Серебряное перо
Шрифт:
– Меньше. Она с бабушкой, как мне казалось, хранили тайну, очень страшную тайну. Почему они спешно ушли, оставив нам лишь короткую записку - не знал никто. Сейчас мы это и вовсе не узнаём, тайна их бегства лишь усугубляется.
Я пошла дальше по коридору, когда Каин задержался у портрета ещё на несколько секунд, рассматривая красивое лицо молодой снежной эльфийки. В коридоре было множество ответвлений, которые так же вели в огромные залы и нагоняли страха. Всю жизнь до ужаса боялась темноты. Вскоре в конце коридора показалась измятые железные врата, валяющиеся на полу. Под ними было несколько скелетов.
"Думаю, что путь наш скоро подойдёт к концу".
Миновав врата, мы оказались в огромной просторной комнате, посреди которой было два существа.
– Мы ждали вас достаточно долго, - сказал Гарм.
Я оторопела. Про Гарма я читала, когда ещё была совсем маленькой
– Ждали? Для чего?
– сказал Каин, чему несказанно удивился, ибо известно, что Хранители могут общаться лишь со Стражами и то мысленно.
Гарм мягко рассмеялся, на что дракон лишь уставился на меня печальным тяжёлым взглядом.
– Пожалуй, я должен представиться. Я - легендарный пёс Гарм, чей вой предзнаменовывает конец света. Рядом со мной моя боевая подруга Ашьяра, - Гарм перевёл взгляд на дракона и заметно поник.
– Я - Хранитель прошлого Стража, Мориса, - дракон с трудом поднялся, выпрямившись и едва расправив крылья.
– Позволь же рассказать тебе, что было в тот роковой день:
Мой Страж, Морис, всю жизнь провёл в ледниках Арфала, когда они были в периоде расцвета. Шла горячая торговля с материком, к нам наведывались толпы туристов и альтруистов. Драконы и виверны, живущие бок о бок со снежными эльфами веками были безмолвными стражами Арфала и его обитателей. Ледники каждое лето оттаивали, поля, сокрытые снегом, покрывались ковром мягкой травы и тысячами цветов, ныне уже утерянными из-за катаклизма, вызванного Пришествием. Оно было жестоким и невероятно мощным. Тогда кипела межрасовая война, в которой даже перед лицом гибели никто не хотел отступать, рьяно защищая лишь свои интересы. Гарнизоны буквально сравнивались с землёй одним за другим, слабая цепь разношёрстных защитников мало что могла сделать пред ликом сиртов, ведомых, словно кем-то извне, тем, кого никто никогда не видел. Стражей тогда было двенадцать: трое - тёмные эльфы, по двое из: светлых, орков, магов и снежных и человек. Да-да, не удивляйся, тогда Стражей было много, но не все смогли обзавестись детьми. Даже потомки Стражей лишь с малой долей вероятности могут впоследствии родить Стража. Вы вымираете, чужеземное присутствие искореняет нашу последнюю линию обороны. Но сейчас не об этом.
Многие Стражи были растеряны и хотели покинуть древний плацдарм, но молодой человек, Страж Арлант и его Хранитель Богема обладали несравненным умом и харизмой, а так же устрашающей силой даже для Стражей. Именно Арлант сумел за несколько месяцев прекратить межрасовые войны, объединив всех под знаменем Стражей, а после и вовсе став первым императором объединённых рас. Столицей же стал город Арантий - столица людей. Стражи получили сильного и умного лидера, который постепенно оттеснял Пришествие до момента, пока они не понеслись сильным потоком на ледники. Они были подобны воде, на которую давили - они искали выход. И нашли его.
Морис и второй Страж, Сира, были первыми из Стражей, кто прибыл в ледники. Впоследствии они оказались и последними. За ними захлопнулся магический замок, артефакт, некогда защищавший Арфал, буквально обезумел от наплыва сиртов и перестал пускать всех, кто не был снежным эльфом. В итоге народ оказался заперт на своей родине с легионами врагов. Представители других рас сражались с нами бок о бок, но, в конечном счёте, никто из них не уцелел. Мы потеряли связь с остальным миром, многие склады с продовольствием были уничтожены. Народ гиб от голода, как бы не старались нам помочь духи, элементали, драконы с вивернами и Мьё, наш каа-хакал. Сиртов было слишком много для ледников, хоть мы и продержались полгода.
