Чтение онлайн

Корт Тур, Ройдан Семур, ещё два оборотня, лица которых показались смутно знакомыми… Надо же, «повезло» сегодня: встретила трех оборотней из прошлой жизни. Также здесь находились светлые целители госпиталя во главе с лаэром Торшем, который выглядел так, словно прямо сейчас его должны отвести на эшафот. Меня мужчина наградил взглядом, полным ненависти.

Неожиданно.

И печально.

— Госпожа Юна Элфор, — громко объявил мое появление главный целитель, заставив вздрогнуть не только меня, но и… Ройдана. Да и остальные поежились от его неприятного тонкого голоса.

Семур вдруг

напрягся, черты лица застыли, он впился в меня пристальным взглядом, а я внутренне усмехнулась. Можешь вглядываться, сколько хочешь, только никогда не сможешь увидеть мое настоящее лицо. Действие артефакта было таково, что каждый раз тот, кто подпадал под его воздействие, видел совершенно другое лицо, которое мгновенно забывал, стоило мне исчезнуть из поля его зрения. Причем это обстоятельство позже не вызывало у воздействуемого удивления. Семур должен был думать, что у меня совершенно невзрачная внешность, поэтому он не запоминал меня.

Ну а то что у меня имя «Юна», так в Берингии это довольно распространенное среди людей имя.

Если бы я не чувствовала себя такой уставшей, наверное, взгляд Ройдана все же заставил бы меня поволноваться, но сейчас мне были одинаково безразличны, как жадный испытующий взгляд Северного волка, так и ледяной неприязненный взгляд князя Рейдалии.

— Мой человек, Корт Тур, убедил меня посетить госпиталь и встретиться с вами, госпожа Элфор.

— Господин Тур держит данное слово, это приятно осознавать, ваша светлость, — ответила тихо, слегка присела, выражая почтение.

Я подняла взгляд на князя и сразу все поняла о нем и о Ройдане.

Приемный сын, значит. Как бы не так. Эти глаза долгие годы снились мне и в сладких снах, и в кошмарах. Но свою догадку я оставила при себе, конечно.

— Я уже обошел госпиталь. И поговорил с господином Торшем. Теперь хочу выслушать вас. Говорите.

Говорите…

Мне будет легче говорить, раз князь уже обошел госпиталь. Смелый, однако. Неужели не боится Черного Мора?

— Если болезнь запущена, а она очень быстро прогрессирует, то я одна могу с ней справиться. Но один темный целитель на сотни человек — это очень мало. Я не справляюсь. Мне нужны помощники — темные маги. А ещё нужен трилистник, он прекрасно восстанавливает силы и поможет спасти гораздо больше жизней.

— Траву принесут. Но пока не так много, как нужно. К сожалению, она отцвела.

Отцвела…

Мне почти физически стало больно. Я перевела взгляд на Северного волка, в отличие от него я прекрасно могла его разглядеть. Взгляд оборотня был не читаем. Понимает ли он, что его нерасторопность — причина многих смертей? Семур не мог прочитать мой взгляд, но, наверное, что-то почувствовал, потому что ответил:

— В тот же день я отправил вам небольшой мешок с травой. Вы всю использовали?

— Вы шутите?

— Мой человек сказал, что передал мешок из рук в руки. Принял его целитель.

Я почувствовала, как от этих слов меня бросило в холодный пот. А потом уверенно взглянула на господина Торша. Невероятная бледность покрыла мужское лицо, толстое тело мелко затрясло.

— Ты получил траву от нашего человека? — спросил князь.

— Н-нет, в-ваша с-светлость. — Глаза Торша испуганно выпучились.

—

Я принял мешок, ваша светлость, — вышел один из целителей вперед. — И передал его главному целителю, так как такой порядок в госпитале. Что стало дальше с ним, я не знаю, ваша светлость. Я говорю правду.

— Вижу, что правду, — кивнул князь и вновь взглянул на Торша, жестко и остро. — Где трава, Торш?

— З-зелье с-сварил, в-ваша с-светлость.

— Которое сам и пьешь? — с издевкой усмехнулся князь. Торш стал серым, князь – хмурым. — Скотина. Заберите его.

Торш упал на колени, заскулил, пополз к князю.

— Умоляю! Помилуйте! Я же не для себя старался! Как же госпиталь будет без меня?

— Уверен, лучше, чем с тобой.

Я стояла, пошатываясь. Тоже очень хотелось упасть на колени перед князем, но не для того, чтобы о чем-то умолять, ноги просто не держали.

— Наслышан о тебе от Семура и Тура. — Взгляд князя вновь упал на меня. — Пока Черный Мор не пройдет, будешь главным целителем.

Хуже новости не могло быть, и я, наконец, бухнулась на колени. С чистой совестью. Во-первых, легче стало, во-вторых, собиралась отказаться от высочайшей милости и выдвинуть на должность главного целителя другого человека.

— Ваша светлость, я не могу стать главным целителем, ведь пока я — единственный темный целитель, который действительно уничтожает болезнь. Я спасаю людей днем и ночью, у меня нет возможности и времени руководить госпиталем.

Некоторое время князь смотрел на меня странно. Видимо, я чем-то удивила его. Знакомые голубые глаза будто смягчились.

Галлюцинации у меня, что ли?

— И что ты предлагаешь? Кому можно доверить возглавить госпиталь?

— Раселу Ноу. Ему можно доверить.

— Ноу, выйди.

Расел вышел, как всегда спокойный и сдержанный, с достоинством поклонился, вскинул сдержанный взгляд. Князь задал ему несколько вопросов, на которые светлый целитель честно ответил.

— С сегодняшнего дня главным целителем госпиталя Северного замка назначаю лаэра Ноу.

— Ваша светлость, — я посмотрела на князя твердо и решительно. — Я слышала, что ваши люди ищут темных целителей по всему Северу.

— Ищут. — Князь прищурился, взгляд снова стал жестким.

— И я слышала, что… — Я заколебалась.

— Что? Говорите, не бойтесь!

— Что в вашей темнице есть темные маги, которые ждут казни.

— Есть такие.

— Ваша светлость, я могу научить их спасать людей. Объясню, что делать. Они не смогут вылечить до конца, но смогут облегчить состояние больных. А те смогут дождаться меня.

Ледяной взгляд князя пробирал до самого сердца, пугая и заставляя замирать почти не дыша. Все же этот оборотень своей невероятной аурой подавлял и заставлял склонять головы. Я с трудом держала свою гордо вздернутой.

— Почему вы уверены в том, что темные боевые маги могут справиться?

— У меня муж был темным магом. Он справлялся. Я научила его.

— Где же сейчас ваш муж, госпожа Элфор? Почему не помогает вам?

Этот вопрос неожиданно выбил из меня дух, — я совсем не ожидала его. Открыла рот, чтобы ответить, и не смогла, потому что колючий болезненный ком застрял в горле и мешал говорить.