Сфера
Шрифт:
– О, да, – произнес лейтенант, оценив объект высадки во всей красе. Испещренный метеоритами корпус казался огромным. Нет, не казался, он действительно был огромен! Верхняя и нижняя башни топорщили трехсотмиллиметровыми пушками, которые, по сравнению с общей массой станции, казались не такими уж большими.
– Передавай это всем, теперь уже можно…
– Есть, командир, – ответил пилот и включил раздачу панорамы на экраны всех бойцов группы.
– Внимание, отряд, подготовка, – объявил лейтенант. – Приблизительное время до высадки – четверть часа.
Солдаты
– Алле, Первый, говорит Охотник… Ответьте Охотнику…
– Да, слушаем вас, лейтенант, – отозвался капитан-фризонтал.
– Мы добрались, сэр, немного осмотримся и начнем.
– Отлично. Не будем вас дергать, пока все не закончится.
– Спасибо, сэр, – ответил лейтенант, довольный, что обошлось без общения с майором Понаном.
На открытой волне послышалось оживление, и лейтенант включил на экране максимальное разрешение. Оказалось, что станция пришла в движение. Башни оставались на месте, а корпус начал поворачиваться вокруг оси, демонстрируя штурмовой команде створки различных технологических люков.
Прикрепиться к одному из них было бы неплохо, это сократило бы время проникновения.
– Командир, через двадцать секунд мы входим в «мертвую зону», где пушки нас не достанут!
– Очень хорошо, – ответил лейтенант, замечая, что вращение станции почти прекратилось. В какой-то момент она почти остановилась, но затем снова пришла в движение и вдруг стала появляться какая-то странная пристройка к корпусу – ни о чем таком лейтенант даже не подозревал.
– Командир, что это такое? – спросил Четвертый на открытой волне.
– Пока наблюдаю, как и ты, – неопределенно ответил лейтенант. Но вот пристройка открылась полностью и в отраженном от луны свете все узнали десантный челнок устаревшей конструкции. Такими не пользовались уже лет пятьдесят.
– Алле, Первый, говорит Охотник… Ответьте Охотнику…
– Слушаю вас, Охотник, – ответили лейтенанту.
– Сэр, к объекту пришвартован челнок.
– Челнок?! Чей!?
– По виду вроде наш. Видны эмблемы и даже номер.
– Насколько нам известно, никаких других групп туда не направлялось, но можно проверить – говорите номер.
Лейтенант сообщил номер и серию, а корпус станции продолжил медленное вращение, и вскоре челнок скрылся из виду.
– Так, бойцы, номер судна передан в центр, они выяснят, чья посудина, так что пока сидим и ждем.
– А можно встать, командир?
– Вставать можно, ходить нельзя. Собственно, здесь и негде… – сказал лейтенант и переключился на канал пилота.
– Что скажешь, Келвин? На что это похоже?
– Не знаю. Может, кто-то уже подсуетился вместо нас?
– Начальство все отрицает.
– Может, они и подстраховались?
– Может… Стоп, вот они прорываются.
– Слушаю вас, Первый.
– Тут вот какое дело, Охотник, номер и судно подходят под наш код, но этого судна не существует. Его нигде нет и вообще это устаревшая
серия. Их сняли с вооружения несколько десятков лет назад. Точнее узнать сейчас невозможно.– А может, он давно там стоит, с тех самых пор?
– Может быть, Охотник, этой станции много лет, может, когда-то кто-то к ней и швартовался.
– Но станция вражеская, сэр, а челнок наш. Может, кто-то уже пытался нейтрализовать этот объект?
– Все может быть, Охотник.
– А если я решу швартоваться к челноку, а не к борту или технологическим люкам?
– Что это даст?
– К челноку встать проще, там штатная дверь предусмотрена. А сам челнок, возможно, уже сошлюзован со станцией.
– В любом случае, Охотник, все это на ваше усмотрение вам виднее. Вот и сам Первый, рядом со мной, полностью поддерживает ваше решение.
42
Лейтенант помедлил несколько секунд, собираясь с мыслями. Нет, лучшего решения он не видел.
– Внимание, отряд! Готовность два!..
По ряду скамеек прокатился лязг, когда в оснастке бойцов включились локальные гравитационные соленоиды. Теперь даже в невесомости бойцы могли надежно закрепляться на любом объекте.
– Пилот!
– Слушаю, командир.
– Швартуйся к челноку.
– А… точно? – неожиданно дрогнул Келвин.
– Если видишь опасность – доложи, если нет – выполняй приказ!
– Слушаюсь, сэр. Идем на швартовку.
Пилот запустил двигатели, и челнок на самой малой тяге стал обходить станцию кругом, чтобы догнать вращающийся вместе с корпусом челнок.
Система обнаружения и слежения станции тотчас заметила активацию пассивного объекта, орудийные башни нервно дернулись, открылись и снова закрылись крышки контейнеров с ракетами ПВО, однако на таком близком расстоянии вся эта мощь была бессильна.
В погоне за местом для швартовки челнок с коммандос на борту совершил целый оборот, а затем вращение станции вдруг прекратилось и пилоту пришлось включать реверс, чтобы не проскочить мимо.
После торможения пилот сумел ввести координаты точки швартовки, и автоматика сама взялась за рулежку.
На стекле шлема лейтенант Бербант видел приближение брошенного челнока. Судя по шероховатости его корпуса, он уже давно находился здесь и подвергался бомбардировке космической пыли, но все же выглядел значительно моложе самой станции.
Лейтенант поднялся и скомандовал:
– Отряд – готовность один!
И тотчас солдаты поднялись со скамеек и стали крепить поводки к траверсе безопасности.
В случае резкого удара при жесткой швартовке или неожиданном обстреле поводки помогали устоять на ногах и продолжить движение к выходу.
Корпус станции снова чуть повернулся, а с нею и брошенный челнок. Пол десантного корабля завибрировал от дробных импульсов рулевых сопел – автоматика корректировала траекторию.
– Девять… восемь… семь… шесть… – начал отсчитывать пилот, и солдаты замерли, ожидая удара, однако автоматика справилась хорошо. Лязгнули магнитные захваты и корпуса челноков плотно соединились шлюзовыми проставками.