Серые Башни
Шрифт:
— Не думаю, — хмыкнула я.
Судя по блестящим глазам и лихорадочному румянцу, у Хока была температура.
— Тебе нужно лечь. Поможешь, Гру?
— Это необязательно, — хрипло заметил Хок.
— Не думаю.
— Я не допущу тебя в свою спальню.
— А я и не стремлюсь. Ты можешь устроиться тут, — я указала на некое подобие дивана в углу.
— Это так необходимо? — осторожно спросил меня Гру. — Он же воин, а не девица.
— Все может быть очень плохо, — тихо ответила я.
Как я буду справляться с горячкой? А вдруг у него заражение? Мне вспомнилась картинка
— Ты присядь, — Гру подтолкнул меня к креслу. — Я сделаю то, что ты просишь.
Постель для лорда Хока соорудили на удивление быстро и с небольшой помощью Гру он все-таки улегся. Конечно, можно было бы померить у него температуру, но я и так знала что она слишком высокая.
— Ну вот, лорд лежит, как ты и хотела. Что дальше? — спросил Хранитель
— Ничего хорошего.
— Не верю, лорд сильный молодой мужчина, он воин. Справится! Подумаешь, горячка!
— Если бы это случилось в моем мире с моим земляком, то я промыла бы рану, зашила бы ее, вколола бы противостолбнячную сыворотку, обезболивающее и антибиотик, чтобы избежать заражения. А в случае, если пациент потерял много крови, вот как Хок, ему бы еще и капельницу поставили.
— Я мало что понял, но не думаю, что он, — норд кивнул в сторону Хока, — сможет возразить. Делай что хотела, малышка, если это поможет. Скажу честно, у тебя на удивление легкая рука. Наш Целитель предпочитает тех, кто теряет сознание на первых минутах лечения.
— Ты не понимаешь…, — начала я снова.
— В твоей сумке нет необходимого? — перебил меня Гру.
— Есть, но я боюсь, что ему это не подойдет.
— Почему?
И как ему объяснить?
— Если лекарства в этой сумке подходили для лорда Фредегарда, то и для Хока подойдет, — прищурился Хранитель.
А ведь и правда! У деда никогда не было проблем с человеческими лекарствами, так же как и у бабушки, так же как и у папы. Мне, правда, ничего не помогло, но это к делу не относится. Так. Собраться и не распускать нюни!
— Гру, ты мне поможешь?
— К вашим услугам, моя леди, — Хранитель аккуратно стер слезу с моей щеки.
Хок был слишком слаб, чтобы сопротивляться, к тому же, я попросила Гру привязать его. Мало ли что он мог вообразить в горячечном бреду, увидев импровизированную капельницу.
Я сделала все что могла, оставалось только ждать. Но видения, где Агами, отпиливал руку Хока, меня больше не преследовали. Глядя на немного бледного, но спокойно спящего лорда, я спросила:
— Я виновата?
— Виновата, — кивнул Гру. — Пещеры опасны. Там легко заблудится. Иногда, туда забредают раненые или больные животные. Несколько лет назад там нашла укрытие целая стая кириков. Было очень неприятно вылавливать их, малышка. Было много таких, — указал он на Хока. — Четверых спасти не удалось.
— О волке, о котором ты так переживала, мы знали. Его никто бы не тронул, только если бы надежды на его выздоровление не осталось. За ним присматривали. Было важно понять, как он попал в пещеры, вере слишком опасны. Твое появление там было очень некстати! А потом зверь исчез. Женщин сразу же закрыли в комнатах, а мужчины
обыскивали нижние этажи крепости и пещеры.— Твое упрямство, девочка, слишком дорого обходится, — Гру наклонился ближе. — Тебе запрещают только то, что может представлять опасность для жизни, а ты не веришь и обижаешься.
— Я не знала, мне никто не сказал…
— А ты спрашивала?
— Ты хочешь сказать, что если бы я спросила, мне бы ответили?
Хранитель молчал.
— Я хочу домой, Гру. Я здесь чужая и никогда не привыкну. До праздника осталось несколько дней, я хочу уйти сразу после него.
Он ничего не ответил, только тяжело вздохнул.
Некоторое время мы молчали, норд недовольно сопел, глядя на огонь в камине, а я сидела и смотрела на спящего Хока.
— Гру? А что будет после того, как я прочитаю завещание деда?
— Хок станет новым лордом-хранителем, будет править, женится…
— Женится?
Хранитель оторвался от разглядывания огня и повернулся ко мне.
— Прямо на празднике и женится, невеста уже сговорена.
— Ну конечно, — я отошла к окну и уставилась на снег.
— Девушка чудо как хороша, — не унимался Гру. — Умница, красавица, а рукодельница какая!
— Ага, — буркнула я. — Шьет, вяжет, слова не скажет…
Пора домой.
Утром прибыл Агами. Оглядев цепким взглядом меня, Гру и Хока, Целитель поклонился и сказал:
— Я могу взглянуть на рану?
Он придирчиво осмотрел извилистый красный шрам, припухший, с потеками сукровицы, посчитал пульс…
— Что ж нужно признать, что вы отлично справились, леди.
— От лица спящего лорда, выражаю вам свою признательность и восхищение. Как вам удалось добиться таких ровных стежков? Шрам будет на удивление аккуратным. Вы его связывали?
— Она положила его руку вот сюда, — Гру широко улыбнулся и засунул свою ладонь подмышку.
— Интересно, — задумчиво пробормотал Агами, разглядывая мой саквояж.
— Вы позволите? — спросил он, не отрывая горящего взгляда от блестящих хирургических инструментов.
— Конечно можно, но только не тут. У вас же есть… кабинет или лаборатория или мастерская? — ну или пыточная на худой конец.
Я больше не хотела тут оставаться, я же не его невеста, чтоб сидеть здесь и держать его за руку.
— Идемте, — сразу согласился Агами. — С ним все будет хорошо.
— Я тоже пойду, — прищурился Гру.
Все как я себе и представляла. Полутемное помещение, масса колбочек-скляночек, везде связки сушеных трав и каких-то подозрительных корешков. Но без крыс, пауков и заспиртованных уродцев в банках. И было очень чисто, нигде ни пылинки.
— Рассказывайте! — велел мне Целитель, с жадным любопытством крутя в руках стетоскоп. — Для чего нужна эта вещь?
Говорила я долго. Агами устроил мне форменный допрос, с невероятной ловкостью вытягивая из моей памяти все, что я знала, читала, видела, все чему научил меня отец. Мне пришлось перевести ему все инструкции, которые нашлись в саквояже. С лекарствами было сложнее, в фармакологии я была полным профаном, а слова «вот эти таблетки принимают, когда болит живот» Агами не устраивали. Он предпочитал докапываться до сути.