Сделай, что должен
Шрифт:
Делегация ввалилась приличная, но не шумная, а очень даже застенчивая. Главный доктор мужчина и выводок девиц медичек. Такие все скромные и застенчивые, только глаза стреляют трёхдюймовым почти калибром. Иван ни ловеласом, ни мажором не был, но и свою невинность не сохранил, бани ведь проверку требуют, и заказы бывают не только от одних мужчин. В общем, было дело и не раз. Взгляд глаз заинтересованной женщины запомнить хватило. Теперь его таким взглядом расстреливала целая батарея девиц, одетых в белую униформу медперсонала текущего времени – накрахмаленные белые халаты и косынки с красным крестом. Зачем толпа медсестёр на одного больного?
– Так, что тут наш герой распугал своих подчиненных?
– Хыыы… Уууу… Ыыыиить!
– Хм.
– Ыгы… Ить!
Дальше начался наглядный урок, как надо и как не надо поить больного в подобных обстоятельствах. Полный дурдом! Кроме того, дикий кошмар… Все девицы, вслед за доктором елозят марлевым тампоном по губам, а организм Ивана взасос вытягивает из марли воду. Полный кошмар! И глаза у всего медицинского персонала такие знаете внимательные, хоть провались на месте, от чувства лабораторной мыши. Руками стакан с водой давно бы схватил и опростал, да руки к койке качественно прихвачены, впрочем, как и тело. Зафиксировали и изголяются над своей живой игрушкой доктора. Похоже, пополнение медиков готовят для фронта. И кому сейчас тяжелее в таком учении?
– Доктор! Умоляю! Воды! Дайте напиться!
– Ну, что вы так некрасиво нервничаете? Герой не имеет права впадать в истерику! Особенно на больничной койке! На вас все смотрят. Осознайте, что вы пример для других!
– Доктор, что вы мне рассказываете про вчера? Сегодня и сейчас я хочу напиться воды. Это не истерика, это жуткая жажда! У меня ведь не живот с дыркой, а голова! Пить воду это не мешает!
– Хм. В этом есть правильная мысль, но технически напоить вас из стакана практически затруднительно, больше выльем мимо.
– Доктор, неужели в вашем заведение таки нет ни одной чистой трубки, чтобы один конец в стакан, а второй мне в рот?
В больнице города, всё было как в Греции. Нашлась даже вполне чистая, подходящей длинны резиновая трубка. Хотя Греция в это время в этом времени под оккупацией и многого там уже нет, немцы позаимствовали. Шесть гранёных стаканов, по числу практикующих, всосались в Ивана практически со свистом, опорожнив стеклянный графин с водой для страждущих. После чего, доктор начал объяснять, что именно и почему было проделано с данным больным, получившем контузию и смещение шейных позвонков, вследствие удара прикладом по голове. Случай уникальный, поскольку кроме всего перечисленного, череп треснул по черепным швам. Как герой остался в живых огромная загадка!
Почему доктор рассказ тянул, словно кота за хвост, стало понятно вскоре. Организм решил, что излишки выпитого нужно слить, как того природа требовала. Осознав, что сейчас начнутся учебные экзерцизмы и манипуляции с уткой и лично с ним, Иван закатил глаза. От внимания доктора это не укрылось, поэтому наставник предложил практиканткам помочь герою с естественным для любого стационара предметом, медицинской уткой. Пунцовое лицо селезня на утке, это картина вполне достойная полотна импрессионистов в белом интерьере. Естество Ивана возбудилось и его пришлось пригибать, нежными женскими руками практиканток. Зараза доктор при этом подначил Ивана.
– Такой домкрат хотя и с виду мощный, но требует нежного обращения, попробуйте это прочувствовать. Главное его сейчас не сломать!
Микола притихший у двери, только лупал глазами. Он никак не мог приподнять нижнюю челюсть и закрыть рот. Очень уж действо было впечатляющим – один ефрейтор и шесть медичек. Для этого времени, практически сеанс порнушного кино без приобретения билета. Облом наступил, как победа пролетариата в деле начального построения социализма в одной отдельной стране мира.
