Чтение онлайн

— Это не прекратилось, когда я выросла. Он продолжал причинять мне боль, пока я не переехала в Кромвель.

— Что? — спрашивает Брэндон, его голос такой низкий, что я едва слышу его.

Я молчу, неуверенная, что могу произнести эти слова вслух. Наконец, Джейс не оставляет мне выбора.

— Ты скажешь им почему, или это сделаю я.

Закрыв глаза, отказываясь смотреть на кого-либо, я обнажаю свою душу.

— Я съехала в тот день, когда мне исполнилось восемнадцать. Я скопила достаточно денег, чтобы жить самостоятельно, пока не поступила в колледж. К счастью, до этого оставалось

всего полтора месяца.

Набрав в грудь побольше воздуха, я продолжаю свой рассказ.

— Я почти не видела своих родителей или Дина в течение двух лет. Он уехал в Дьюк поступать в медицинскую школу, так что его не было рядом, а мои родители не заботились обо мне настолько, чтобы навестить. Это были лучшие два года в моей жизни.

Открыв глаза, я осматриваю комнату, пока не вижу Джули с красными глазами.

— Мне нравилось жить с тобой и Кристен. Присутствие Дженни там только сделало это лучше.

Я замолкаю, не совсем уверенная, что сказать дальше. Брэндон слегка сжимает меня.

— Закончи рассказ, детка.

— Затем однажды Дин появился как гром среди ясного неба. Это был день, когда он встретил Джули. После этого все снова пошло прахом. — Я поднимаю голову и смотрю на Брэндона, нуждаясь в том, чтобы он понял, что я собираюсь сказать. — Я пыталась рассказать о нем Джули. Клянусь, я пыталась. Я просто не могла. Каждый раз, когда я пыталась, я замирала.

— Я знаю, — мягко говорит он, двигая руками вверх и вниз по моей спине. — Я знаю, что ты пыталась.

Забывая, что в комнате есть кто-то еще, я сосредотачиваюсь на нем.

— Прежде чем я осознала это, они были женаты, и он причинял ей боль точно так же, как и мне. Я пыталась заставить его остановиться. Я пригрозила обратиться в полицию, но он только рассмеялся. Он знал, что отец снова вытащит его из беды. Он был прав. Отец так и делал. Снова и снова все преступления Дина замалчивались.

— Я не понимаю, — спрашивает Брэндон со смущением и заботой в голосе. — Какое это имеет отношение к Дженни?

Хотя он этого и не сказал, я также знала, что ему интересно, какое это имеет отношение к моим отношениям с Дином.

— После того как они были женаты несколько лет, Дин пришел ко мне, чтобы заключить сделку.

Я слышу, как Джули ахает, прежде чем отойти и встать у края дивана.

— Что он с тобой сделал?

Я медленно поворачиваю голову, чтобы посмотреть на нее.

— Он заставлял меня кое-что делать… делать кое-что с ним. Я не хотела, но это было либо она, либо я.

Лицо Джули становится белым, когда до нее доходит смысл моих слов.

— О Боже мой! Нет, Бетани. Пожалуйста, скажи мне, что это неправда.

— Я должна была защитить ее. — Произнося эти слова, я чувствую, как дрожь пробегает по телу Брэндона.

Я поднимаю взгляд и вижу, как блестят его глаза. Слез нет, но их сдерживает одна лишь воля.

— Она была всего лишь маленькой девочкой. Я не могла допустить, чтобы ей причинили боль.

— Почему ты мне не сказала? Мы могли бы уехать, — спрашивает Джули сквозь прерывистое дыхание.

— Я испугалась.

— Чего? — спрашивает Брэндон напряженным голосом.

Я ерзаю у него на коленях, пока не оказываюсь лицом к лицу с Джули.

— Он сказал,

что если я расскажу тебе, он сделает хуже, чем просто причинит тебе боль. Я не знала, действительно ли он сделал бы это, но я не могла рисковать. Это была полностью моя вина, что ты была с ним.

— Нет, это неправда, — говорит Джейс, не оставляя места для споров. — Ни в чем из этого нет твоей вины.

— Джейс прав. Ты не сделала ничего плохого, — говорит Брэндон, наклоняясь и прижимаясь своим лбом к моему. — Ты самая храбрая женщина, которую я когда-либо встречал. Ты мой маленький воин.

Я медленно закрываю глаза и позволяю слезам течь, даже не пытаясь их остановить.

— Я бы сделала все, чтобы защитить Джули и Дженни.

— Я знаю, детка. Поверь мне, я знаю, — шепчет он, отстраняясь ровно настолько, чтобы коснуться своими губами моих. — И я сделаю все, чтобы защитить тебя.

Медленно он отстраняется и откидывается на спинку дивана. Притягивая мою голову к изгибу своей шеи, он начинает медленно водить круговыми движениями по моей спине. Через несколько секунд я чувствую, как мои веки снова тяжелеют. На этот раз я не сопротивляюсь, когда темнота берет верх.

Глава восьмая

Звук открывающейся и закрывающейся двери будит меня. Когда я открываю глаза, то обнаруживаю, что смотрю на шрам на лице Брэндона сбоку. Он ярко-красного цвета, давая мне понять, что рана еще не полностью зажила. Не задумываясь, я поднимаю руку и провожу пальцем по сморщенной коже. Он подпрыгивает от моего прикосновения, но не двигается, чтобы убрать мою руку.

— Это произошло во время аварии?

Кивая, он отвечает.

— Да, но я не уверен как. Я потерял сознание, как только взорвалась бомба.

— Мне так жаль твоих друзей. — Не уверена, почему я это говорю, но я имею именно это в виду.

— Они не были моими друзьями. Они были моими братьями. — Его голос грубый, но не резкий. Как будто говорить о них почти невозможно, и ему приходится заставлять слова слетать с его губ.

Садясь, я обхватываю его покрытую шрамами щеку. Повторяя его действия ранее, я прижимаюсь губами к его губам.

— Мне жаль твоих братьев.

Как только слова слетают с моих губ, он целует меня, не нежным поцелуем, а чем-то яростным и агрессивным; утверждающим поцелуем. Его губы пожирают мои, когда его язык проникает в мой рот. Мягкая ласка внутри моего рта заставляет меня извиваться у него на груди. Поцелуй продолжается и продолжается, заставляя нас обоих задыхаться и желать большего. Да, впервые в своей жизни я хочу, чтобы мужчина прикоснулся ко мне.

Отстраняясь, я говорю единственное, что приходит мне в голову.

— Вау.

Высокомерная улыбка появляется на его губах.

— В точности мои мысли.

Кто-то прочищает горло, и я мотаю головой в сторону двери, ведущей на кухню. Когда я вижу Шейна, стоящего там и смотрящего на нас, я чуть не спрыгиваю с колен Брэндона. Только его руки, обхватившие меня, как тиски, удерживают меня на месте.

— Джули попросила меня приехать за вами двумя, — говорит Шейн, глядя на Брэндона, прежде чем его глаза останавливаются на мне. Я вижу в них легкую толику ревности, но в основном я вижу принятие.