Шиноби
Шрифт:
Маюри довольно улыбнулась. Заготовка для Отогакуре завершена. Через лес ряд ли кто-нибудь сможет пройти, уж о всякой малоприятной живности они позаботятся, а сверху никто и не заметит Отогакуре. Правда вот, надо будет проложить несколько туннелей за пределы леса и к побережью, и это уже не говоря о том, что надо создать пути эвакуации, для доставки воды, построить в толще земли дома, здания социальных служб, административные строения, склады, и ведь надо будет еще позаботиться о полигонах... Все это потребует немало денег, но Риока уже должны получить второстепенный приказ об устранении нукенинов для получения награды за них, и с их способностями
Вот только нужно все это было уже вчера. Скоро прибывает первая партия Узумаки, а через месяц должна прибыть группа артефактологов из Такуме но Сато.
Ну... По крайней мере, немного покривив душой, можно сказать, что Отогакуре уже основана.
Глава 7.
Возвращение в ставку принесло мне сюрприз, и не особо даже приятный. Орочимару, получив письмо из Конохи, целую минуту фонтанировал яростью.
– Миссия в Амегакуре признана успешной, - наконец соизволил пояснить он.
– Все получают повышение: джонины до элитных джонинов, чуунины до джонинов, и, соответственно, генины до чуунинов. Так что радуйся.
Радоваться? Б...!
– Не верится мне в такую благотворительность со стороны Сарутоби, - пробурчала я.
– Куда меня пошлют?
– Страна Ветра, - фигасе!
– Сенсей решил, что тебе пора набираться боевого опыта. У нас сейчас временное перемирие с Суной, и в знак этого организуется совместный фронт. Ваша задача - не дать Иве прорваться к Суне. Тебя планируют объединить с одной из команд. Так что будь готова к командной работе.
– Когда отправляться?
– интересуюсь я.
– Послезавтра часть отрядов выступает из нашей ставки, - морщится змеиный саннин.
– Будь готова.
– Хай.
– И... береги себя.
... Все же эта общая форма чуунинов и джонинов - прелесть! Одежда удобная, движений не стесняет, а в жилете вообще много карманов, так что все сенбоны и кунаи вместе с печатями влезли. Свитки заняли свое место в креплениях на ремне, а арбалеты, стреляющие сенбонами, были спрятаны под рукавами, кстати, довольно свободными. Просто прелесть, как удобно! Выбиваются из этого только стандартные сандалии. Заччем они вообще? Я спрашивала - шиноби могут носить обувь и других фасонов, и материал значения не играет. Это же ужас просто! При дожде ноги промокают, песок забивается, оседает пыль...
И еще один минус - моему телу всего восемь лет, и в этом я смотрюсь как пародия на шиноби. Бесит!
К месту встречи команды я шла быстрым шагом - все же было любопытно. Так, вот, наконец, и нужная палатка. Откидываю полог...
– Шиматта!
– восхищенно произнесла я. И было от чего. Вот это, вашу дивизию, сюрприз!
– О, Хадзиме!
– радостно воскликнула Тсуме, поднимаясь с лежака.
– Ну что, поприветствуешь свою команду?
– Жива еще, собачатина?
– усмехнулась я. Ксо, я это бестию больше года не видела!
– Живее всех живых, - даже "собачатину" она мне на радостях простила.
– Вот, буду твоим командиром...
– Я рада тебя видеть, - искренне призналась я.
– И я.
– А про меня что, забыли?
– раздался веселый голос сбоку, а спустя секунду его обладатель, взъерошивший свою блондинистую шевелюру, появился у меня в поле зрения. Минато, зараза!
– И по тебе я скучала, Намикадзе, - улыбнулась я.
– Слышала, ты чуунином стал.
– Как и ты, - кивает на мой жилет он.
– Поздравляю с повышением. Аме, да?
–
Да, - помрачнела я, вспоминая цену победы.– Недолго я проработала в госпитале.
– Ладно, может, и вернешься еще, - потрепала меня по волосам Инузука.
– Знакомься, это еще один член нашей группы, Морино Ибики.
– Рад познакомиться, - кивнул серьезный кареглазый мальчишка лет одиннадцати с короткими каштановыми волосами. Так вот ты какой, будущий ужас Конохи... Интересно, ты уже думаешь над созданием своих знаменитых техник?
– Хадзиме, верно?
– Карада Хадзиме, - представилась я.
– Тоже рада встрече.
– Ладно, раз все представились, может, начнем?
– хлопнула в ладоши Тсуме.
– Честно говоря, я не ожидала, что мне вручат такую вот команду. Может, каждый из нас расскажет что-нибудь о себе и своих техниках, чтобы мы могли сработаться вместе?
Хм, сочувствую я ей. Ей всего пятнадцать лет, а уже вручили команду из трех оболтусов, один из которых младше ее на год, другой на четыре, и только с третьей вполне нормальная разница в возрасте.
– Идея неплохая. Командная работа - самое главное для шиноби, - кивает Минато.
– Пожалуй, я начну, если никто не против. Меня зовут Намикадзе Минато, мне тринадцать лет. Я мечтаю когда-нибудь сразиться на равных со своим сенсеем, саннином Джирайей, и когда-нибудь стать великим Хокаге. Я неплох в тайдзюцу, владею призывом, техникой клонирования оружия и одной техникой собственного изобретения.
Вот так-так... Ясно, Расенган уже создан. А вот Хирайчин, судя по всему, еще нет.
– Меня зовут Морино Ибики, - еще один мой сокомандник был немногословен.
– Мне нравятся блюда с мясом. У меня есть две техники призыва и несколько гендзюцу, и, думаю, правильнее будет назвать меня бойцом поддержки. Хобби... Пожалуй, задавать вопросы.
А как дипломатично, а? Ну что же, моя очередь отвечать.
– Меня зовут Карада Хадзиме, - улыбнулась я.
– Мне нравится помогать то-сану в лаборатории, а также изучать генетику, химию и теорию чакры. Я - ирьенин С-ранга, немного разбираюсь в гендзюцу, также у меня есть три водные стихийные техники и несколько барьеров, а вот в тайдзюцу я полный ноль. Я мечтаю после окончания войны работать в научном отделе и продолжить исследования ка-сан.
– Вот и чудно, - улыбается Тсуме.
– Меня зовут Инузука Тсуме. Мне нравится острая еда, не люблю же я излишне самоуверенных людей. Техники у меня клановые, в основном тайдзюцу вместе с моим нинкеном.
Куромару, которого она до этого гладила, заворчал и улегся поудобнее - а я с удивлением заметила, что у него уже нет одного глаза. Вот как... Значит, для Тсуме и ее нинкена этот год был тяжелым.
– Значит, у нас два контактника и два бойца поддержки...
– задумчиво произнес Намикадзе.
– Как будем действовать?
– По обстоятельствам, - коротко отозвалась Инузука.
***
Я когда-то говорила, что я ненавижу дождь и снег? Забудьте, это - ничто. Боль можно перетерпеть, неприятные ощущения перебороть. Но чертов песок, забивающийся в сандалии, в одежду, в волосы, в глаза, скрипящий на зубах, неимоверно мешался и злил! И какой идиот придумал запихнуть меня, стихийника-водника, в пустыню? На побережье мне было бы гораздо легче!
– Шиматта!
– этот песок еще и едет под ногами, и бежать по нему без использования чакры, как по воде, невозможно!
– Сюда бы того бакаяро, который оформил мой перевод, и...