Чтение онлайн

Просматривая события прошлого, происходившие в тот день, когда в Кырнанкху прибыли воры, я обнаружил Дозэфа. Он несколько раз прошёлся возле постоялого двора, в котором остановились воры. Однажды он даже зашёл внутрь. Я проследовал за ним и просмотрел, что он делал. Воры в этот момент сидели за столом и ужинали, выпивали, Дозэф устроился неподалёку и постоянно бросал на них украдкой взгляд.

В свою очередь за самим Дозэфом тоже наблюдали: я заметил норжских агентов. Они всё время ошивались неподалёку и следили за ним. Интересно, сам он их замечал

или нет?

Я прокрутил время до тех пор, пока не настал момент, когда воры разделились. Я не мог выяснить, что воры сделали с украденными реликвиями: у кого какая оказалась, взял ли что-то с собой сбежавший на север вор… Я не мог выяснить ничего о судьбе реликвий, потому что не видел даже мешков, в которых они хранились. Мешки для меня просто не существовали, как и их содержимое. Из разговоров воров тоже ничего не было понятно — они не обсуждали реликвии и ничего не говорили про мешки. Вероятно, их заранее предупредили на этот счёт, ещё когда готовили к краже и вручали им мешки.

Проклятые норжцы! Вынужден признать, в этот раз они ловко меня обыграли.

Итак, у воров настала ночь, и вот один из них покинул корчму втайне от остальных. Им оказался тот, кого звали Орсагор Кляча. Я не знал, забрал ли он с собой какую-то из реликвий, и если взял — то какую, но я проследил за его дальнейшим маршрутом и удостоверился в том, что Кляча действительно направился на север.

Я вернулся на наш постоялый двор, перекусил, принял ежедневные лекарства. Тольскеру я ничего рассказывать не стал, сообщил лишь, что ничего особенного не обнаружил, и след воров ведёт дальше к побережью.

Остаток дня мы провели в корчме, где потом и заночевали.

* * *

Снова я брожу по полутёмному лабиринту, в конце которого меня ждёт чудовищный зверь, а сверху за мной наблюдают звероголовые существа. А после убийства зверя снова я тону в красной ткани, будто в кровавой реке. И снова из кошмаров меня вызволяет мягкий, добродушный шёпот, произносящий слово. Одно слово.

Одно слово:

— Dalanadriel'…

Глава 26

Дева в метели

С самого утра зарядил густой снегопад. Мы выехали рано, и снова наш путь пролегал через сплошную снежную пелену, где ничего не было видно уже в трёх-пяти шагах от себя.

— До Баиль-Ласгар, — сказал Тольскер, — осталось всего около сотни трэвдов.

Это, само собой, радовало. Ещё день — и мы достигнем портовых городов. Мы надеялись, что поспеваем в погоне за ворами, и они ещё не успели отплыть на другой берег Моря Пфортуны, в Норжию.

Путь тянулся и тянулся через пургу, и путешествие действовало усыпляюще. Прошлый раз в дороге чуть не заснул Тольскер, а теперь жертвой сонного эффекта метели оказался я. Мои веки слипались, голова то и дело падала на грудь, а в мыслях царила каша. Я из последних сил боролся с сонливостью, но получалось это с трудом.

Впереди,

за пеленой метели, проступил чей-то силуэт. Никто, кроме меня, не обратил внимания, и мне это показалось странным. Когда мы поравнялись с силуэтом, я присмотрелся, и у меня мурашки пробежали по телу. Это была она — дева, которую я любил, и которая осталась на Родине.

— Aehael' ghalainnel', — сказала она, улыбаясь.

— Aehael', — машинально ответил я, забыв про Тольскера и остальных, что находились рядом.

— Как тебе курительная трубка, которую я тебе подарила, emi arur? — весело спросила она.

— Она превосходна, — сказал я. — Она не раз мне пригодилась.

— И снова пригодится в будущем, очень-очень, emi d’horiel'.

Я не знал, как на происходящее отреагируют мои спутники, и взглянул на них, но увидел, что их лошади идут без ездоков, сёдла пусты.

— А где Тольскер и остальные?! — удивлённо спросил я.

— Они затерялись в b’hoen gwyntel' («метели»), emi lymnael', — сказала она и рассмеялась. — Они потерялись в пути. Твоём пути ко мне, mo d’horiolly. Ведь твой путь лежит ко мне, не так ли?

— Да. Aetaal' arh d’horaad («Долгая трудная дорога»), — сказал я. — Raad de t’hou emi ghalainn dwynnaen. G’haedne mvare do arh d’ho.

Она печально улыбнулась.

— Что вы там бормочите, мастш Рой? — услышал я голос Тольскера.

Я обернулся и увидел, что Тольскер и остальные никуда не девались, они сидели на своих конях и ехали рядом со мной. Я повернулся в сторону, где видел прекрасную деву — но там было пусто. Лишь метель вокруг, лишь вьюга, белая мгла. Я понял, что задремал, и меня посетило видение. Всё это просто видение, всё это просто фантазии, мечты. Её здесь нет. Я здесь один. Один — среди чужаков.

— Мастш Рой засыпает в седле, — сказал Сэлдэн.

— Вам надо выпить кофий, мастш Рой, — сказал Даид. — Кофий. Желудёх. Мой дед, покойник…

— Да, это было бы неплохо, — ответил я.

К вечеру мы добрались до города Аг-Бфир Ордан (Аг-Вирордэн), но воры не попались нам, потому что их след свернул на северо-запад. Продолжать путь в метели не было возможности, поэтому мы остановились заночевать на окраинах Аг-Вирордэн, не въезжая в сам город.

Мы остановились на постоялом дворе, находившемся в загородных районах, где обычно размещалось производство, которое вывели за пределы города — дубление кожи, жжение угля, плавка руды и тому подобное.

Кофий мне пить не пришлось, после лёгкого ужина и обязательных ежевечерних лекарств, я тут же лёг спать.

Глава 27

Бой на пристани

День был премерзкий. Снега не было, но зато с утра зарядил мелкий холодный колючий дождь, мир погрузился в туман, небо было серое и напоминало грязную лужу.

Такой же был день, когда погибла моя сестра Майра. С тех пор я не люблю пасмурные дни. Каждый из них напоминает о том ужасном событии.