Синемирье
Шрифт:
«Я уже поел, можем выдвигаться!»
Мать и дочь рассмеялись от выходки Мори, но решили всё же поспешить со сборами, чтобы успеть всё купить и везде побывать. Барбело уже была собрана, поэтому взяв Мориона на руки она вышла из комнаты, давая возможность дочери привести себя в порядок как можно быстрее, не отвлекаясь на фамильяра. А малыш то, потяжелел за эти три недели.
Девушка медленно спускалась вниз по лестнице, прикрывая ладонью зевающий рот, но ей пришлось резко остановиться, потому как до её ушей донёсся мужской голос и
– Ты уверен, что с ней там всё будет в порядке?
– Конечно, я в этом уверен, хотя бы потому, что у неё есть защитник и ты знаешь, кем он нам всем приходится.
Пауза. Казалось, Барбело не спешила на это отвечать. Как будто её одолевали сомнения по поводу «защитника», но всё–таки она сдалась.
– Ох, я так боюсь, что с ней опять может что-нибудь случиться… Я вновь обрела дочь, а она должна уйти…
Алисе показалось, что в этот момент Барбело всхлипнула. Девушка верила в искренности слов своей матери и поэтому она почувствовала некую вину в том, что ей вновь придётся её покинуть, хоть и ненадолго.
– Бар, она же будет возвращаться сюда. Возвращаться домой. Ну и ты можешь приходить в Ведакарату в любое время. – продолжал неустанно успокаивать рыжеволосую красавицу мужчина с бархатистым голосом.
– Да, ты прав.
– Увидимся позже. Кажется, она сейчас спустится вниз. Не хочу нагружать твою дочь с утра прямо перед заселением.
Раздались тяжёлые шаги. Мужчина направился к двери. Через некоторое мгновение раздались другие шаги, более лёгкие, видимо, мать пошла провожать гостя.
– Спасибо тебе большое за всё. Я надеюсь, что в следующий твой визит я вас обязательно познакомлю как следует.
Дверь открылась и тут же закрылась с характерным звуком. И тогда Алиса поняла, что может выходить из своего укрытия и продолжить путь вниз, к матери, ждавшей свою дочь в гостиной.
– Садись на диван. – сказала она как только Алиса показалась ей на глаза.
Алиса послушно села, расправляя своё тоненькое платье тёмно–синего цвета. Дальше Бар ничего не сказала, а только присела рядом с Алисой и взялась за её руки. Девушка не знала, что произойдёт дальше – будет ли мать говорить ей напутственные слова или что–то в этом духе. Элл, баргест, воспитывавший девушку, лишь говорил ей, чтобы она вела себя, как обычный человек и ничем не выделялась на людях и уж тем более не рассказывала о том с кем и где она живёт.
Алиса устремила свой взгляд в глаза матери и глаза той стали абсолютно белыми.
«Как будто в чай налили молоко», – подумала девушка, не отводя взгляда от глаз матери.
Всматриваясь в глаза матери, девушка не заметила, как стены с огромными окнами пропали, будто бы их и не было, мебели тоже не наблюдалось, а мягкий диван, на котором сидели мать и дочь, превратился в скамью. Поняв, что что–то не так, Алиса наконец оторвала свой взгляд от материнского глаза и огляделась – они были не в доме и уж тем более не в саду её матери. Увиденное поразило девушку до глубины души – перед ней возвышался самый настоящий готический замок с серыми стенами, черными крышами и такими же шпилями на башнях. Хоть замок был не огромен, самая большая башня была примерно с пятиэтажный дом, ну а самая маленькая
с двухэтажный.– Добро пожаловать в Ведакарату или проще в Веду.
Алиса кивнула и продолжила рассматривать замок. Бар понимала, что её дочь ошарашена и дала ей время привыкнуть к тому, что она видела. Лишь спустя несколько минут девушка спохватилась:
– Мы же не взяли мои вещи! – она принялась осматривать кусты, растущих вдоль каменной дорожки, ведущую прямо к тёмной двери, и саму дорогу. Не найдя того, кого она искала, она вскрикнула, – И Мориона! Мы забыли Мори!
– Лисёнок, спокойней! Пока ты одевалась я переправила твои вещи и Мориона в твою комнату. – она поспешила успокоить дочь, – Скорее всего, он спит на твоих вещах.
Успокоившись, Алиса шумно выдохнула и кивнула матери, та схватила её под руку и повела прямо к двери.
– А почему здесь никого нет?
– Потеряшкам вроде тебя дают один день на то, чтобы побродить по замку и его окрестностям, чтобы вы освоились и всё такое. Остальные прибудут завтра в обед.
Получив удовлетворительный ответ, она принялась разглядывать дверь, к которой они подходили.
Найти свою комнату в коридоре Сотни дверей (такое название дали ему студенты Академии) было довольно просто и не пришлось блуждать по огромным коридорам и этажам, чтобы её отыскать. Комната номер семь находилась на втором этаже возле лестницы, поэтому её было довольно просто найти особенно в сопровождении самой Барбело, которая, как она сказала, работала в этой Академии преподавателем какого–то предмета, название которого Алиса не запомнила.
Они остановились напротив дубовой двери, на которой были вырезаны странные создания.
– Я читала о них, – она указала на двух птиц, очень похожий друг на друга, но отличались отсутствием короны на одной из них, – вот эти две, кажется, Алконост и Сирин.
Зелёноглазая женщина ласково улыбнулась и кивнула ей.
– Это птицы Солнечного сада. Ты правильно их назвала, ну а третья – Гамаюн. Советую запомнить её, на уроках бестиароведения и мифологий тебе это пригодится.
Алиса так и сделала – рассмотрела странную птицу и постаралась запечатлеть её образ со всех сторон. Когда она убедилась в том, что образ и имя птицы отложены в банк своих знаний, она взялась за ручку, но тут же отпустила её и отшатнулась от двери. Три вырезанные птицы бесшумно зашелестели листьями и поспрыгивали с веток, на которых они сидели.
– Они двигаются!
– Конечно, они бы и дальше мирно спали и не двигались, но проснулись, когда я, чужая, подошла к двери. Они своего рода стражники, – объяснила она, дёргая ручку двери вниз.
– Стражники значит…
Вновь ошарашенная Алиса молча зашла в комнату. В отличие от комнаты в доме матери, эта была темноватой – и там и тут была тёмная дубовая мебель, а стены были сиреневыми. Шкаф был один, но кроватей, столов и даже лежанок для животных, на одной из которых уже спал Морион, было по три. Были даже очень длинные полки в несколько рядов у каждой.
– А кто будут моими соседями? – поинтересовалась Алиса, восхищённо осматривая комнату