Чтение онлайн

Кассим был сильнейшим эскандером (магом, чародеем) в королевстве. И он терпеть не мог лжи. Старик сразу распознавал вранье. Еще молодым он перебрался в Альвахейм, где стал преподавать магию. Серые эльфы – маги самые знающие. Таких обширных библиотек как у них, нет нигде. Такие библиотеки открыты для всех эльфов, кто желает учиться и совершенствоваться. Прожив пятьсот лет на родине, Кассим отправился странствовать. Начитавшись свитков и книг, он захотел некоторые сведения проверить сам.

– Погадай мне, – Арэвил решил хоть как-то отвлечься от терзавших его мыслях об утраченном.

– Что? – удивился

Кассим.

– Ты же двинер – умеешь предсказывать будущее. Что меня ждет?

– Раньше ты в эту ерунду не верил, – улыбнулся старик.

– Теперь я уже не знаю чему и кому верить. Хуже уже не будет – некуда.

Старик взял руки принца в свои и посмотрел на его ладони. Потом встал и принес небольшую плоскую серебрянную чашу, украшенную непонятными символами.

– Положи на чашу ладони, – сказал Кассим.

Арэвил послушно исполнил просьбу. Со дна чаши, подобно туману, стал подниматься свет. Арэвилу стало больно на него смотреть, и юноша отвернулся.

– Достаточно, – произнес старый маг. После того, как Арэвил убрал ладони, Кассим долго всматривался в дно посудины.

– Что там? – не выдержав напряженного молчания, спросил принц.

Кассим начал говорить:

– Я вижу тебя совсем другим, не того Арэвила, что теперь сидит передо мной, убитый предательством, а Арэвила возмужавшего, сильного. Покинув Альвахейм, ты потеряешь память…

« О, это то, чего мне сейчас хочется больше всего на свете», – подумал про себя принц.

– … но обретешь настоящий дом. Твоя детская мечта исполнится, только сначала тебе придется умереть.

– Что?

– У тебя со слухом плохо? – насупился старик. Арэвил сразу же замолк. Его вид говорил о готовности слушать дальше. – Твоя судьба – это маленькая девочка, поцелованная солнцем. Тебе предстоит научить ее всему, что ты знаешь и умеешь.

Арэвил пытался вспомнить о чем он мечтал в детстве, но из-за последних событий воспоминания о прошлом словно были заперты в отдаленных уголках мозга, не желая открываться.

– Чему я смогу научить дитя? Я свою-то жизнь привести в порядок не могу. От меня даже родные отвернулись…

– Не все,– напомнил Кассим. – Ты лучший из воинов в королевстве. Тебе нет равных. Даже Ром твоему мастерству завидует и боится, потому что всегда тебе проигрывал. В этом ребенке ты сможешь реализовать себя, сделать ее такой, каким мог быть, но уже не станешь волею судьбы. Будь для девочки духовным наставником.

– А как я найду ее?

– Она сама тебя найдет. Ты ее узнаешь, не волнуйся об этом. Только не теряй голову от ученицы, – лукаво подмигнул старик. Арэвил вопрошающе посмотрел на него.– Твое сердце сейчас разбито, но время лечит любые раны. Девочка вырастет у тебя на глазах, распустится, подобно бутону цветка. Она станет прекраснее, чем утренняя заря. Но не влюбляйся в нее – не ты ее суженный, а она – не твоя. Иначе любовь вас погубит, – один из вас просто погибнет, защищая другого. На красавице лежит проклятие, твоя судьба заключается в том, чтобы помочь ей от него избавиться. А в бою, как известно, нужна ясная голова. Но влюбленные ее совсем теряют и действуют безрассудно.

– А можно ее сейчас увидеть? – у принца проснулся интерес.

– Только краем глаза, – уступил Кассим. – Дай руку.

Арэвил протянул учителю ладонь. Старый

эльф опустил ее на дно чаши. Снова поднялся туман, но тут же расступился, открывая взору очертания хрупкой фигуры. Она стояла к принцу спиной, вдоль которой лежала тяжелая коса. Силуэт повернулся лицом к Арэвилу. Стало видно лицо, покрытое веснушками, и озорные голубые глаза. Фигурка вскинула руки, в которых держала сабли эльфийской работы – такие же тонкие и изящные, какие были у Лерики. Принц глазам не верил, не мог оторваться от видения. Его прервал Кассим:

– Будет. Налюбуешься, когда время придет, – и разогнал иллюзию подобно стайке назойливых мух.

Видение исчезло.

– А сюда я когда-нибудь вернусь?

– У тебя появится возможность. Но вернуться или нет, решать тебе. Только не бросай девочку. Ты – единственный, кто останется в ее жизни из всех близких и родных ей людей.

– Расскажи еще…

– Всему свое время, мой друг, – сказал Кассим, убирая чашу на место. – И не ворчи. Я, хоть и старый, но все слышу.

– Кассим, что я дам ребенку? Я – изгой.

– Тогда я могу тебя обрадовать – то место, куда ты попадешь, как раз для тебя. Там все изгои.

В это время в двери вошла Лерика.

– Привет всем, – она поцеловала старика в щеку, обняла брата. – Все готово. Когда стемнеет, можем уходить.

– На чем мне выбираться из королевства?

– Лошадь явно не подойдет – слишком заметно. Ведь тебя все ищут. Ром поручил солдатам сутками потрулировать улицы. Нужно что-то быстрое, что передвигается не по земле, а по воздуху.

– Драконы?

– Да, – ответила Лерика.

– Но, как мы проберемся к замку? Да и воздух, наверное, тоже под надзором.

– Нужно будет снова остановить время. Кассим, ты поможешь? Я не могу более, чем на пять минут.

–Она еще спрашивает, – буркнул старик. – На пять минут, говоришь? Плохо я тебя учил, значит.

– Но я год как не летал. Тесса меня уж и не помнит – отвыкла, – волновался Арэвил.

– Я каждый день носила ей твои вещи. Запах она помнит, остальное не проблема. Драконом управлять же ты не разучился?

Тем временем, в дверь постучали:

– Откройте, патруль!

Кассим, Лерика и Арэвил переглянулись меж собой – никто такого не ожидал.

Ром все же решился проверить дом бывшего учителя. Страх того, что брат убежит, расскажет правду, пересилил боязнь перед старым магом. Как-то в детстве Ром разозлил Кассима: у мальчика не получалось выполнить задание преподавателя, и он отказался пробовать снова. Кассим в наказание напустил на Рома пауков и змей, которые больно жалили и кусали.

Лерика тихо произнесла:

– Кажется, тебе нужно делать ноги прямо сейчас, не дожидаясь вечера.

Стук в двери на этот раз был настойчивее. Кассим остановил время, а Лерика с Арэвилем вернулись во дворец через зеркало. У них было пятнадцать минут, чтобы добраться до загона с драконами. Ребята бежали быстро, как могли, срезая путь где было можно. Это не составило труда – дворец они знали как свои пять пальцев.

Снова по дороге попадались замершие, словно статуи, эльфы. Странно было очутиться здесь – дворцовые покои стали чужими за несколько дней. От стен веяло воспоминаниями той ночи, когда был убит дядя. Но на переживания не было времени.