Сдавайся!
Шрифт:
— Начинаю обратный отсчет, — объявил голос. — Десять…
Обруч снова мигнул красным.
— Девять… — еще раз мигнул.
— Согласилась бы оказаться в полной власти каких-то вонючих обрыганов? — продолжала спрашивать Майя, не замедляя шаг.
— Восемь…
Катя смотрела на мигающий обруч и вспомнила, какой ужас был в глазах того парня, когда его обруч мигал красным и пищал.
— Семь…
— Д-да… — выдавила из себя Катя.
— Шесть…
— Если выбора нет, то да, — сказала Катя увереннее.
— Пять…
— Я бы полностью
— Четыре…
— Слушай… Жизнь важнее… — взволнованно лепетала она. — А если сдохнешь — всем будет похуй… Просто — насрать!
— Три…
— А пока ты жива — игра продолжается… Жестокая извращенная долбанутая игра… Но это не конец…
— Два…
Майя закрыла глаза, продолжая идти. Катя не знала, что еще сказать.
— Один…
Стало тихо. Даже ветер стих. Майя сжала зубы и зажмурилась. Пауза мучительно затягивалась.
— ЛАДНО!! — крикнула Майя. — Иду я, иду!!
***
Вдали показался перекресток, вокруг которого уже собралось больше десятка человек.
Катя вела велосипед рядом с Майей и с удивлением поглядывала на нее — насколько уверенно и даже величественно она держится, слегка приподняв подбородок.
В середине перекрестка Майю ждал Тимур, сложив руки на груди. На его лице была кривая улыбка, в которой чувствовалась серьезная угроза. Его обруч ритмично мигал калейдоскопом желтых цифр, среди которых была и ее цифра — "5".
Недалеко от кафе стояла нахмуренная Марго, рядом с ней Юля смущенно поправляла свою короткую юбочку. Телохранители в черных костюмах с галстуками тоже все еще были здесь, а Артур пытался выглядеть сурово, сдерживая глуповатую улыбку.
Фёдор и Степан вынесли из кафе скамейку.
— Сюда, — показал Тимур рядом с собой, и скамейку поставили в центр перекрестка.
На лице Майи мелькнуло удивление, и она невольно замедлила шаг.
— Ну и куда ты собралась, блять? — заговорил с ней Тимур.
Майя остановилась на краю перекрестка, очерченного пешеходными переходами, и окинула взглядом собравшихся. Толпа была уже достаточно большая.
— Бежать тебе все равно некуда, — сообщил Тимур. — Иди сюда. Ко мне.
Майя замялась в нерешительности, но все же шагнула вперед.
— Быстрее, блять! — поторопил ее Тимур.
Когда она приблизилась, он схватил ее за загривок, и Майя испуганно съежилась, поджав плечи.
— Непослушная сучка… — процедил сквозь зубы Тимур и силой наклонил ее, поставив на колени и перегнув через скамейку.
Охнув, Майя чуть не уткнулась лицом в асфальт, но успела опереться на ладони и локти. В такой неловкой позе с задранной вверх задницей, обтянутой красным платьем, от ее величественности не осталось и следа. Теперь было видно, что ее ступни — черные от пыли, а одна ступня измазана кровью.
Плавным движением Тимур достал из ножен катану. Вокруг раздались удивленные возгласы. Он подцепил длинный подол красного платья острым как бритва лезвием и снизу вверх разрезал ткань. Платье разошлось на две половины почти до середины
спины, обнажив голое бледное тело. Майя вся сжалась от стыда.— Ммм… Тоже без трусиков? — хмыкнул Тимур, глядя на ее обнаженную задницу. — Молодец…
Майя вздрогнула всем телом, когда холодное лезвие катаны прошлось вдоль позвоночника вниз, касаясь кожи, а потом еще ниже, между подрагивающих ягодиц, отбросив отблески на нежную кожу.
В этой неудобной позе голая задница Майи была прямо перед Тимуром. Азиатка немного согнулась, съежилась и сжала бедра. Клинок скользнул ниже по внутренней части бедра и надавил, вынуждая Майю слегка раздвинуть ноги. Стала видна белая ниточка тампона, свисающая из вагины.
Тимур хмыкнул, убрал катану в ножны и положил на асфальт. Потом он вытащил из-за пояса вакидзаши и положил рядом. Затем он распрямился и стал расстегивать ремень на своих брюках.
Катя с напряжением смотрела на Тимура и не могла поверить — неужели он собирается трахнуть ее тут при всех? Но у нее же месячные!
Расстегнув ремень, Тимур вытянул его из брюк и сложил пополам, а потом резко щелкнул им — получилось громко как выстрел. Майя вздрогнула, как будто ее ударили. Теперь Катя с ужасом смотрела на ее обнаженную попу, которая была совершенно беззащитна перед ремнем Тимура.
— Я тебе разрешал куда-нибудь уходить? — спросил Тимур угрожающим голосом.
Майя ничего не ответила, склонив голову к асфальту.
— Я тебя спрашиваю, Пятая! — повысил голос Тимур. — Я разрешал тебе уходить, блять?!
— Н-нет… — сдавленно отозвалась Майя.
И тут же сильный хлесткий удар по нежной плоти с размаха!
— Аааай! Сссссссс… — зашипела Майя, а ее ягодицы судорожно сжались от жгучей боли.
Тимур улыбнулся, крутанув ремнем. Жжение от удара не утихало, и Майя стала беспокойно елозить. И тут же со свистом прилетел следующий сильный удар!
— Аааааааай! — закричала Майя и стиснула зубы.
Ее обруч издал писк и мигнул синим.
— Тим! — воскликнул Степан взволнованно.
Тимур остановился, прислушался и неспеша обошел свою рабыню спереди. Он кроссовком приподнял ее подбородок и посмотрел на обруч. Лампочка больше не мигала. Майя подняла на Тимура смущенный взгляд.
Зрители негромко шептались, но никто ничего не говорил вслух.
— Интересно… — произнес Тимур. — А какая у этой штуки граница боли?
Он обошел Майю по кругу, вернувшись к ее заднице. На нежной коже уже проступили две красные полоски.
— Твой номер — пять, — сказал Тимур. — Ты одна из моих личных сучек! Куда ты собралась, блять?!
С этими словами он замахнулся и со злостью нанес сильный удар, а потом еще один с другой стороны. А потом еще! От каждого удара ягодицы вздрагивали и тряслись как холодец.
Майя тихонечко заскулила, пытаясь сдержать крик. Ее нога подогнулась, а пятка, черная от пыли, приподнялась, подрагивая. Обруч снова пискнул несколько раз. Тимур придержал руку. Писк прекратился.
— Ты уверен? — спросил Степан нервно.