Шасса
Шрифт:
Поэтому, когда наар вылез на берег, я схватила его в охапку и поползла в сторону леса, на ходу пристраивая его за спиной. Он еле успел подхватить самое дорогое — штаны.
— Гадина-а, одеться дай!
— Жизнь дороже, по моим расчетам, с минуты на минуту здесь будут стражники! — о, притих, видимо, допер, что будет с нами, если нас поймают.
Вломившись в лес, собрала остатки резерва и навесила восстанавливающее заклинание с привязкой на деревья. Теперь энергию оно будет черпать прямо из ауры леса.
Сама же, развернув гребни, стала сканировать лес. Ну же, нам бы хоть низину
Не обращая внимания на вскрики Норда, напролом проламываюсь сквозь чащобу. Плевать, заклинание все восстановит.
Вот и болото. Так, выломать себе ветку, чтобы знать, где плыть, а где ползти. Наскоро ободрав с нее ветки и листья, я наугад ткнула в трясину. Ага, дно есть… Что ж, поползли…
Мат сзади все не прекращается. Ладно, пусть ругается, пока я добрая… Но впредь подобного не потерплю!
Через час мучения кончились. Мы выбрались на полусухой островок. Слава вам, боги! Теперь можно чуть-чуть отдохнуть…
Нет, правда, совсем немножко…
Я не сплю…
Я не…
Норд
Проснулся я от завываний своего желудка. Саишша еще не проснулась. Все лицо, руки и плечи болели, ссадины от веток горели огнем. Что касается желудка, то у меня было ощущение, что он на позвоночник наматывается.
Стал будить шассу. Сначала начал трясти за плечи. Ноль реакции. Потом поочередно попробовал разные методы воздействия, как то: облить водой, подергать за головные шипы и височные гребни, попинать хвост, похлопать по щекам. Ни-че-го!
Хм… А если подергать за уши? Я слышал, что кончики ушей очень чувствительное место.
Осторожно оттопырил ее правый височный гребень и, взявшись за кончик заостренного ушка двумя пальцами, дернул.
Че было-о…
Во-первых, мне разбили нос (но не сильно), потому что Саишша ОЧЕНЬ резко подскочила вверх.
Во-вторых меня обматерили на двух языках.
Ну и в-третьих, мне пригрозили, что «…еще раз так сделаешь, и я оторву твои собственные уши и еще кое-что к Тахешессовой бабушке!!!»
Тем не менее, цель была достигнута.
Когда буря миновала, я поинтересовался, что мы будем есть. Меня далеко и образно послали, сообщив, что я мужчина и должен добывать еду, а она ее только готовит. Как будто я сам не знаю…
Посидели, помолчали. Потом Саишша попросила:
— Найди мне тут пару прутиков.
— Зачем? Обгладывать будешь? Да и потом, тут — это где? Болото же!
— Иди ты… Нет, буду лешего звать. Они моему народу всегда помогали.
Ну, поискал, принес. Шасса стала что-то чертить на земле. Приглядевшись, понял, что это круг вызова. В родном доме нам показывали. Вписав в него руны, Саишша начала читать заклинания:
— Саи' ишши, саи' ишша, смес-ска, шваис-са, Саи' ишши.
Круг полыхнул ярко зеленым, в нем появился мрачноватый дедок. В-принципе, его можно было бы принять за обычного человека, если бы его волосы и борода не были бы травой.
— Чего надобно? — пробасил дедок.
— Не откажи в помощи, Властитель леса, — почтительно поклонилась
ему шасса, — Покорми, спать уложи, дорогу покажи…— И денег дай, — вставил я.
Шасса поперхнулась, а дедок неожиданно засмеялся. Мы с Саишшой удивленно переглянулись, не понимая, что так рассмешило лешего. Отсмеявшись, он сказал:
— Давно я так не смеялся… Ладно, что ж я, не понимаю что ли? Нелюдь всегда нелюдю поможет… Так, хватит разговоров! Вы ведь голодные, верно? Айда за мной, шасса!
Саишша закинула меня за спину, и я занял уже ставшее привычным место. Потом леший хлопнул в ладоши и открыл провал в пространстве. Шасса чего-то скуксилась, но послушно последовала за ним. Вышли мы около огромного дерева. Дедок пнул дерево три раза и в нем открылся проход.
Зайдя туда, мы оказались в просторном и светлом помещении. Поискав светильники, я ничего не обнаружил. Не понял, а как тогда освещается помещение?
Но все мое внимание сразу же привлек стол, стоящий в центре. На нем был ЕДА…
Саишша
Наконец-то я наелась досыта! Я уже почти забыла, какого это — есть вдоволь…
Все время, пока мы ели, леший сидел в сторонке и задумчиво за нами наблюдал, изредка похмыкивая в бороду.
Когда я спросила его, чем мы так интересны ему, он ответил, что впервые видит настолько оголодавших. Н-да… В чем-то он прав. Вон уже ребра выпирают.
— Есть ли у вас, где помыться? — Норд. И правда, а то грязные, как не знаю кто.
— Есть озеро с водопадом, пойдет?
— Да! — это уже я, — Только прямо сейчас, можно?
Вместо ответа леший ухмыльнулся и поманил нас за собой. Выведя нас наружу, он показал в сторону просвета между деревьями и сказал: «Через полсотни метров в ту сторону».
Я бросилась туда первая. За мной Норд, с криком: «Подожди, шасса!»
В итоге вылетели к озеру мы одновременно, только наар остановился, а я с восторженным визгом плюхнулась в воду. Как же хочется отскрести с себя всю грязь, чтобы моя чешуя вновь засияла!
Нырнув, вырвала пучок водорослей и стала натирать ими свой хвост. Норд тоже баламутил воду где-то на мелководье.
Раскрыв жабры, решила не вылезать из-под воды, а помыться на дне.
Через час удовлетворенно оглядела дело рук своих. Моя чешуя вновь блестела и сверкала, а шипы аккуратно расправлены и заново переплетены. Бусины я тоже начистила песочком. Теперь можно немного поиграться!
Осторожно всплыв наверх, я решила не высовываться, а сначала осмотреться. Так и есть! Норд развалился на берегу в новой одежде и беседует с лешим.
Но тут меня заметили, и продемонстрировали какой-то сверток, крикнув, что не отдадут, пока не выйду на берег. Отдай-отдай-отдай!
Погоняв наара по берегу, я все-таки получила желанный пакет, и, развернув его, увидела темно-зеленую тунику с рукавами три четверти и глубоким вырезом. На спине был разрез, скрепленный вверху золотой пуговичкой. По подолу тоже шли довольно длинные разрезы — до пояса, а подол, рукава и ворот были украшены замысловатой вышивкой золотыми нитями. Ошарашенно посмотрев на лешего, я пролепетала: