Сердце дракона
Шрифт:
— Сама будешь оправдываться перед милордом, что лицо до сих пор измазано и несёт от тебя навозом.
— Так я сейчас... Пойду с ведра себя окачу. Где здесь у вас ведро с водой?
Риновар обречённо покачал головой. Такой кошмар ему и во сне не мог присниться. Всех девушек, будь то горничная, убиравшая постель, или простая полотёрка, всегда отбирали с особой тщательностью. Смотрели на внешность, умение скромно себя вести, быть незаметной для хозяина, всегда выглядеть опрятно и не слишком вычурно. Но чудо, которое сейчас стояло перед опытным лакеем и смотрело на него искренне и бесхитростно, не
— Нет времени, — сухо бросил Риновар. — Милорд ждёт, а долго ждать он не любит.
— Не любит — это верно замечено. — И, поймав на себе удивлённый взгляд слуги, на полном серьёзе добавила: — На своей шкуре убедилась. Он велел меня позвать?
— Да.
— Что-то случилось?
— Нет.
— Тогда я бы всё-таки окатила себя из ведра…
— Я же сказал, нет времени.
— Но ведь не срочно!
— Мыться надо было, когда тебе было отведено на это время.
— Но хоть одежду почистить! Глина к сапогам присохла.
— Почистишь после. А теперь будь добра, помолчи немного. На этой лестнице сильное эхо — не стоит раздражать высоких гостей глупыми речами.
Молчать так молчать. Рики послушно плелась следом. К запаху от своей одежды она уже давно привыкла, той вони совсем не чувствовала, но вот не смотреть на засохшую грязь было трудно. А стоило о ней вспомнить, как та сразу стала заметна даже в тех местах, где раньше Рики её совсем не видела. И на локте есть, и даже на животе пятно! Действительно, кошмар. Риновар прав. И словно прочитав мысли девушки, а по правде просто проследив за её взглядом и расслышав едва уловимое «ох», слуга Стернса медленно произнёс:
— Милорд велел пошить тебе новую одежду. Портной ждёт тебя. У Стернса. Снимет с тебя мерки, и можешь быть свободна. Если, конечно, у милорда не будет никаких других распоряжений.
Рики остановилась перед высокой массивной дверью. Шарообразные металлические ручки на каждой створке были начищены до такого блеска, что в них можно было увидеть своё отражение. Вот только то было жалким, и Рики это прекрасно знала, поэтому просто вцепилась мёртвой хваткой в гладкий металл и потянула дверь на себя.
— Куда?! — Риновар не сдержался и всё-таки рявкнул. Не надолго хватило его терпения: ещё и сутки не пройдены. — Двери в комнаты милорда полагается открывать мне, — учил слуга, успокоившись. — Ты не королевских кровей, чтоб с ноги заходить, и не военный командир. Если его светлости будет угодно тебя видеть, то я разрешу тебе войти. А если милорд передумал, то невелика беда.
Рики недоумевала.
— Вы же сами сказали, лорд Стернс за мной звал. Рукава там замерять, и сколько кожи на сапоги потребуется...
Риновар недовольно пошевелил губами, понимая, что попытка указать пигалице на её место с треском провалилась, но рук с двери не убрал и не спешил ту открывать.
— А говорили, времени нет, — пожала плечами Рики. — Пока вы тут воротник поправляете и собираетесь с духом, чтобы переступить порог, я бы уже в воду нырнула и два раза обсохнуть успела.
— Спешка нужна при ловле вшей, — спокойно вставил слуга. —
А хозяин любит всё красивое, элегантное, как и подобает его статусу. Поэтому выпрями спину, поправь волосы... Хотя нет, лучше верни, как было, а то совсем уныло получилось.— Да знаю, что не красавица.
— И откуда ты только на мою голову свалилась? — выдохнул лакей.
— Из Ланимора я, — в который раз за день повторила девушка, а Риновар уже заходил к Стернсу.
До Рики донеслись голоса. Сгорая от любопытства, девушка принялась топтаться за спиной камердинера и даже вытянула шею, чтобы хоть что-то разглядеть, но удалось слабо, зато уши поймали каждый звук и каждое слово. Один голос Рики без труда узнала; второй был незнаком и, вероятно, принадлежал портному.
— Тут я ушью, тут тоже. Это быстро. А вот тут придётся всё переделывать. Боюсь, что возиться буду около двух дней. Ох, милорд, где вы только были всё это время, что так сильно похудели?
— Объезжал террито… Тут не трогай!
— Спина? Помню, помню.
— …территории. Захотелось лично проверить, всё ли спокойно.
— Ох, неудачная, видимо, оказалась затея, — посочувствовал портной. — И надо же, как вам с лошадью не повезло. Может, она листок какой в лесу ухватила да с того понесла? Говорят, сейчас какой-то новый сорт лопухов вдоль дорог расплодился. Все лошади, стоит им его попробовать, сразу мрут, как мухи.
— Может, и схватила… Я же просил спины не касаться!
— Простите, ваша светлость. Надо было заколоть в одном месте, чтобы не забыть, сколько потом убирать. Ещё пару раз потерпите? Надо вот тут сверху прихватить да с боков.
— Убери руки! — раздраженно приказал Гай и тут же добавил в разы спокойнее: — Сейчас явится девчонка, о которой я говорил. У неё пальцы тоньше. Будешь показывать, где и сколько прихватывать, а она будет выполнять.
— Давайте хоть так, — тут же согласился портной.
— Вот и она. Риновар! — Рики заметила, как слуга, стоило ему уловить на себе взгляд хозяина, тут же втянул живот и даже стал на пару дюймов выше. Его лицу прибавилось важности, хотя та и так зашкаливала, а лысина стала блестеть ещё больше. Видимо, покрылась потом. Лакей открыл было рот, чтобы спросить разрешения пропустить в комнату девушку, как следующая фраза Стернса тут же перечеркнула все принятые нормы и правила поведения, и важности во взгляде камердинера заметно поубавилось. — Ты мешаешь ей пройти. Двинься в сторону, а лучше пойди отсюда! Понадобишься — позову.
Верный слуга такого никак не ожидал, застыл в секундном оцепенении, но вовремя сообразил, что стоять столбом перед милордом непозволительно, шагнул в сторону, попуская к нему Рики, и, поклонившись, остался по ту сторону дверей, аккуратно и тихонько их прикрыв.
С несколькими измерительными лентами через плечо и булавками, зажатыми в губах, портной порхал вокруг Стернса бабочкой, поправлял ткань то тут, то там, ставил черточки мелом и огорчённо качал головой, представляя масштаб работ, которыми будут заняты все его ближайшие вечера и ночи. Поманив к себе Рики рукой, на одном из пальцев которой был большой медный напёрсток, портной сделал несколько шагов к окну, внимательно осмотрел своё творение, что-то прикинул в уме и вновь приблизился к Стернсу.