Чтение онлайн

– Детка, сделай потише, я еще сплю, – вдруг раздается голос позади меня, и я цепенею.

Черт. У меня же ночевал Гаррет.

Зажмурившись, я пытаюсь придумать, как объяснить это папе. Затем делаю глубокий вдох и снова открываю глаза, избегая взгляда отца. Медленно поворачиваюсь к Гаррету и вижу у него на груди спящий комок. В это мгновение с губ срывается вздох облегчения. Внутри вдруг теплеет от этой картинки перед глазами. И я совершенно забываю о том, что здесь сейчас мой отец.

Твою мать.

– Эм… – возвращаю взгляд к папе. – Это не то, чем кажется. Просто

мы… я… эм.

Господи, почему так сложно?

Тру пальцами переносицу, надеясь, что отец не станет это комментировать, но кого я пытаюсь обмануть?

– Приводи себя в порядок, мне нужно на встречу. Давай тогда пообедаем часа через три. Буду ждать тебя внизу. – Желваки на лице папы напрягаются. – А тебя ждать не буду! – кричит отец Гаррету, а затем пронзает его взглядом убийцы. – Меня радует, что он спит на диване. Но больше бы меня порадовало, если бы он спал на диване, который находится за пределами этой квартиры.

Поджимаю губы, сдерживая смешок. Но улыбка все же расползается по моему лицу.

– Через три часа буду внизу. Одна.

– Ладно, гномик. Люблю тебя. – Он тянется к моему лбу, чтобы коснуться его губами, после чего еще раз окидывает взглядом Гаррета на моем диване и молча уходит.

Закрыв дверь, я прислоняюсь к ней спиной и смотрю на Гаррета. Он сидит на моем диване. На нем нет футболки, его волосы взъерошены, а в руках он держит мою собаку. Позволяю себе оценить его рельефный торс и полюбоваться татуировками на руках, при этом прикусывая губу.

Иисусе.

Почему он вдруг начал казаться мне таким сексуальным?

Будем считать, что это из-за того, что он держит в руках мою собаку, а любой мужчина с собакой в руках – ходячее воплощение секса. И с этим не поспорить.

В моей груди вдруг зарождается какой-то непонятный трепет. От этого по телу проносится дрожь, и я испытываю странный жар.

Мне не должен понравиться Гаррет Пратт. Я не создана для отношений. Как выключить этих жалящих монстров в животе?

– Доброе утро, – вдруг хрипло произносит Гаррет, пока я пытаюсь избавиться от мурашек.

– Доброе утро, – отвечаю я, понимая, что мой голос дрожит. О господи! Наверное, это побочка от успокоительного, что я выпила вчера перед сном. – Анджелина спала с тобой всю ночь?

– Да, – Гаррет проводит по волосам. – Мы не спали еще где-то до пяти утра. Она начала скулить, и я взял ее к себе. Потом позвонил доктору, чтобы не будить тебя и узнать у него, нормально ли это. Он сказал дать ей воды и немного поесть. Потом она сходила на пеленку, я ее помыл, и она практически сразу уснула.

– Ты… позвонил доктору? – удивляюсь я.

– Ну я решил, что это разумнее, чем погуглить.

– И помыл… сам помыл Анджелину?

– Ну, она воняла. Я не хотел обниматься с ней после того, как она сделала свои дела.

– Конечно, – на автопилоте произношу я, шокированная тем, что он возился с моей собакой. – Ты ей нравишься.

– Я вижу, – ухмыляется он. – Может, заберешь ее? У меня тренировка через два часа. Мне бы сходить в душ и позавтракать.

– Да, извини. – Я подлетаю к нему, чтобы забрать Анджелину, и она на меня рычит. – Это еще

что такое? – Из моего рта вырывается смешок, когда моя собака еще крепче прижимается к Гаррету.

Гаррет хрипло смеется и пытается договориться с Анджелиной:

– Эй, чудище. Мы с тобой просто провели ночь вместе. Я не давал тебе никаких обещаний.

Анджелина лает, пока я смеюсь, но все же идет ко мне на руки. Гаррет поднимается с дивана и морщится от боли в пояснице.

– Нужно было отдать тебе свою кровать, – с сожалением произношу я. – Мне жаль, что… у тебя тренировка, а ты весь побитый и невыспавшийся.

– Все в порядке. Не волнуйся об этом.

– Может… ты примешь душ у меня? Я пока приготовлю завтрак.

Замерев на месте, Гаррет сводит брови к переносице. Он с удивлением смотрит на меня.

– Ты хочешь меня отравить?

Смеюсь.

– Нет. Хочу загладить вину. Мне кажется, вчера мы все обсудили. И нам больше нет смысла играть друг с другом.

– Тебе же будет скучно, если игры закончатся.

Сдерживаю улыбку. И откуда он так хорошо меня знает?

– Ну это не значит, что мы станем той самой идеальной парочкой, от которой у всех будет дергаться глаз.

– Ладно, – усмехается он. – Дашь полотенце?

– Возьми в комоде в ванной.

Кивнув, он проходит мимо меня. Повернувшись к зеркалу у входной двери, я вдруг случайно замечаю свой внешний вид в отражении. Мои глаза широко распахиваются, и я тут же окликаю Гаррета:

– Погоди, давай я быстро приведу себя в порядок? Дай мне пару минут.

Не дав ему шанса остановить меня, я снова вручаю ему Анджелину и залетаю в ванную. Сделав глубокий вдох, я осматриваю себя в зеркале и ужасаюсь.

Боже, я вчера не смыла макияж, а у меня на голове словно кто-то свил гнездо. Боюсь представить, о чем подумал отец, когда увидел меня в таком виде. А Гаррет… ему нельзя было видеть меня такой!

– Лиззи, только давай быстрее. У меня и в самом деле мало времени, – тихонько стучит по двери Гаррет. – Тебе не нужно краситься и делать укладку. Ты красивая и без этого.

От его слов мое сердце начинает стучать чаще. То, как его комплименты вдруг стали действовать на меня, не на шутку пугает.

Делаю глубокий вдох.

Он просто помог мне с собакой. И просто он хорошо целуется. И просто он видит меня настоящую и помнит, что я люблю «Беллини» и горячий шоколад.

И просто он почему-то нравится монстрам внутри меня. У них ужасный вкус.

Быстро чищу зубы, смываю косметику и наношу на лицо сыворотку. Пока она впитывается, расчесываю волосы. Одна часть меня хочет нанести яркий макияж и потратить полчаса на укладку, чтобы доказать Гаррету, что я делаю это для себя, а не вовсе ради образа пустышки. Вот только правда в том, что мне не нужно ничего доказывать Гаррету. Он все понимает и так. Без этих громких заявлений. Мой яркий макияж – лишь броня.

Собрав передние пряди крабиком, я оставляю распущенные волосы и выхожу из ванной. Нахожу взглядом Гаррета, который наливает воду Анджелине на кухне, и в очередной раз за утро задерживаю дыхание, пытаясь унять бешеный стук сердца.