумочка, на сумочке значок - комар с напитым кровью брюшком. Раньше знак этот я видел почти каждый день, в учебном корпусе на стенде "Группировки Форта". Ну, теперь понятно где я, это же здание медучилища, а в классе медслужба Сестер Холода ума-разума набирается. То-то стенд внизу попался медицинской направленности. Кстати, пару раз обращал внимание, что воспринимаю Сестер Холода не как женщин. Обычно смотришь на молоденькую девушку и мысли сразу определенной направленности - оцениваешь, какие формы и изгибы. С ведьмами по-другому. Ощущение, словно смотришь на хищную кошку или на красивый острый клинок. Подсознательное, видимо.
Преподавательница закончила бормотать у доски и повернулась к классу, теперь все слышно отчетливо:
– Мы с Екатериной Ивановной проводили тесты с первыми группами посвященных, знаете, девочки, что выяснилось? В течение первых дней после ритуала в крови Сестер резко увеличивается содержание серебра. Так что, девочки, вы теперь и вправду драгоценные. Содержание серебра в вас высокое. На сегодня все, до среды, девочки.
Сестры захихикали, хозяйка сумочки, сидящая буквально в метре от меня, повернулась к соседке:
– То-то я неделю цепочку свою серебряную по ночам грызла, вкусной казалась, - девчонки заулыбались, похоже, подружки.
– А меня тошнило и на яркий свет реакция была.
Хозяйка сумки повернулась вправо и положила в сумку тетрадь и карандаш, затем внезапно уставилась синими, почти фиолетовыми глазищами прямо на меня. От неожиданности я отшатнулся от двери. Блин, что за? Похоже, адреналина хапнул, даже не пойму, достаточно ли бесшумно отшагнул. Хорошо щетками не стукнул. Нечисто что-то с Сестрами, я на полигоне уже и под танк без эмоций и на сдаче на Егеря на близкие взрывы не велся, а здесь цепануло. Надо же, содержание серебра у них высокое, драгоценные наши. Опять прильнул к замочной скважине - синеглазая, вроде, на доску смотрит, хотя сидит вполоборота. Присмотрелся к девахе, вдруг пересечемся когда - волосы чуть срыжа, фигуристая, ноги, на мой вкус, тощеваты. Одета в белую кофту и потертую джинсовую юбку до колен, на ногах туфли на высоком каблуке. Шея еще, кажется, длинная. Лекторша начала стирать с доски, Сестры зашевелились, стали складывать тетради, вставать из-за столов. Рыжая тоже встала и я зафиксировал силуэт и манеру двигаться. Должен узнать, если встретимся. Сестры потянулись к выходу из класса, а преподавательница стала собирать бумаги со стола в сумку. Видно, что тетенька серьезная.