Чтение онлайн

Много раз она себя спрашивала: «Почему я?», но ответа так и не находила, а вот услышать бы ответ от него самого - это совсем не плохо.

Рабочий день приближался к своему логическому завершению. Марине было страшно идти домой, а еще страшнее засыпать. День-деньской ее воспаленный разум рисовал разные ужасные картины предстоящего бала. Но вскоре она стала себя успокаивать, что все равно это не явь и краснеть ни перед кем не придется.

Именно с такими мыслями Марина шла домой. На площадке ее уже ждала Аня. В ее руке была бутылка отличного вина и пакет круасанов. Девушка-студентка улыбалась и была довольная собой.

– Что празднуем?
– спросила Марина, открывая дверь ржавым ключом.

–

Я была в институте и знаешь что?

– Что?

– Я не просто буде учиться у них, мне предложили должность помощницы в лаборатории. Сказали, что такая, как я, в самый раз и эта тетка с лаборатории очень хорошая. Как же ее зовут? Вот черт забыла.

– Зовут ее Валентина Константиновна.

– А ты откуда знаешь?

– Это моя тетка по дальней линии.

– Ну и как она?

– Вы поладите.

– Да что это с тобой? Ты сегодня какая-то странная.

– Ничего особенного. Просто сниться всякая дребедень.

– А вот моя тетка всегда говорила, что сны это не просто так. Во сне мы как бы общаемся с разными людьми, обмениваемся информацией, знаниями и все такое.

– А если мне сниться один и тот же человек уже четыре дня подряд?

– Значит, видеть тебя хочет.

– А если я его не знаю?!

– Значит - ищет тебя.

Марина погрузилась в размышления и не заметила, как они оказались на кухне. Анна разогрела в микроволновке круасаны и откупорила бутылку вина. Выпив по бокалу, разговор отдалился от начатой темы и уже через пару минут они говорили о прекрасном виде, открывавшемся из окна. Студентка жаловалась, что все ее окна, кроме окошка в туалете, выходят на мусорную свалку за нашим домом. Хозяйка квартиры посочувствовала соседке, но ни чем, кроме этого, помочь не могла. За разговорами о всякой ерунде пролетел вечер, и Аня ушла к себе. Марина недолго думая сбросила одежду, расстелила постель, открыла на распашку окно и легла на свою старенькую кровать. Луна светила на ее лицо, но в отличии от солнца, не пекла, а ласкала ее кожу. Глаза стали закрываться и она уснула...

Прости, мне льстит твое вниманье

И пылкий взгляд твоих очей,

Но опаленное сознанье

Утонет в одиночестве ночей.

А. Рыжова

Снова сад. Тот же замок что и раньше. И все та же фигура. Но мужчина уже не улыбался, радости не было. Он шел не спеша, словно проходит давно покинутые им места в памяти. Знакомый незнакомец был даже не грустен, а больше печален.

– Вас что-то печалит, сир?

– А, ты уже здесь. Нет ничего, - улыбка была явно натянута, и получалась очень не естественной.

– Можете мне не врать. Хоть я и знаю Вас немного, но этого мне хватило чтоб хоть немного разобраться в Вас... Как Вы представите меня на балу?

– Еще не знаю, но наверно подопечной.

– Хорошо. Тогда вперед и ни шагу назад.

Он взял меня под руку и повел в направлении замка. И время суток здесь было другим теперь, вместо привычного дня наступал вечер или даже ночь. Из белокаменного дворца доносилась прекрасная музыка, которую дополняли трели птиц. Я и представить себе не могла, чем окончиться этот бал для меня. Но все начиналось так прекрасно.

