Седьмое солнце
Шрифт:
Роуз стояла, устремив взгляд на тонкую полоску заката, и думала о Генри. Ей хотелось верить, что он тоже сейчас наблюдает закат и их взгляды устремлены в одном направлении. Она скучала и надеялась, что Генри тоже вспоминает о ней. Их чувства только зародились и Роуз одолевали сомнения, что вдали друг от друга их возможно сохранить. За год могло произойти многое. Ей не хотелось думать о грустном, но закат был таким прекрасным, что невыносимо хотелось разделить его с Генри, а тоска оттого, что это невозможно, омрачала день, который стал одним из самых важных. Она попала в «SWORD», о чем еще можно было мечтать? Друг бы точно гордился ей.
Роуз так глубоко провалилась в мысли, что не услышала, как дверь из соседней комнаты открылась. Не услышала и осторожные шаги, пока тишину не разрезал до боли знакомый и ставший таким родным голос:
—
Мир будто разлетелся на тысячи мелких осколков. Сердце Кларк моментально провалилось в бездну. Несколько мгновений она стояла без движения, будто боялась пошевелиться и разрушить мираж. Она едва нашла силы, чтобы обернуться, ведь так ошибиться было бы слишком больно. В ушах шумело, ладони вспотели, а сердце билось так часто и сильно, что в какой-то момент Роуз испугалась, что оно пробьет грудную клетку. Это был он. Всего в паре метров от нее, держась за ручку балконной двери, стоял Генри Уотерс со взъерошенными мокрыми волосами босиком, в темно-синей футболке из тонкого хлопка и спортивных брюках того же цвета. Роуз теряла почву под ногами, ей казалось, что она вот-вот упадет в обморок. Она смотрела на Генри обезумевшим взглядом и не могла вымолвить ни слова. Уотерс тоже замер, глядя с осторожностью, словно давая подруге привыкнуть. Он как будто давал ей время прийти в себя. Кларк забыла как дышать и побледнела. Наконец, уверенным шагом парень приблизился и заключил ее в объятья. Кларк все еще пребывала в оцепенении.
— Генри… — прошептала Роуз, уткнувшись в его грудь.
Поначалу она не решалась посмотреть в глаза другу. Немного придя в себя, Роуз бережно коснулась его кожи, как будто он мог исчезнуть в любую секунду. Когда Кларк убедилась, что все происходит по-настоящему — Генри из плоти и крови стоит перед ней, она, наконец, подняла взгляд. Глаза друга сияли кристально-голубым. Ещё несколько мгновений, прежде чем заговорить, он нежно и с трепетом гладил плечи, спину, талию Роуз. Кларк крепче обняла парня и вновь уткнулась в его грудь. Ей сложно было поверить в реальность происходящего. Она чувствовала, что тело едва справляется с эмоциями, которые неожиданно обрушились в одно мгновение.
Генри рукой плавно проскользнул по ее спине, провел по шее, затем по волосам, запустил в них пальцы. Роуз замерла, уткнувшись в него, и боялась двигаться. Он нежно запрокинул ее голову, осторожно наклонился и замер, будто спрашивая разрешения. Их лица находились близко друг к другу и взгляды встретились. Роуз едва заметно кивнула и прикрыла веки. Только тогда он также осторожно прикоснулся к ее губам. Мурашки волной пробежали по всему телу. Она и мечтать не смела о том, чтобы они оказались рядом так скоро. От одного взгляда сердце замирало. От новой волны чувств Роуз с трудом соображала. Даже стоять, сохраняя равновесие, было сложно. Если бы он отпустил, она скорее всего бы просто упала. Кларк не могла перестать касаться его лица, волос, кожи. В какой-то момент она остановилась, но не потому, что хотела: ей было необходимо удостовериться, что это не сон. Кларк немного отстранилась, отклонившись назад, но не убирая рук от лица Уотерса, а затем вновь придвинулась ближе. Парень улыбался как никогда ясно.
— Это все правда? — шепотом спросила она. — Или я сплю, и сейчас все закончится?
— Не можем же мы видеть один и тот же сон, — ответил он, убирая прядь волос ей за ухо.
— Но как? Это ведь невозможно.
— Возможно и это правда. Я тоже не сразу поверил, когда узнал. С тех пор я только и ждал момента, когда ты уже, наконец, приедешь, и я смогу тебя обнять.
— Так ты знал? Но как такое возможно? Это же против правил? — Роуз начинала волноваться теперь уже по другому поводу.
— Не торопись, я обязательно все расскажу, но только когда насмотрюсь на тебя. Хотя это невозможно, — Генри, очевидно, не разделял волнения подруги.
В этот момент Роуз слегка дернулась. В сознании прокрался липкий страх. Внезапная эйфория отступила, и здравое мышление потихоньку возвращалось на место. Кларк вдруг подумала, что пара вела себя безрассудно и кто-то мог их увидеть. Это мгновенно вернуло с небес на землю. От захлестнувших эмоций она совсем позабыла о правилах, а когда вспомнила, то испугалась.