В одном бою наш отряд был разбит. Я и Морис были отсечены от Сиры и Арго, а после отсечены и друг от друга. В тот бой я едва не погибла, точно так же, как и беременная Сира. Арго защищал её очень яростно. Он был сам по себе уникальным, намного больше даже Хранителя, который сейчас передо мной. Его дыхание было сплетением трёх стихий: молнии, льда и пламени. Он мог насылать вихри, поджигать взглядом и создавать пропасти под ногами. Но даже со всеми его талантами - его серьёзно ранили. Сирты были оттеснены, а Сира, в бессознательном состоянии усажена на Арго. Морис их буквально выгнал от себя, приказав Хранителю спасать своего Стража и лететь прочь с ледников. Я тогда впервые видела, как плакал мой Страж, с любовью и ужасом глядя на свою возлюбленную. Тогда я как могла вместе с Мьё подлечила Арго, но он всё
равно был не жилец. Тяжело поднявшись в небо, он полетел к пелене бурь и снегопадов, окружившей остров, которая пред ним расступилась. Я горько выла им вслед, зная, что Арго умрёт, а Сиру мы больше никогда не увидим и даже не будем знать, что с ней произошло. Сейчас я вижу на твоей шее последний подарок Мориса Сире: камень, который называли Сердце Света. При умелом обращении он может спасти или вывести с тропы смерти.Моя связь с Арго была крайне сильна, так же, как и связь Мориса с Сирой. Я сразу почувствовала, когда он достиг берега. И так же сразу поняла: он умер сразу, как лапы его коснулись земли. Нам было тяжело, но не было времени горевать. Если бы Морис не решился на отчаянный шаг, погибли бы все. Укрыв своим куполом остатки народа, он повёл их сюда, в библиотеки. Раньше здесь хранились тысячелетия истории на книжных листах.
Купол защищал эльфов и сжигал сиртов, которые пытались его преодолеть. Нас, изнеможённых, тогда спасло лишь присутствие Гарма, который охранял эту библиотеку тысячелетия. Если бы не его запасы маны и сила - мы бы пали. За нами умирали драконы и виверны, умирали отставшие с жуткими криками, а мы лишь шли вперёд, к библиотеке. Купол мне казался очень тяжёлым, отчего мой шаг сильно замедлялся, а Мориса это и вовсе могло убить. Его талант был убийственно прекрасным. Когда мы проходили врата библиотеки - я слышала полный ужаса крик виверн и драконов, которые не знали что делать без нас, без Мориса. Они гибли, падая с неба как снег, рассыпаясь бриллиантовой россыпью о сугробы. Как только все прошли в библиотеку и за нами захлопнулись врата - мы оказались загнаны в ловушку. Без еды и без надежды, мы были заперты в залах, которые тысячелетиями не видели живой души, помимо Гарма. Там же Морис и решился на отчаянный шаг - использовать мой талант телепортации. Я должна была сосредоточиться и перенести всех присутствующих на материк. Перебив остатки сиртов, успевших забежать к нам, мы двинулись в комнату с наиболее сильным магическим потенциалом. Там хранился ещё один артефакт, о котором нам поведал Гарм. Сердце Тьмы. Оно могло менять всё вокруг нас, и теоретически должно было упростить телепортацию. Когда мы подходили к вратам, закрывавшим зал - двое безумцев стали их лихорадочно дёргать, от чего они на них упали, придавив насмерть. Я была готова к телепортации, но видимо Сердце Тьмы исказило сущность моего таланта, отчего народ и Страж отправились куда-то, но только не на материк. Я жива все эти годы и это значит, что Морис жив. Вероятнее всего он попал во временную петлю, где время каким-то образом зациклено, где нельзя умереть и нельзя вернуться. Я жду его достаточно долго для того, чтобы во мне зародилось желание умереть. От былого Хранителя Ашьяры осталась лишь блёклая оболочка минувших дней, неспособная ни на что, кроме тоски по хозяину. Сейчас я вижу предка моего Стража и его возлюбленной, и душа моя ликует. Тогда мы были напуганы за судьбу Сиры. Скажи мне, Страж, что было с ней?
– Моя прабабушка ушла около десяти лет назад с бабушкой в последний поход. Про то, что она была Стражем, никогда не говорила, хотя это и во внешности было не заметно, - смущённо сказала я.
Ашьяра устало рассмеялась.
– Сира профессионально скрывала свой истинный облик при желании. Вероятнее всего она так до конца жизни и скрывала всё, что в ней было от Стража, - с лёгкой улыбкой произнёс дракон.
– Но что стало с артефактом? Он и сейчас перекрывает путь, из-за чего Арфал стал лишь огромной глыбой льда, лишённой жизни, - спросила я.
– Неудачный телепорт Мориса окончательно исказил защитный артефакт, который всегда находился в стенах этой библиотеки, - сказал Гарм.
– Когда сирты наполнили ледники, он уже весь искрился, искажая свою суть. После телепортации он и вовсе стал объят какой-то странной энергией, которая видимо и повлияла на ледники.
– Но его же можно как-то починить или деактивировать?
– спросил Каин.
– Это возможно, но как в такой ситуации - я не представляю, - признался Гарм.
– Есть вероятность, что поможет Сердце Света, но я в этом не уверен. Однако, если его оставить и вовсе не тронутым - ледники так и останутся изолированными.
– Разговариваем мы из-за артефакта?
– спросил Каин, на что Гарм мягко хохотнул.
– Я и так разговаривать умею. Вот ты и Ашьяра болтаете лишь из-за того, что находитесь в стенах бибилиотеки. И попрошу эту тайну оставить лишь между нами.
– Идём же к артефакту, - сказала я.
Гарм вышел вперёд, увлекая нас за собой. Ашьяра шла самой последней. Мы шли всё по тому же коридору, который петлял под землёй, уводя нас своими лестницами ещё глубже.