Не прошло и нескольких минут, как меня провели через черный ход. Хмурая служанка не сказав не слова повела меня в полумрак. Я спотыкалась на каменных ступенях, ведь факел в руке женщины давал мало света, а провожатая всё молчала. А я из последних сил поспевать за ней. Понимала, что здесь мне все чужое, что это не мой мир и здесь другие правила. Вскоре мы свернули в какой-то коридор, и пошли по направлению к крайней двери. Оказавшись внутри, я заметила, что эта комната более наполнена светом, чем коридор и лестница. Всё свободное пространство было уставлено подсвечниками. Свечи горели тихо, пламя даже не колыхалось, словно тут и не было сквозняков, но я их

ощущала. В комнате находилось несколько девушек, они на скоро меня раздели, обмазали благовонными маслами, одели в полупрозрачное серебристое платье, расчесали волосы и обули в легкие полупрозрачные башмачки. На мгновение я подумала, что как Золушка и это всё сон. Сон во сне, и я его осознала. Говорят, хорошо, когда осознаешь, что ты спишь - только с этого момента можно управлять сновидением. Но этот мир грез был не мой и я оставалась на обочине.

Мне помогли спуститься по веренице коридоров в зал. На главной лестнице стоял он. Плащ был расшит серебряными, словно лунными, нитями. Но цвету и манере одежды он не изменил. Протянув мне руку, он спуститься и когда музыка прекратилась громким, как раскат грома, голосом он сказал:

– Эта девушка у меня в гостях и сегодня она королева этого бала. Селина - прошу любить и жаловать.

Я сделала что-то похожее на легкий реверанс и поклонилась стоящим в зале. Сотни глаз смотрели на меня. Мой кавалер протянул мне кубок, я выпила содержимое. Несмотря на гадкий вид, напиток оказался очень крепким и сладким. После этого «бокала», происходящее было слишком далеко. Позже уже я осознала, что была представлена каждому лично и уже станцевала не один танец. Дамы мне завидовали, кавалеры восхищались и искоса посматривали на моего провожатого в этом тонком мире.

Очнулась же я, когда танцевала с франтом в белоснежном мундире. Он меня кружил. Он видимо решил, что от духоты мне нехорошо, вывел меня в сад.

– Да мой брат время не теряет, - сказал он и представился.
– Людвик, я его двоюродный брат.

– Неужели и здесь есть родственные связи?

– Да. Но не всегда они хороши. Вот, к примеру, помните даму в красном платье с синими перьями в веере?

– Да, что-то припоминаю...

– Так вот, муж приходиться ей родным братом.

– Кошмар...

– Да нет, к этому мы уже привычны. А вот Вы - живой человек на балу неживущих.

– Что это значит?

– Мы живем в людских снах, питаемся их мыслями, желаниями, а вот мой братец умудрился и в вашем мире найти себе, так сказать, оболочку.

– Тогда почему он прячет свое лицо?

– Одни говорят, что он жутко безобразен, а другие - что слишком красив. Но точно не знает ни кто, даже я.

– А если я попрошу снять маску?

– На вряд ли, он согласиться. А вот и он.

Повисло молчание, и мой таинственный покровитель появился возле нас. Брат его откланялся и ушёл. Я все еще смотрела на луну, которая ни чем не отличалась от нашей, земной и реальной. Бархатная маска на мужчины лице отбивала холодный блеск луны.

Я молчала. Он молчал. За нашими спинами гремел бал. На мгновение мне хотелось развернуться, взять его за руку и протанцевать с ним всю ночь до утра, но я все же поддерживала свою репутацию робкой девушки. И всё же не выдержав молчания и спросила:

– Ты когда-нибудь снимаешь свою маску?

– Конечно, да. Когда я остаюсь совсем один в своей комнате.

– Почему ты ее носишь?

– Это не так важно.

– Твое лицо изуродовано?

Он молчал, даже отвернулся в сторону своего прекрасного замка и прислушивался к музыке, которая доноситься оттуда. Потом опять повернулся и сказал:

– Давай, пойдем - потанцуем. Ведь скоро рассвет.

 - Но обещай, что перед нашей последней встречей ты покажешь мне свое лицо.

– Хорошо, - но про себя он подумал, что лжет ей. Но судьба распорядиться так, что его слова станут правдой.

До утра они танцевали, развлекались, время бежало со скоростью света, и вот настал момент прощанья.

– Завтра ты опять мне приснишься и опять будешь в этой маске. Нет, она красивая, но она скрывает твое лицо.

– Это единственная возможность обезопасить других. В особенности тебя!