Чтение онлайн

– Ты, Руди, для нее вроде последнего шанса.

И компания снова засмеялась.

– Хорошие вы ребята, – заметил Веллингтон. – А вот пили вы хоть раз настоящий коньяк?

– А чем тебе этот не настоящий? – щелкнул Сирс по бутылке с подкрашенной жидкостью.

– Это, парень, только видимость, потому и стоит гроши.

– Это не гроши! – возразил Парагон. – Пятьдесят бали это не гроши!

– Пятьдесят бали для коньяка – гроши, – возразил Веллингтон. – Лаура, поди-ка сюда!

Лаура тотчас выпорхнула с кухни и снова прилепилась к Веллингтону, с блуждающей

улыбкой на пухлых кубах.

– Лаура, сходи к хозяину и попроси бутылку настоящего коньяка. Не этой бурды, а настоящего коньяка за настоящие деньги.

– Но, Руди, это обойдется тебе дорого, – прошептала Лаура, нагибаясь к самому уху Веллингтона.

– Ради такой компании можно разок и шикануть. Неси коньяк.

Лаура снова убежала, но скоро вернулась с зеленоватой бутылкой матового стекла со старой потертой этикеткой.

– Вот, – сказала она. – Это настоящий коньяк, но хозяин велел деньги за него вперед взять.

– Сколько? – спросил Веллингтон.

– Сорок деккеров, – сказала Лаура, и у всех, кроме Веллингтона, вытянулись лица, а он спокойно достал из кармана две бумажки по двадцать деккеров и передал Лауре, после чего она ушла, чтобы отдать деньги Кролику.

А Веллингтон, наслаждаясь моментом, внимательно осмотрел бутылку, потом свернул пробку и, понюхав напиток, удовлетворенно кивнул.

– Подставляйте посуду, ребята, но только чистые стаканы, а то запах стерха перебьет тонкий аромат благородного напитка.

– Тонкий аромат благородного напитка! – восторженно повторил Парагон и, вскочив, притащил с соседнего стола чистые стаканы.

Вскоре коньяк был разлит, и компания стала пробовать, сначала осторожно, потом все с большей охотой.

– Как компот, – удивленно заметил Сирс. – Даже ягодой пахнет.

– Но брюхо греет, – заметил Баландеш. – Значит, градус есть.

– Да есть, есть там градус, – подтвердил Маккензи, до этого молчаливо ковырявший вилкой холодец.

После того как бутылка закончилась и восторги смолкли, возникла недолгая пауза, после которой Сирс заметил:

– Ты не простой прохожий, Руди, при деньгах и про коньяки знаешь. Как тебя в наши края занесло – чего ищешь?

Все посмотрели на Веллингтона, а он не спеша прожевал соленую репку, вытер губы грубой салфеткой и сказал:

– Нужны надежные ребята для серьезной работы и чтобы лишнего не болтали.

– Мы все лишнего не болтаем, у нас так принято, – заметил молчаливый Маккензи.

– Это не совсем то. Вы тут поболтаете лишнего, а потом пойдете морду друг другу бить или на перестрелку нарветесь с такими же, как вы. Попал, не попал, разобрались и больше никаких друг к другу претензий.

– Ну, а ты про что говоришь?

– При серьезной работе кердык наступит всем, кто участвует, всем из-за одного болтуна.

– И надолго такая работа? – спросил Сирс, потянувшись к тарелке с соленьями.

– Ненадолго. На раз.

– На кой нам на раз, если мы при хозяине и всегда сытые? Коньяков, как ты, конечно, не распиваем, но совсем не жалуемся.

– Да, совсем не жалуемся, – подтвердил Парагон.

– Можно, конечно,

долго быть при хозяине и терпеть, когда он тебе в рыло ни за что тычет, а можно заработать и податься куда захочешь своим собственным ходом.

Должно быть, мысль бросить Егеря появлялась в головах его бойцов неоднократно, и уж, конечно, они обсуждали это в узком кругу – таком как этот, однако дальше разговоров дело не шло.

– Ну и сколько, к примеру, такое дело может стоить? – спросил Сирс.

– А сколько ты считаешь было бы нормальным для тебя?

– Штука деккеров!

За столом, было, зашумели, обсуждая дерзкие запросы Сирса, но потом разом примолкли и повернулись к Веллингтону.

– Штука деккеров, ребята, это только аванс, – сказал он. – Парагон, подай-ка мне чесночного хлеба… Спасибо, приятель…

– Сколько же всего на рыло полагается? – повернув голову чуть набок, что свидетельствовало о крайней степени недоверия, поинтересовался Сирс.

– Пять тысяч.

Бойцы переглянулись и, казалось, совсем протрезвели.

– У нас таких денег не платят, – сказал Маккензи.

– А у нас платят.

И снова была пауза, во время которой Веллингтон успел сделать себе бутерброд.

– Тут не все так просто, да, Руди? Против кого работать нужно?

Веллингтон доел бутерброд и сказал:

– За такие деньги только против клыков.

– Против клыков?! – воскликнул пораженный Баландеш, и на него тотчас зацыкали.

– Чего орешь, спалить все хочешь? – угрожающе привстал Сирс. – Вон Лаура там – ушки на макушке. Стуканет Кролику, а тот хозяину…

– Я… Я просто… Так неожиданно, – начал оправдываться Баландеш.

Когда все немного успокоились, Сирс спросил:

– Сколько нужно бойцов?

– Десяток.

– Что делать?

– С минометами знакомы?

– Спрашиваешь, – усмехнулся Парагон. – Мы с Егерем в районе с этого начинали, пока Жоржа Сиплого не выдавили.

Сирс строго на него посмотрел, и Парагон замолчал.

– Да, с этим мы хорошо знакомы.

– А сами игрушки у вас имеются?

– Четыре трубы сто миллиметров.

– А чушки к ним?

– Сколько надо?

– Надо, чтобы на объекте приземлились полсотни.

– Так, – Сирс распрямился и, постукивая пальцами по столу, посмотрел на товарищей. – Это значит надо брать штук семьдесят.

– Да, чтобы с гарантией, – кивнул Парагон.

– А что за объект, Руди?

Веллингтон посмотрел поочередно на всех присутствующих, потом покосился на кухонную дверь.

– Что, вот так прямо здесь и говорить?

– Говори, не бойся. Из нас никто не проболтается – мы друг за другом не один год приглядываем. А Лаура, если слышит… – тут Сирс заговорил громче: – То будет молчать, она знает, что за такие вещи бывает!

– Объект – ремонтно-перевалочная база особого пехотного батальона майора Земана.

Веллингтон ожидал услышать испуганные возгласы, вроде недавней реакции Баландеша, но все молчали, только Маккензи покачал головой и хмыкнул.