Сфера
Шрифт:
– А мы уже точно для них не фуражиры?
– Боюсь, что да. Для фуражиров наша группа оказалась слишком хорошо подготовленной.
– Ну и какой мы привезем груз нашему начальству?
– Во-первых, два больших окорока и два куска сала, а во-вторых, доклад о том, как встретились со «стрейлисами».
– Что подтвердило присутствие в районе механизированного отряда противника.
– Вот именно, – кивнул Штоллер и какое-то время они ехали молча.
– А ты и правда думаешь, что какой-то сосед может вот так натренировать человека в стрельбе?
– Что? –
– Я про спецназовца, который Джека тренировал. Что тебе про него известно?
– Я его видел.
– Видел?! – удивился Штоллер.
– Да. Так получилось, что они однажды были в наших краях и этот парень пришел повидать земляка, а Джек был в окружении. Да таком, что никакими резервами их вытащить не могли.
– И что?
– А этот парень полетел туда с винтовкой и решил вопрос.
– Как?
– А вот как сегодня Джек. Только винтовка у него покруче была.
– Да-а, – покачал головой Штоллер, подозревая, что Хирш с Джеком пользуются одной легендой, однако легенда слишком уж сказочная.
– А где вы научились так с «сато» разбираться? Вы с ними что, каждый день встречались?
– Нет, обычно с «гассами» бились, с «бергами», с «чино». С «сато» мы столкнулись в самый первый день, когда прибыл Джек. Я повел его в дюны – обкатать новобранца, а тут «сато» прет в автоматическом режиме.
– И что?
– Пришлось побегать. Хорошо, что Джек уже неплохо со своим «таргаром» обходился. Так что отбились.
– Ну, а эта… курозависимость у него откуда?
– Курозависимость?
Хирш засмеялся, но, оглянувшись на спящего Джека, прикрыл рот ладонью.
– Про это не знаю, он к нам уже такой приехал. У них там кур не было и он видел их только в журналах. А еще рыбу он не ел, а только сапиг.
– А это что?
– Гигантские ленточные черви, приятель.
– Фу… – сморщился Штоллер и снова подумал о слишком странной легенде.
35
Они вернулись в лагерь, когда уже темнело, – на последних каплях топлива и с одной включенной фарой.
Метрах в пятидесяти от забора их встретил майор Горн и механик сержант Редлих, который забрал машину, как только Хирш с Джеком вытащили из нее окорока и шпик.
Винтовку Джек оставил в машине, и старшина пообещал ее почистить.
– Ну как, лейтенант, понравились вам со Стентоном местные красавицы? – спросил Горн, пряча улыбку.
– Не очень, сэр, – сказал Хирш. – Мы все делали в рамках служебной необходимости. Капрал Штоллер может подтвердить.
– Подтверждаю, – с готовностью кивнул Штоллер, и все засмеялись.
– Как плечо?
– Успокоилось. Я продержался без обезболивающего, и теперь рука в порядке. – И Хирш продемонстрировал, что держит мешок с окороками раненой рукой.
– Замечательно. Но мясо придется отдать на кухню.
– Отдадим, сэр, лишь немного отрежем себе ради прокорма Петера. Он обожает мясо.
– О, у него с этим полный порядок. Сержант Шойбле сам обо все позаботился – такой он человек.
Майор Горн отрезал по большому
куску от каждого окорока и отдал Джеку с Хиршем в качестве награды, а остальное вызвался доставить на кухню сам.– Мне водитель ваш поможет, я с него еще отчет получить должен.
– Ну пока, водитель! – ухмыльнулся Джек, и они с Хиршем направились к своему домику.
– Ты опять начал? – строго спросил Хирш, когда они отошли от Горна подальше.
– Чего начал?
– Не прикидывайся. Эти твои кривлянья про «водителя».
– Ну… – Джек вздохнул. – Извини, само получилось.
– Хорошо, хоть в машине молчал.
– Да я почти все время спал.
– Вот это и хорошо. Ну-ка глянь, Джек, это там Петер вокруг костра приплясывает?
– Ну да, – подтвердил Джек. Шойбле действительно совершал какие-то танцевальные движения вокруг очага, который соорудил из куска широкой трубы, поставленной на пару кирпичей.
– Да он мясо жарит! – догадался Джек, разглядев на очаге решетку. А когда они с Хиршем вышли из темноты, то почувствовали запах настоящего жаркого, исходивший от двух огромных кусков, которые Шойбле передвигал специальной палкой.
– А, ну наконец-то! – воскликнул он. – Мне майор сказал, что вы вот-вот подъедете, а вы чего-то задержались… Уф… Я этого дыма так надышался…
Шойбле откашлялся и протер кулаками глаза.
– Давай, ешьте уже, а то я боялся, что подгорит или остынет…
– А это тебе ответный подарок, – сказал Хирш, передавая замотанный в мешковину сверток.
– А что там?
– Ветчина.
– Ветчина? Настоящая?
– По виду – да.
Джек с Хиршем прошли к очагу и сели на поваленное дерево. Здесь они чувствовали себя как дома.
– Слушай, правда ветчина! – воскликнул Шойбле. – Откуда такая роскошь?
– С фермерского рынка. А вот откуда твое мясо и что это?
– Кабанятина.
Шойбле оставил подарки и, подхватив палкой куски жаркого, перебросил на две приготовленные пластиковые тарелки, а потом подал их Джеку и Хиршу.
– Ножик только один, зато две вилки, – сказал он, добавляя приборы.
– Ну, а кабанятина откуда? – спросил Хирш, пробуя жаркое.
– От кабана, откуда же еще? Вы ведь думали, это олень сюда приходил, да?
– Думали… – кивнул Джек и покосился на Хирша.
– А оказалось – кабан! Пришел, зараза, кухонные остатки дожрать, а там уже варан – здоровая такая зверюга, ну они и сцепились за объедки. А тут я с автоматом – бабах, и целая гора шашлыков!..
– А… варана ты не жарил? – спросил Хирш, переставая жевать.
– Не, – отмахнулся Шойбле. – Там сразу было ясно, что мясо, как дерево. Старшина Корвакс сказал – чучело сделаем.
– Так вроде говорили, что вся фауна здесь того… этнодорфическая?
– Ну да, типа этого, – согласился Шойбле. – Вот от этой фауны и прибыл варан – метра два от головы до хвоста, я не вру, он у старшины за будкой валяется, тот его в яму с химикатами зарыл. Тедди, а что у тебя с рукой, это перевязка?
– Пустяк, зажило уже. А вот ты сегодня герой, Петер.