Сквозь дым
Шрифт:
Основное количество людей сгрудилось вокруг костра с котлом, а я спустился чуть ниже по течению реки, быстро скинул одежду и начал отмываться. Вода была холодной, но чистой, что меня сильно радовало. Купание в холодной, почти ледяной воде - то еще удовольствие. Однако перспектива подхватить кожное заболевание еще больше удручала.
Через десять минут я почувствовал себя чистым, но замерзшим человеком. Наскоро обтеревшись, я быстро оделся. Во время натягивания штанов, случайно кинутый в сторону взгляд отметил движение, хотя люди с едой находились немного в другой стороне.
Скорость одевания значительно увеличилась. Я даже проверил свой резерв,
Ладно, если уж защититься не смогу, то узнаю, кто это. Насколько я помню, месяц назад мы заучивали плетение, подобным которому пользовался монах в бою на дороге. Мда, без частой практики знания быстро забываются. Дурак вдвойне.
Вроде так. Светящаяся конструкция безмолвствовала, она вообще с опаской относилась к людям, общающимся с неодушевленным предметами. О, получилось. Так, направляем нити в нужную мне сторону. Ничего. А если по сторонам поглядеть? Люди у костра, и кто-то еще. Недалеко. Похоже человек.
Черт, а что это я стою, как танцовщица, посреди открытого места? Нырнув в камыши, я продолжил наблюдение. Вряд ли это враг. В руках ничего, меня не почувствовал. Может один из попутчиков? Скорее попутчица, ведь подобным телосложением в обозе мужчины не обладали. Кто с нами из женского пола ехал? Вроде повариха, но она у костра, да и размер тела не соответствует. Хотя, вроде бы в предпоследнем фургоне кто-то похожий ехал.
А что если проверить количество людей у костра? Ну да, не хватает одного человека. Видимо девочке стало любопытно. Уши бы оторвал за такое. Проучить бы ее как-нибудь, но в голову ничего не приходит, да и энергии нету. Ладно, живи пока. Мы прибываем в город только завтра, так что возможность напакостить будет.
Я неспешно вышел из зарослей камыша, пару раз запнулся, и направил свои стопы к костру, над которым висел большой котел, в котором была горячая, вкусная похлебка.
Люди расселись вокруг костра по небольшим группкам. Налив себе похлебки в миску, которую забрал у кого-то, я осмотрелся. К кому бы сесть? О, Миррах, паладин и монашек. К ним и подсяду. Усевшись на подстилку, я начал усиленно работать челюстями. Обед был превосходен. Нарезанные ломтиками морковь, картошка и лук плавали по поверхности супа, создавая превосходный аромат. Кусочки мяса были не слишком мелкими, но и не такими, что в рот не входят. Я быстро заработал челюстями. Через минуту я с сожалением оторвался от тарелки, понимая, что я наелся, но желание съесть еще не пропало.
– Знаете, отец Виктор, вы же занимаетесь наставлением людей на путь истинный?
– осведомился начальник охраны у монаха. Тот немного пожевал губами, но все же ответил.
– Я скорее каппелан, но, да, и этим тоже, - ого, а монашек оказывается боевой. Судя по его лицу, то жил он много, а, следовательно, и боев прошел немало. Да, логика так себе, но другой у меня нет.
– Боевой священник, значит, - пробормотал Миррах, о чем-то крепко задумавшись.
– Не совсем, - а это уже паладин.
– Боевой священник - тот, кто с помощью веры уничтожает врага, а каппелан - тот, что следит за войнами, не давая упасть боевому духу, поддерживает их и проводит обряды захоронений.
– А, ну тогда у меня к вам есть просьба, - уже уверенно сказал Миррах, стрельнув глазами в сторону одной из групп.
–
В голове промелькнула сумасшедшая догадка. Он про эту? Но, почему? Она не только за мной подглядывала?
– За мужскими телами наблюдать любит, - продолжал излагать начальник охраны. Да, он точно про нее. Монах оживился и холодное пренебрежение, прочно угнездившееся у него на лице, уступило место любопытству.
– В предпоследнем фургоне ехала девица. Вернее и сейчас едет. Но недавно, отчищаясь от пыли дороги, я заметил, как она прячется за деревьями.
Мда. Значит, она просто испорчена, а не я ей понравился. Лестно было бы конечно, но реальность всегда прозаична.
– Испорчена девица. Поговорю я с ней, так уж и быть. Избавлю я тебя от стыда такого, - неожиданно улыбнулся монах. Вот уж не знал, что он иронизировать способен. Я почему-то всегда представлял себе монахов бесчувственными машинами, исполнителями воли бога.
Миррах отчетливо покраснел. Я ободряюще хлопнул его по плечу. Монах же, улыбнувшись еще раз, внимательно глянул на меня, поднялся и направился к той самой группе людей, на которую зыркал Миррах. Паладин с усмешкой наблюдал за монахом.
В той компании были несколько молодых парней и она. Отец Виктор окликнул ее и сделал приглашающий жест, мол пошли, поговорим без лишних людей. Она задумалась, но все же привстала, но ей помешал один из ее компаньонов. Он встал вместо нее и направился к монаху с непонятными намерениями.
Паладин отчетливо напрягся. Видно же, что готов в любую секунду кинуться и раздавить посмевшего покуситься на жизнь и здоровье монаха. Я тоже напрягся, но вовремя вспомнил, что оружия не имею.
– Миррах, не скажешь, где мой кинжал?
– буднично произнес я. Он со странным выражением лица посмотрел на меня.
– Здесь он, - из-за пояса достал он мой кинжал. Я погладил лезвие и покрепче сжал рукоять.
– Спасибо, - поблагодарил я его сразу за несколько вещей. За то, что сохранил его, за то, что не задал вопросов сейчас.
Парень начал что-то втолковывать Виктору, но он сделал знак рукой и парень замолчал, не выдержав поистине инквизиторского взгляда монаха. Несколько слов в его адрес и он поник головой. Виктор что-то спросил у него, на что получил кивок головой. Монах вернулся к нам, а парень, сев рядом с девушкой резко ударил ее по лицу и начал что-то ожесточенно втолковывать ей, иногда легкими шлепками добавляя внимания к своей персоне.
– Ну, вот и все, - сказал Мирраху севший монах.
– А что там было?
– попросил информации начальник обоза.
– Это был ее брат, кинувшийся объяснять мне, что она невинное существо, что это все клевета на нее. Почему все люди, при первой встрече со мной, решают, что я инквизитор?
– мы благоразумно промолчали. Паладин не мог, так как он же паладин. Миррах опасался, а я так и не восстановил пассивные щиты.
– Короче, я сказал, что Димитр заметил ее за подглядыванием. Слова паладина оспаривать он не решился.
Мы еще раз взглянули на брата девушки. А монах-то не прост. Не кинулся ведьму на костер тащить, не начал драку, не велел паладину убить их, а без рукоприкладства сделал так, что она в следующий раз даже не подумает подглядывать за кем бы то ни было. Каппелан поопасней любого инквизитора будет. Жуткая смесь придворного интригана, аристократа и жестокого инквизитора внушала уважение всем, кто видел его в своей стихии.
– Я не понимаю, почему инквизиторов боятся, - в такт моим мыслям заявил Миррах.
– Бояться каппеланов надо.