Сбросить маски
Шрифт:
— Леди, чем я могу вам помочь? — в комнату вошла Алана.
— Я сама справлюсь, — чуть резче чем нужно, ответила я.
— Леди… — она замолчала, что заставило меня повернуться и посмотреть на женщину. Она стояла с низко опущенной головой, — Я хотел извиниться перед вами.
— За что? — нет, я, конечно, знала, что она от меня не в восторге, но Алана ничего не сделала такого, за что ей следовало бы извиняться.
— Я не верно сделала о вас предположение, — сказав это, она еще сильнее наклонила голову и сейчас ее взору могла предстать только ее же юбка.
— И? — закончив расчесывать
— И я рассказала служанкам, что у вас много подарков от Его Величества, — совсем тихо проговорила она.
— Та-ак, — я прошла и присела на кровать. Вот, что теперь мне делать? Ведь сплетни не искоренить уже. Ага. А танец с королем на балу только подлил масла в огонь. Да…
— Какое наказание вы мне вынесите? — я ошарашенно посмотрела на нее.
— Смысл? — ладонями потерев глаза, продолжила:- Так, давай договоримся, ты не распускаешь сплетни обо мне и можешь даже не прислуживать мне. Я и сама справлюсь. А я в свою очередь буду молчать об этом инциденте.
— Но…
— Что но? — грубо спросила я, — Ты хочешь, чтобы тебя высекли? Нет? Тогда делаем, так, как я сказала.
Я быстро встала и отправилась в ванну, нужно было умыться холодной водой. Что же за утро такое? Почему люди такие? А может это я не такая? Плеснув несколько раз себе в лицо, успокоила полыхающие щеки и вернулась. Алана вышла из гардеробной, неся в руках свободное синее платье.
— Госпожа, я хочу продолжить помогать вам, — упрямо сказала она.
— Алана, тебе сейчас есть кому помогать, — подметила я.
— Я справлюсь, госпожа.
— Хорошо, — махнула рукой на нее. Смысл терять время и спорить? Ей вряд ли я докажу, что она не права, а вот с графом поговорю о ней.
Я быстро собралась и вышла в гостиную. Мужчины сидели на своих местах. Король и седовласый советник занимали два кресла, граф и Форедью — диван, а еще один, который был на вид лет сорока стоял возле окна. В памяти всплыл предыдущий инцидент, из-за чего щеки опять порозовели.
— Добрый день, леди Ариадна, — скрипучем голосом поздоровался седовласый. Не успела ответить, как король вместе с Форедью поднялись. Эринер кивком головы приказал своему советнику сесть на место и прошел ко мне.
— Как ты себя чувствуешь? — он взял мою руку и поцеловал пальчики.
— Чудесно, Ваше Величество, — безэмоционально ответила ему. Просто произошедшие на моих глазах привело меня в шок.
Он провел меня к свободному креслу и усадил в него. Та-ак. И что это значит?
— Ари, — обратился ко мне граф, — Что ты можешь рассказать о похитителях?
— Ничего, — я пожала плечами, — Я никого не видела. Как только карета остановилась меня сразу усыпили порошком, а когда я очнулась меня освободили.
— Тебе не показалось странным поведение ден-мина Каридра, — продолжил Ридвиг.
— Нет, — честно призналась я, — Кстати, как он? Может, я могу ему помочь?
— Нет, — твердо, даже как-то властно и громко сказал король.
Я вопросительно на него посмотрела. Эринер остался стоять возле меня, поэтому мне пришлось немного запрокинуть голову.
— Ты больше никого не будешь лечить, — тем же тоном продолжил он. Невольно немного прищурила глаза, подозреваю, что они
даже зло сверкнули. Монарх не обращая на это внимания, властно добавил: — Оставьте нас.— Ваше Величество, — немного зло начала я, когда все вышли, — Вам не кажется, что это уже переходит все рамки.
— Что именно? — его голос изменился до неузнаваемости, он стал мягки и словно обволакивал, заставляя успокоиться.
— Я в состоянии сама решить, что буду делать дальше, а что нет, — сдаваться я не собиралась, — Ваше Величество.
— Верю, — он присел передо мной на корточки и взял в плен своих рук мои ладони, — Ты понимаешь, что вчера произошло?
— Ваше внушение не подействовало, — нехотя ответила я и постаралась забрать руки. Только кто же мне это позволит? И стоило мне перестать сопротивляться, он начал поглаживать запястья.
— Нет, хорошая моя, — я дернулась от такого обращения, но он проигнорировав это, продолжил: — Моя магия была нейтрализована в тебе. Твой организм начал воспринимать ее, как свою.
— Но у вас же получилось усыпить меня.
— Только потому что твое сознание итак уплывало, я просто его немного подтолкнул. Поэтому я тебе запрещаю кого-то лечить. Хватит, ты итак сделала уже больше чем то, на что мы могли надеяться.
— Ваше Величество, но не я решаю, когда может понадобиться моя помощь, — уверенно проговорила я, — Или вы готовы меня отпустить?
— У нас договор, графиня, — холодно сказал он, но мои руки аккуратно уложил ко мне на колени, и встал, — И пока он не закончится, я вас не отпущу.
— Ваше Величество, как я смогу остаться с графом если мы нашли Лару? — саркастически спросила я.
— Пока, никто не узнает о том, что она жива. Во дворце уже всем известно, что тебя вчера похитили и под предлогом того, что тебе нужно сменить обстановку, сегодня вечером ты вмести с Ларой уедешь в замок Халенгвот, — он присел на диван напротив меня.
Я задумалась, уехать хотелось даже очень. Раз лечить мне запретили, то еще чем-то помочь я не могу.
— Ваше Величество, — я опустила голос до шепота, — Зачем они мучили Лару?
— Эринер, — я в знак вопроса приподняла брови, — Назови меня Эринер и я отвечу тебе.
— Ваше Величество? — он заломил одну бровь, — Хорошо, Эринер.
— Понимаешь Ариадна, — мое имя он немного выделил интонацией. Наверное, хотел показать, что мы перешли на дружеское общение по именам, — Они хотели воспользоваться ею, если вдруг не получиться убить Ридвига. Ты же знаешь, что они готовили переворот и вот, чтобы Рид им не мешал они бы начали шантажировать его женой. Только мы их планы испортили, уничтожением гнилой верхушки. Наверное, поэтому, графу еще не сообщили о том, что Лара жива.
— Почему вы не искали ее?
— Мы пытались найти ее магическим путем, но все указывало на то, что ее нет в живых. То есть маячок никак не проявлялся.
— Она была спрятана в антимагическом месте? — он кивнул мне, — А как тогда ты нашел меня?
Ответом мне была лукавая улыбка и молчание монарха.
— Над ней сильно издевались? — пришла очередь Эринера задавать вопросы.
— Сильно, — подтвердила я.
— Насколько? — от улыбки больше не осталось и следа, и вообще показалось, что он помрачнел.