— Генри! Что, если кто-то увидит нас? — Роуз отпрянула, но друг крепко держал ее, обвив руки вокруг талии.
— Об этом можешь не беспокоиться, — Уотерс нежно гладил волосы подруги и продолжал улыбаться
как ни в чем не бывало. Его глаза блестели озорными огоньками и излучали свет. — Мы уже не в школе, здесь правила не действуют.— Но я же еще курсант «Blackhills», вдруг кто-то расскажет о нас?
— Поверь мне, переживать об этом не нужно, — он продолжал улыбаться, но Роуз все еще нервничала. Она недоверчиво смотрела на спокойного Генри и думала, что снова ведет себя нечестно и теперь уже не украдкой, а в открытую. Как отличницу и ярого перфекциониста, ее это угнетало. Генри уже окончил школу, а вот она нет. Он как будто прочитал ее мысли.
— Успокойся, ты не нарушаешь никакие правила. Ты сейчас вне стен школы.
— Но… — он не дал ей возразить и продолжил.
— Никаких «но», просто поверь мне. Неужто ты думаешь, что я сделал бы что-то, что навредит тебе? — Генри не всерьез нахмурил брови.
Роуз испугалась, что могла обидеть парня. Друг и вправду не сделал бы ничего, что негативно сказалось бы на ней. Она корила себя за то, что допустила такую мысль. Генри относился к Роуз слишком трепетно, чтобы доставить ей неприятности, тем более он знал, как подруга дорожит положением в «Blackhills» и как для нее важно не упасть в глазах директора Джонсона. Кларк не хотела, чтобы ее считали легкомысленной девчонкой, ведь она такой не была. Даже несмотря на привязанность к Генри, карьера и долг оставались приоритетом.
Генри наблюдал за Роуз с умилением. Эмоции постепенно менялись, все мысли были написаны на лице. Он прижал ее к себе.
— Я слишком хорошо успел тебя узнать, — с улыбкой произнес Уотерс.
Роуз не могла устоять перед его искренней чистой улыбкой и окончательно расслабилась, по-настоящему поверив в то, что не сделала ничего предосудительного. Она уже взрослая и может сама решать, как распоряжаться своей жизнью. Тем более, ее дальнейшая судьба теперь зависела только от нее. Школа уже дала ей все, что могла. И если Роуз потеряет шанс проявить себя, то выговор от директора станет самой меньшей из проблем. Она твердо решила, что больше не будет отрицать чувств к Генри и стараться отстраниться, но и голову терять не станет. Кроме как на себя ей было не на кого рассчитывать, а просто так всецело довериться человеку, которого она едва знала, хотя и была в него влюблена, было бы глупо. Роуз искренне относилась к Генри, но менять планы не собиралась. Ее целью было блестяще пройти стажировку и получить работу в SWORD. Она решила отбросить лишние мысли и терзания и просто жить.
Генри держал ее в объятьях, они были свободны, были вместе. Больше не было школьных правил. Роуз оказалась в самой престижной шпионской организации. Она не могла поверить своему счастью. Все изменилось, и это было прекрасно. Портить такой день заморочками было преступлением.
Генри взглянул на часы. Время пролетело незаметно и нужно было собираться. Роуз предстояла первая встреча с другими агентами.
— Тебя ждет вечер знакомств. Так что беги собирайся. Я зайду через пятнадцать минут, — голос Генри звучал размеренно и спокойно. Роуз нахмурила брови. Они только встретились и расставание, даже на такое короткое время, расстраивало. Парень провел большим пальцем по морщинке на лбу Кларк, как будто прочитав ее мысли, поцеловал кратко в губы и отпустил со словами:
— Через пятнадцать минут.
Роуз кивнула и побежала в комнату собираться. Она не привыкла выделяться и хотела выглядеть как можно более незаметно. Ошеломленная событиями дня, она влетела в ванную, оперлась на раковину и стала разглядывать отражение в зеркале. Щеки пылали румянцем, волосы растрепались, зрачки расширились. Роуз умылась холодной водой, намазала лицо кремом и немного припудрила раскрасневшиеся щёки, затем нанесла гигиеническую помаду и обвела губы карандашом нейтрального оттенка. Слегка поправила ресницы и брови — они от природы были густыми и потому не нуждались в дополнительных средствах. Роуз не любила макияж. Затем она расчесала и уложила на один бок волосы. Минуты три она в раздумьях простояла перед раскрытым чемоданом. Вещи разобрать времени не было. В конце концов, Кларк надела поверх майки безразмерную чёрную толстовку, спортивные штаны поменяла на узкие черные джинсы, открывающие щиколотки и уже на ходу надела кроссовки бежевого цвета. Вся одежда Кларк была в основном спортивной и исключительно нейтральных тонов — черный, серый, бежевый, белый. В дверь постучали и Роуз тут же открыла, потому что уже собралась сама идти за Генри.