Чтение онлайн

Особенно если она окажется не его сестрой. Хотя шансы на это уменьшаются с каждой минутой.

Что делает разговор с ее матерью еще более важным, поскольку тогда мы будем знать наверняка.

– Мы должны позвонить им, Куинн.

Мои слова привлекают ее внимание.

– Вы не можете. – Ее взгляд нервно мечется по комнате, как у испуганного животного, угодившего в ловушку. – Они… уехали из города.

Мы с Фениксом обмениваемся тревожными взглядами.

Может, она все-таки не его сестра?

– В таком случае мы можем тебя куда-нибудь отвезти? Пока не поговорим

с твоими родителями и не убедимся, что они не против твоего нахождения здесь.

Куинн резко вскакивает.

– Знаете что? Неважно. Я пойду.

В мгновение ока она устремляется к двери.

Феникс, чьи ноги намного длиннее моих, успевает схватить ее за руку прямо перед выходом.

Куинн вздрагивает, будто ей больно.

Я подбегаю к ним.

– Помягче, Феникс. Ты делаешь…

У меня сводит живот, когда он закатывает рукав ее толстовки – и я только теперь понимаю, как странно выглядит ее наличие, учитывая, что сейчас лето, – обнажая нелицеприятный синяк на предплечье.

– Где ты его получила?

– На футболе, – быстро отвечает Куинн. – На днях меня атаковали на поле. – Нацепив на лицо улыбку, она поднимает кулак в воздух. – Вперед, Тигры.

Феникс, похоже, на это не ведется. Не уверена, что я тоже ей верю.

– На какой позиции ты играешь?

– Вратарь, – без колебаний отвечает она.

Он хмурится.

– Назови известного футболиста.

Куинн не промахивается.

– Дэвид Бекхэм.

Все еще сомневаясь, Феникс продолжает задавать вопросы:

– Сколько игроков в футбольной команде?

И тут она спотыкается.

– Десять.

Феникс окидывает ее многозначительным взглядом.

– Одиннадцать.

Смеясь, Куинн пытается выйти из положения.

– Себя не посчитала, глупышка.

Несмотря на то, что она отвечает на все вопросы, я не могу избавиться от тревоги, сжимающей мою грудь.

Что-то не так.

Феникс тоже это чувствует и потому не отступает.

– Почему тебя атаковали, если ты вратарь?

Можно сказать, что Куинн на мгновение теряется, потому что я практически вижу, как она продумывает возможные варианты.

– Атаковали мячом. Но на днях моя команда также подралась на поле с нашими школьными соперниками. – Свободной рукой она шлепает себя по колену. – Ты бы это видел, чувак. Сумасшедший замес.

– Сейчас лето, – цинично произносит Феникс. – Школа закрыта.

Когда поведение Куинн меняется, он снова смотрит на меня.

– Позвони в полицию.

– Пожалуйста, не надо.

Вырвавшись из его хватки, она на всех парах мчится вперед.

Фениксу удается вклиниться между ней и дверью за долю секунды до побега.

– Эти синяки не от футбола. Поверь мне, я знаю. Раньше я придумывал такие же бредовые истории. – Скрестив руки, он пристально глядит на нее. – Сестра ты мне или нет, я ни за что не позволю тебе вернуться туда, где тебя кто-то бьет.

Мое сердце сжимается по двум разным причинам.

Первая – потому что я знаю, что происходящее, должно быть, разрывает Феникса на части.

И вторая – следующие слова Куинн.

– Если бы ты действительно знал, то понял бы, почему звонить в полицию –

плохая идея.

Страх все туже обхватывает мою грудь.

Ей от этого будет только хуже.

– Черт. – Резко выдохнув, Феникс проводит рукой по лицу. – Слушай, я прослежу, чтобы полиция отнеслась к этому серьезно и не возвращала тебя туда, хорошо?

– Ты не понимаешь, – шепчет Куинн дрожащим голосом. – Он и есть полиция.

Феникс отступает, словно его ударили, и страх в моей груди оборачивается полномасштабным ужасом.

– И так будет плохо, когда он меня найдет, а он всегда меня находит. Но если ты позвонишь в полицию, они расскажут моему отцу – он, черт возьми, шериф – и он совсем потеряет голову. – Обхватив себя руками, она опускает взгляд на кроссовки. – Он терпеть не может, когда я сбегаю, но еще больше ненавидит, когда позорю его. Отец не только выйдет из себя, он… – Куинн тяжело сглатывает. – Он…

– Причинит боль маме, – заканчивает за нее Феникс. – Потому что это худшее наказание.

Я пытаюсь сделать вдох, чтобы тяжесть не сдавливала мои легкие, но ничего не выходит.

Не понимаю, как может родитель жестоко обращаться со своим ребенком.

И не понимаю, как кто-то может оставаться с таким человеком.

Или как кто-то способен бросить своего ребенка и оставить его наедине с монстром, который над ним издевается.

– Что нам делать, Феникс? – хрипло спрашиваю я, мой мозг отчаянно пытается найти верное решение.

Мы не можем позвонить в полицию, потому что ее отец – шериф.

Не можем позвонить ее маме, потому что, очевидно, эта женщина его защищает.

Единственное, что я точно знаю: мы не повезем Куинн обратно в эту адскую дыру.

Мне плевать, сестра она ему или нет.

Заметно расстроенный Феникс хватается за шею.

– Прямо сейчас я ни хрена не могу сделать. Пока мы не сдадим тест ДНК и не получим результаты.

– Ты мой брат, – настаивает Куинн, наверное, в сотый раз с тех пор, как она здесь появилась. – Клянусь.

– Мне нужны доказательства, – гремит он, прежде чем его голос становится намного мягче. – Иначе я ничем не смогу тебе помочь. Буду выглядеть как какой-то подонок, укрывающий девочку-подростка.

Феникс прав. Хотя я надеюсь, что Куинн окажется его сестрой, у него полностью связаны руки, пока мы не узнаем наверняка.

– Но потом ты меня спасешь? – восклицает Куинн, и проблеск надежды в ее голосе заставляет меня проглотить слезы.

– Ага. Только сначала мне надо получить результаты. – Взглянув на меня, он беспомощно пожимает плечами. – А пока, думаю, она может остаться здесь.

Феникс пытается держаться отстраненно, но в тот момент, когда Куинн бросается к нему с объятиями, его бесстрастное выражение лица исчезает. Теперь на нем отражается множество эмоций, начиная от трепета и шока и заканчивая отчаянным желанием защитить.

Очевидно, что ему нужна минута или несколько, чтобы осмыслить бомбу, брошенную ему прямо на колени, поэтому, как только Куинн отстраняется, я улыбаюсь ей и говорю:

– Ты можешь занять мою комнату. Она прямо по соседству.

Ее недоверчивый взгляд мечется между нами.