Чтение онлайн

Узнай мир, что их любимый фронтмен оказался мошенником, это поставило бы под угрозу само существование Sharp Objects, поэтому не сомневаюсь, что Сторм бы изменил свое мнение о моем увольнении.

Преданность общему делу и все такое.

– Я знаю, что он причинил тебе боль.

Феникс не просто причинил мне боль.

Он меня уничтожил.

– Я не могу помешать тебе уйти, – продолжает Сторм. – Черт, даже не могу винить тебя, если ты решишь так поступить, но я…

– Ты что? – спрашиваю я, когда его голос стихает.

– Феникс уже не тот. – Выдыхая, он проводит рукой по

лицу. – Он попал в ад, и я не могу вытащить его оттуда. – Темные глаза смотрят прямо на меня. – Мне казалось, что все дело в аварии, но, оглядываясь назад, понимаю, что это послужило лишь спусковым крючком. В его голове уже давно царит полный бардак, и он в одной ошибке от того, чтобы стать человеком, которым никогда не хотел быть.

– Его отцом, – шепчу я, не обращая внимания на боль в сердце.

Сторм кивает.

– Знаю, что не имел права заставлять Чендлера выслеживать тебя, особенно после того, как у вас с Фениксом все закончилось. Но я в отчаянии. – Он пожимает своими массивными плечами. – Ты уже помогла ему раньше, когда он в этом нуждался. Наверное, я надеялся, что ты сумеешь сделать это снова. Потому что меня он, черт возьми, больше не слушает. И никого другого, если уж на то пошло.

Мне жаль Сторма, ведь ясно, что он заботится о своем лучшем друге. Однако у меня нет ни малейшего желания помогать Фениксу.

– Мне плевать, если Феникс испортит свою жизнь. – Поднеся бутылку с водой ко рту, я делаю глоток. – Я здесь только потому, что мне нужны деньги.

– Верно. – Мне не удается расшифровать выражение лица Сторма.

Я уже собираюсь встать и уйти, но его следующая фраза заставляет меня замереть.

– Что с тобой происходит, Леннон?

Когда я поднимаю взгляд, его лицо озаряет искренняя забота.

Мне нравится Сторм, поэтому я не против довериться ему, просто не желаю, чтобы Феникс тоже был в курсе.

– Не хочу, чтобы это дошло до Феникса.

Потому как это не его дело. Он не заслуживает того, чтобы знать подробности моей жизни.

– Этого не случится. Все, что ты мне скажешь, останется между нами. Даю слово.

Его тон настолько искренен, что я ему верю.

– Мой отец болен. – Я заставляю себя дышать сквозь сокрушительную боль, сжимающую сердце. – Два года назад у него диагностировали раннюю стадию деменции. Его состояние стремительно ухудшалось, и мне пришлось бросить колледж, чтобы ухаживать за ним.

– Черт. – Сторм морщится. – Мне жаль.

Мне тоже.

Он переминается с ноги на ногу, испытывая неловкость.

– Хочешь обняться или еще что-нибудь?

Мне не удается сдержать смех. Хоть я и ценю его предложение, бедняга выглядит обеспокоенным тем, что я могу согласиться.

– Я в порядке. Спасибо.

Он заметно расслабляется.

– Слава богу. – Засунув руки в карманы, он говорит: – Сегодня вечером у нас концерт, а потом отправимся в тур на автобусе. Оставайся в моей комнате до саундчека в семь часов.

Я благодарна ему за то, что он предоставляет мне место для укрытия и так не придется иметь дело с Фениксом.

– Я ценю это. – И тут меня осеняет. – Я же оставила его прикованным наручниками к кровати.

Сторм усмехается, и я замечаю татуировку на его шее. Огромный средний

палец.

– Да, так и есть. Но пусть еще немного попотеет. – На его лице появляется загадочное выражение. – Это мне напомнило кое о чем. Сейчас вернусь.

Он исчезает в спальне, но через несколько минут возвращается… с длинными черными ремнями.

– Что это?

– Не каждое изголовье подходит для наручников, – объясняет он, протягивая их мне. – Это система фиксации. Она устанавливается между матрасом и пружинным блоком. – Он жестом призывает меня встать. – Пойдем, я покажу, как ее установить.

Излишне говорить, что теперь я точно знаю, кто дал Чендлеру наручники.

Глава 28

Леннон

– Я люблю тебя!

– Хочу от тебя детей!

– Я позволю тебе сделать со мной все что угодно.

У меня сводит желудок, когда я смотрю, как Феникс выходит на сцену для финального выступления, скользя стройной, подтянутой фигурой, словно змея, готовящаяся поглотить добычу.

С сигаретой в руке, несмотря на строгий запрет на курение на стадионе, он грубо хватает микрофон, чем вызывает еще больше одобрительных возгласов толпы.

А потом он просто стоит там, словно какое-то недостижимое божество, которому поклоняются тысячи верующих. Впитывая энергию, ожидая, пока напряжение и предвкушение не переплетутся настолько мощно, что можно будет услышать бешеный стук сердца каждой девушки в толпе.

Проходит еще одно мгновение. Мое тело напоминает оголенный провод, гудящий от электричества. Я задерживаю дыхание. Сжимаю бедра. Тихо корю себя за то, как реагирует мое тело, хотя на целой планете нет никого, кого бы я ненавидела сильнее Феникса.

Словно уловив мои мысли, он поворачивает голову вправо, где я жду за кулисами.

Он медленно обводит мое тело взглядом с головы до ног, делая паузу, дабы тщательно рассмотреть каждый изгиб. Будто метит свою территорию.

Не сводя с меня глаз, он проводит языком по пирсингу таким непристойным образом, что у меня подгибаются колени, а мое презрение к нему возрастает до сверхзвукового уровня.

Я твержу себе не обращать внимания на прилив жара, расползающийся по спине, но ничего не могу с собой поделать.

Потому что он Феникс Уокер…

Бог рока. Самоуверенный подонок.

Вор.

И от его пламени не скрыться.

Оно накроет задолго до того, как у вас появится шанс потушить огонь.

Несмотря на то, что однажды я уже обожглась им, я выпрямляю спину. Хоть я и нахожусь на костре, а Феникс готовится зажечь спичку, это не значит, что я не окажу сопротивления.

Он может сжечь меня, но умру я подобно Жанне д’Арк.

Когда начинается гитарное вступление Мемфиса, Феникс с бесстрастным лицом поворачивается к толпе.

Джордж – басист, которого они наняли вместо Джоша, – следует за Мемфисом.

Мгновение спустя Сторм бьет по барабанам… наращивая темп.

Они играют настолько синхронно, что никто и не подозревает, что на самом деле происходит за кулисами. Тот, кто впервые видит их выступление, никогда не догадается, что чуть больше трех месяцев назад они потеряли участника группы.