– Товарищ, красноармеец, возьмите тряпку и вытрите слюну с пола! Здесь больница, а не очередь за пивом в жаркий день. Впрочем, вы пока могли бы и за дверью постоять.
Девицы от указаний наставника прыснули, а Микола, щёлкнув челюстью и забурев лицом, исчез за дверью. Напряжённость
исчезла и передав утку санитарке, вызванной из коридора, медички начали задавать Ивану вопросы. Получилось нечто напоминающее консилиум врачей у постели больного с неясным диагнозом. Лечебное дело оно такое, одна голова, это достаточно, но две и более лучше. Диагноз, не такое простое дело, как на первый взгляд видится. Действительно уникальный случай, который очень поучителен. Поэтому стоит записать его подробно в ученическую тетрадь. Учатся сейчас девчата правильно формулировать запись в истории болезни пациента. Потом каждая определит, чем больного лечить, лекарства, процедуры, оборудование, примерный объём ухода за больным и срок лечения. Рекомендации больному, после выписки из стационара. Это те самые, которые делятся на желательные и категорически запрещённые. Вот так!Вскоре Иван успокоился. Похоже, что гормоны и адреналин были задавлены и организм от дикого возбуждения перешел в другую сторону эмоций, вызвав полную апатию и равнодушие. Мозг просчитал некую комбинацию и пришел к выводу, что от Ивана лично сейчас ничего не зависит. Абсолютно! Так зачем дёргаться? Если абстрактно, то всё идёт правильно. Только время сейчас не абстрактное, а очень даже более чем конкретное и место событий более чем знаменитое. Семь дней войны и первая столица одной из республик СССР захвачена врагом! С первых дней войны населению было приказано сдать все радиоприёмники определённым государственным органам. Кто не сдал, тот враг! Поэтому все новости у населения только от радио, но и местные слухи никто не опровергает.
Миколу и Тимоху, по незнанию, такие мелочи не волновали, они просто решили дежурить у кровати командира. Только это дежурство было не вполне без причин. С одной стороны, они помогают в деле ухода за своим командиром, а с другой себе и дежурному ночному персоналу больницы. Персонал этот согласился провести ночь в обществе трёх молодых ребят и оказать им посильную помощь. Ребята в свою очередь организовали продукты для вечернего знакомства в ночном формате.
Всё прошло вполне пристойно. Никаких оргий и гулянок, а обычное тесное знакомство в узком кругу за рюмкой трофейного чая и содержимого консервированных трофейных продуктов. Отечественные продукты, бывшие на телеге, тоже заняли достойное место в застолье. Единственное неудобство, это необходимость одному из двоих Миколе или Тимохе дежурить в телеге, пока второй из них общался с местными медичками. Когда и как парни договаривались и решали вопрос кто и с кем будет дежурить у постели командира, а так же цену вопроса, Иван не знал, не вмешивался и не препятствовал. Однако и ему тоже перепало немного внимания и ласки, правда, только по – французски. Для прочего он из – за травм не годился.
Только мир не без добрых людей с зоркими глазами и слышащими ушами, поэтому на следующий день прибыли люди из НКВД и провели беседу с командиром отделения ефрейтором Ковалёвым. Хотя тот и был привязан к койке в самом прямом смысле. Служащие из известных всем органов госбезопасности в результате беседы узнали про боевой путь отделения ефрейтора Ковалёва и получили на руки документы убитых солдат Вермахта и бойцов РККА, которые предъявили бойцы Ивана. Потом ефрейтор поинтересовался про судьбу своих трёх мотоциклистов. Понятно, что это не люди из его отделения, но тем не менее, это он их послал на разведку, когда командовал отрядом.
Конечным итогом беседы стало уверение, что мотоциклисты живы и здоровы. За документы, люди из органов ефрейтора вполне тепло поблагодарили и выразили свою уверенность, что встретятся с Иваном Ивановичем после его полного выздоровления. Что касается вопроса об отряде командиров и красноармейцев, то люди из НКВД не задавали вопросов, а Иван сам тоже ничего не спрашивал. Впрочем, Иван точно знал, что вскоре в этом городе будут немцы. Слухи принесли весть, что немцы уже один раз появились у города. Похоже пока только разведка.