Сети Деллы
Шрифт:
Делла же ненавидела своих родственников в Мэриленде и через год сбежала домой. Но к тому времени ей стало ещё труднее найти общий язык с Ольгой. Она по-прежнему была воинственным подростком и отказывалась учиться в школе. Не успела Ольга опомниться, как Делла забеременела и настояла на том, чтобы оставить ребенка.
Её парень Джо Хоффер стал её первым мужем. Делла была красивой молодой невестой, но предпочла не надевать свадебное платье; она надела короткое белое платье и головную повязку, пригласив на торжество только самых близких. Они пили пунш с кислотой и подавали свадебный торт дома у Мелло — вот и всё.
Делле было 19 лет, Джо был того же
Соседи помнят Хефферов как счастливую пару, как молодых людей с жаждой жизни, но на самом деле это было не так. Дома, за закрытыми дверями, Делла чувствовала себя несчастной и превратила жизнь Джо в сущий ад. Она не заправляла постель, готовила только замороженные блюда и почти не обращала внимания на Шон. По общему мнению, она была никудышной матерью и ненавидела домашний быт.
Частично проблема заключалась в том, что у Деллы диагностировали сколиоз, и после свадьбы ей пришлось перенести операцию по имплантации металлического стержня в позвоночник. В течение нескольких месяцев Делла ходила в гипсе, и хотя она могла ходить и полностью владела руками, ей приходилось оставалась в постели. Сначала Ольга переживала за неё и иногда навещала и занималась домашним хозяйством, но через некоторое время ей это надоело, тем более что Ольге нужно было заботиться о маленьких Скотте и Карле, которые оба учились в начальной школе.
Вскоре Шерил тоже начала чудить. Взбунтовавшись против строгих правил матери, она ушла из дома в возрасте 17 лет и переехала к старшей сестре, которая уже подала на развод и ожесточённо боролась за опеку над ребёнком. Чтобы жить самостоятельно, Шерил работала в закусочной и, когда могла, заботилась о Шон. Домашние дела переложили на Шерил — Делла просто отказывалась ими заниматься, — что только вызывало ссоры и проблемы.
— Делла была ужасной матерью для Шон, — призналась Шерил. — Она оставляла дочь одну в грязи. Повсюду были птичьи экскременты, летали жуки, а дерьмо лежало повсюду. По кухне нельзя было пройти, там лежали мешки с мусором.
В октябре 1972 года подали заявление о разводе, и суд округа Гамильтон провёл расследование, чтобы определить, кто получит опеку над Шон. Делла и Джо были женаты чуть больше двух лет, и их разногласия были непримиримыми.
— Помню, как отец колотил в дверь, — вспоминает Шон. — Помню, как мама подпёрла дверь кухонным стулом и встала на него. Она закричала, швырнула и разбила тарелку. Помню, как стояла там и плакала, глядя на разбитую тарелку.
В то время Шон было всего два с половиной года; сцена на кухне стала её первым ярким воспоминанием. Конечно, она не понимала, что всё это значит, пока не стала немного старше. К тому времени, когда ей исполнилось 4 года, склоки из-за опеки были в самом разгаре, и Шон оказалась в центре событий.
Судебным следователям Джо Хоффер горько жаловался на безнадзорность дочери и говорил, что пока он весь день работает, жена не содержит ребёнка в чистоте и оставляет Шон без присмотра. Он чувствовал, что Делла не понимает, в чём заключаются обязанности жены. Он объяснял, что пока Делла 8 месяцев ходила в гипсе, он отвозил Шон к соседке, миссис Бейли, чтобы та ухаживала за ребёнком.
Теперь он хотел получить опеку над дочерью, поскольку с миссис Бейли ей будет лучше. О таком решении он ходатайствовал в суде.
Делла, истец по делу, рассказывала специалисту по семейным отношениям,
что её муж бессердечный и не заботится ни о чём, кроме себя. Она говорила, что когда ей нужно поговорить с ним о чём-то важном, Джо просто смеётся над ней. Она жаловалась, что, придя домой с работы, Джо даже не здоровается.Когда Делла сказала мужу, что уходит, потому что малышка грызёт ногти и становится нервной, она попросила сестру Шерил переехать к ней на поддержку. Делла хотела получить полную опеку над Шон и полный отчёт о доходах Джо. Она сказала, что не будет вставать на пособие, и даже хотя Джо сам был не особо богат, жил в квартире без мебели и работал на низкооплачиваемой работе, она рассчитывала получать алименты в полном объёме.
— Она была самой никчемной матерью, которую вы когда-либо видели в жизни, — признаётся Шерил, — и она хотела опеки только потому, что того же самого хотел Джо. Это была месть, и Делла хотела победить — вот и всё.
48
Когда в 1973 году оформили развод, единственным имуществом у пары были его "Маверик" 1970 года выпуска и её "Форд" 1964 года выпуска. Джо обязали выплачивать 20 долларов в неделю алиментов на ребёнка и разрешили "разумные" свидания с Шоном.
Три года спустя Джо ходатайствовал о пересмотре дела об опеке, сославшись на "плачевную ситуацию в семье".
Шон жила с Деллой. К тому времени Джо снова женился, и они с женой были полны решимости спасти бедную маленькую девочку. Они чувствовали, что это абсолютно необходимо, потому что, судя по тому, что они видели, у Шон не было нормального питания, приличной одежды, она часто болела и страдала от отсутствия родительского надзора.
Тогда маленькая Шон жила с матерью и отчимом, Джимом Бейером, в доме с двумя спальнями на Герольд-драйв. У 6-летней девочки была своя комната, своя двуспальная кровать, меблированный подвал для игр, а также самодельные качели и домик на дереве на заднем дворе. Джим работал полный рабочий день в канализационном управлении Цинциннати. Делла работала полный рабочий день, и у них, казалось, был хороший брак, поскольку они были женаты уже два года.
За несколько месяцев до их свадьбы две пары родителей стали бороться за Шон. Ребёнок всё больше разрывался между Деллой и Джо, и фактически ни с одним из родителей Шон не было легко. У Деллы и Джима был одни правила, а у Джо и Валери — другой. С посещениями с самого начала были проблемы, Хофферы часто жаловались на общий вид Шон, обвиняли Деллу в злоупотреблении алкоголем и наркотиками, в игнорировании основных потребностей ребенка. Делла всё отрицала, настаивая, что она только "время от времени выпивает". Она говорили, что требования Бейеров, чтобы Шон "всё время одевалась как принцесса", совершенно нереалистичны.
Делла настояла, чтобы Шон осталась с ней. Она любила ребёнка, Шон была счастлива в её доме. Она обещала дочери игрушечный домик и пианино, если та не будет много ныть. Делла называла Валери "плохой мачехой", которая мешает Шон молиться, играть и вообще. Она считала, что из-за Хофферов у Шон начались эмоциональные проблемы, заявив, что Шон "грубит" отчиму всякий раз, как возвращается от них.
Делла жаловалась, что всякий раз, когда она отправляла Шон к Хофферам в новой одежде, девочка возвращалась с пятнами. Она также посетовала на то, что Валери настаивала на стрижке Шон без разрешения Деллы. Валери возразила, что Делла позволила одной из соседок лишь "укоротить" волосы Шон.