Серое перо
Шрифт:
– Боялся потерять тебя. Ты же у нас такая свободолюбивая. Да и история с твоим бывшим прибавила тебе обиды на нас, мужиков. Вот куда бы я пошел, если бы ты меня послала куда подальше?
– Дурачок, ты мне тоже очень дорог. Но теперь... Теперь я не могу ни с кем быть кроме одного амира, с которым помолвлена каким-то особым нерушимым способом. По крайней мере, в том мире мне нельзя. А так как тут при мне все осталось, что было там, то вполне могу предположить, что и на родине я связана по рукам... Прости, но я не надеялась вернуться домой. И там у меня тоже не было выбора, по сути. Либо смерть, либо в другое существо преобразование,
– Но... Не плачь, я все равно рядом с тобой, - зашептал Тима, обняв подругу, а та и не заметила, как начала плакать.
– Зато у тебя теперь есть крылья с такими мягкими серыми перьями. Мы что-нибудь придумаем, поверь. Все будет хорошо. Тихо, девочка, тихо. Я рядом. Только не кусайся.
– Ну почему же ты молчааал...
– ревела в плечо Оля.
Глава 4
Друзья так и не спустились с крыши, решили дождаться сумерек, чтобы люди решили, что молодежь просто маскарад примеряет. Рассказали друг другу все новости, Тима позвонил Вере, та обещала мигом примчаться, заинтригованная счастливым голосом парня. Оказывается, Олю считали погибшей в автокатастрофе, там погибла девушка, внешне похожая, но без особых возможностей опознать точно. Родители и друзья почти месяц как с ней простились, поэтому теперь было решено никому не говорить о таком невозможном стечении обстоятельств. Когда Оля стала чувствовать голод, Тима хотел сходить за продуктами, но девушке почему-то не хотелось его отпускать. Неявное беспокойство постепенно набирало силы, руки начали дрожать.
– Знаешь, Тима, наверное, попытайся найти себе девушку, нормальную и любящую тебя. Понимаю, что звучит дико, но раз мы были дураками, а теперь я помолвлена с другим, то хотя бы ты просто обязан стать счастливым семьянином. Правда, хочу, чтобы ты женился и обзавелся детишками. Я буду крестной. Не противься, понимаю, звучит дико, но прошу, пообещай!
– И как ты меня можешь представить с другой? Когда ты все нервы своим исчезновением потрепала.
– Но Тима! Пойми, мне так будет спокойнее! Пожалуйста. Мало ли что со мной еще произойдет. Я должна быть уверена, что у тебя все будет так, как я мечтала, только вместо меня другая девушка. Тима, пообещай.
– Это бред. Это мое дело с кем и когда гулять.
– Тима!
– Хорошо. Но ты меня неволишь.
Оля облегченно улыбнулась, но тут же вскрикнула и ужаснулась, почувствовав, как тело начинает скручивать как после того злополучного глотка из золотого бокала. Друг обеспокоено взглянул на нее и отшатнулся.
– Что с тобой? Ты куда?
– донеслось до нее, но уже тьма поглотила все и она обессилено упала на ковер. Ковер?
Кто-то схватил ее за плечи, перевернул и начал слабо трясти, но темнота из глаз уходила очень медленно.
– Очнись! Слышишь? Что это было?! Ты жива?
Так, голос Канеширда. Значит, вернулась обратно в чужой мир. И почему оба мира называются "Земля"? Вот как их различать?
– Ох, не тряси, - попросила девушка, с трудом сфокусировав на нем взгляд.
– Дай лучше выпить со второго бокала.
– Второго? Ты уверена? Но... Хорошо, пей, - удивился Канн, но подал ей стальной бокал.
–
А что тут произошло?– поинтересовалась прибывшая, оглядевшись. Жрецы все кучковались у стен, некоторые с подбитыми глазами, носами и прочим. Плащи некоторых были порваны, а сам амир держал ее искровавленными руками.
– Я тут немного поспорил со жрецами, решил, что они что-то нарочно сделали не то. Но они утверждают, что обряд пробуждения шел по сценарию, если не считать, что ты проснулась раньше времени. И они говорят правду, я чувствую.
– Я тоже думаю, что это не по их воле. И песня вроде соответствовала обряду, но вот что было в этих треклятых бокалах?!
– В первом томатный сок, как прощание с людскими пристрастиями, - взялся объяснять жрец в бардовом плаще после тяжелого взгляда Втопри.
– Во втором как переходная стадия, кровь животных. А в третьем человеческая кровь, ведь Вы стали амиркой. И раньше все выбирали по вкусу и бодрости именно третий бокал.
– То-то же меня чуть не вырвало, - буркнула девушка и, повернувшись к Кану, строго сказала: - Никогда, слышишь? Никогда не давай мне человеческую кровь! Я ее по запаху чую. Я не могу так! Зверушек тоже жаль, но раз идет выбор - то я выбираю второй бокал.
– Зверушек не жалей, они все остаются живыми. Хорошо, я учту и всем, кто будет тебя кормить, буду говорить. Только ты никуда больше не исчезай, хорошо?
– Хорошо. А теперь помоги встать, я очень устала и хочу отдохнуть. Мне же выделят нормальную комнату?
– спросила она жрецов. Темно-синий вышел вперед, кивнул паре и повел их в основное здание. Остальные тоже пошли в свои комнаты, как-никак уже была глубокая ночь.
На этот раз их с Каном разместили в просторных комнатах. Когда жрец вышел, жених попросил задержаться в гостиной.
– Что ты говорила про песню? Ты поняла, о чем в ней пелось?
– Да, а в чем дело?
– Откуда ты, иномирянка, знаешь древний язык дуитов?
– Кого? Не знаю таких. И песня была на нашем языке, на русском.
– На каком? Мы сейчас говорим на общем языке. А теперь я говорю на вампирском. А вот так говорят наши враги бороти, - ошеломлял амир девушку, но она не могла заметить никаких различий, даже акценты были те же.
– Но я слышу и понимаю все на одном языке, моем родном...
– Тогда повтори за мной. Лес. Лес. Лес.
– Ты три раза сказал "лес". Но как такое возможно? Я не то что не изучала эти языки, но даже и понятия не имела об их существовании!
– Ты сейчас мне это сказала на гномьем, на котором я сказал последнее слово. И что нам делать с тобой, ходячий энциклопедический словарь-переводчик?
– Говорить мне последнее слово на нужном языке, раз ты так утверждаешь. Но это уже слишком. Я не верю.
– Я бы тоже не поверил. Но это так. Ладно, не зацикливайся на этом. Лучше скажи, что с тобой было после того как ты испарилась у всех на глазах?
– Я была в своем мире. Там меня никто не видел кроме моего друга, подруга не успела приехать. Кстати, выпала я домой на высоте и чуть не убилась при падении. Так что лучше бы, если ты научил меня работать этой роскошью за плечами.
– Конечно, тебя обучат. А пока иди, поспи. Завтра поедем в столицу, там мой дом. Только вот утром выберем тебе имя из амирских, потому что своим человеческим именем ты уже не можешь зваться, - сказал Канеширд, поцеловал ее в щечку и ушел в свою комнату. Что ж, и она пошла в свою.