Санктум
Шрифт:
– Белла… - его голос был полон отчаяния… и жажды.
– Пожалуйста… - повторяла я, спеша раздеться полностью, чтобы не дать ему возможность опомниться. Его лицо отражало мучительный выбор: страсть смешивалась в нем с сомнением… и страхом. Но, кажется, это слово действовало на него, как надо, подталкивая к нужному решению: - Пожалуйста!
Я никогда не чувствовала себя такой смелой и уверенной – нет, неправильно, снова отчаянной, - когда в новом порыве наклонилась, целуя его приоткрытые твердые губы. Я прижалась всем телом, стремясь к более тесному контакту, ощущая близость цели,
Я не вполне отдавала себе отчет в том, что делаю. Я всегда жила для других – сначала для Рене, потом для Чарли. Потом позволяла мужчинам любить себя, чтобы сделать их счастливыми.
Возможно, пришла пора мне подумать немного о себе. Если это последний раз, когда мы видимся с Эдвардом, я хотела получить от этого мгновения как можно больше. Я хотела Эдварда. Впервые я хотела кого-то настолько сильно, что не могла устоять перед искушением протянуть руку и взять это. И неважно, какие причины нас разделяют.
– Остановись, - просил он вымученно, а его руки выдавали противоречие: они не отталкивали и не выпускали меня. И я не остановилась. Я была безжалостной и непреклонной. Такой же, как он, собирающийся оставить меня.
– Почему? – я лишь на мгновение замерла, глядя в его глаза, которые были абсолютно черными… и затуманенными страстью. Пугающими… но привлекательными.
Я должна была спросить. В конце концов, я не хотела быть растлительницей малолетнего… или насильницей… или, может, его религиозные убеждения не позволяли ему делать что-то… Не факт, что это бы меня остановило… но я должна была знать причину его отказа мне.
– Это… опасно… - он выдавил это сквозь тяжелое дыхание, и его взгляд был таким жадным, что меня пробрала дрожь, волной прокатившись по телу. И его руки больше даже не пытались меня оттолкнуть, хотя было заметно, как он боролся с этим. Боролся с самим собой. – Опасно, Белла…
– Как раз то, что надо, – пробормотала я, мои слезы сменились улыбкой, ведь я видела и чувствовала, как сильно Эдвард хочет меня в ответ.
Моя рука снова двинулась вниз, помогая нашим телам соединиться, и Эдвард зарычал так натурально, что впору было бы испугаться, если бы я не была так увлечена. Его глаза расширились, а когда он оказался внутри меня полностью, его руки легли на мои бедра, сжимая до боли, будто теперь он боялся, что я убегу. Лицо выражало потрясение и ярость одновременно. Он задыхался, глядя, как я плавно поднимаюсь и опускаюсь на нем. Его глаза встретились с моими, и в его взгляде я прочла восхищение… и желание… и боль… Его рот открылся, а руки стали помогать мне… сильно. И я закричала, приближаясь к пику наслаждения… и услышала, как он достиг его вместе со мной… громко… страстно… неистово…
Я не могла дышать. Я открыла глаза и обнаружила, что Эдвард откинулся назад, проломив плечами часть скального монолита. Повсюду было разбросано крошево камня. Я бы удивилась этому, если бы не адская боль, пронизывающая мои ноги. Напряженная, я медленно опустила глаза, пытаясь не закричать. Это были всего лишь пальцы Эдварда, больно впившиеся в мою кожу, все еще прижимавшие наши тела друг к другу. Едва дыша, я погладила его по рукам. Он открыл дикие глаза, сглотнул и испуганно разжал пальцы. Он все еще выглядел потрясенным, и жгучая вина окутала меня, заставив покраснеть. Я практически изнасиловала его!
Но вина была не настолько сильна, как
должна была быть. Не настолько сильна, чтобы извиняться. Нет, далеко не настолько. Гораздо больше во мне было ликования.– Что ты наделала, - прошептал Эдвард, садясь и в страхе глядя на меня. Камушки скатились с его лица и плеч, и он отмахнулся от них одним движением руки. За его спиной в скале остался отчетливый отпечаток его плеч.
Глаза Эдварда исследовали мое тело так, словно он искал там проказу. Он ненадолго задержался взглядом на моем левом бедре, и пальцы осторожно погладили там. Я ахнула, было больно. И глаза Эдварда расширились еще сильнее, наполняясь ужасом.
– Прости… - пробормотал он паническим голосом, теперь его пальцы исследовали мою талию, ребра – как при врачебном осмотре, не меньше. Я едва не рассмеялась над его искренним беспокойством, которому не было оснований, но вовремя сдержала смех, чтобы не обижать его. Он был по-настоящему напуган.
– Все в порядке, – успокоила я. Синяки или ссадины меня не волновали. Гораздо сильнее пугало осознание, что он сейчас пожалеет о том, что мы сделали… и скажет это вслух. Или – еще хуже – скажет, что ему это не понравилось.
Наконец, он выдохнул… с заметным облегчением.
– Это было… - он втянул носом воздух, снова поднимая на меня потрясенные глаза, в которых вновь засветилось восхищение. – Это было… - он покачал головой в растерянности, - ох, ну что тут скажешь… волшебно.
– Правда? – помимо воли на моем лице расцвела улыбка.
– Да… - теперь он сам потянулся ко мне, и мы снова поцеловались, на этот раз медленно и осторожно. Обе его ладони скользнули по моим скулам – так нежно, что я снова застонала, чувствуя нарастающее желание внутри. Эдвард выдохнул, и я ощутила, как он напрягся.
Он разорвал поцелуй и медленно опустил голову мне на плечо. Его руки прижали меня за талию – нежно и аккуратно, но сильно. Мое сердце сжалось, готовое разорваться на кусочки, а слезы вновь подкатили к глазам. Я знала, что он сейчас скажет. Я же не была дурой.
– Это ничего не меняет, - прошептал он, и я сглотнула, стараясь не разрыдаться вслух.
– Не уходи! – безнадежно произнесла я дрожащим голосом.
– Не уйду, – пообещал он, но почему-то во мне не проснулась надежда.
– Пожалуйста… - взмолилась я, пробуя новое оружие, которое так хорошо сработало всего несколько минут назад… но чувствуя, что на этот раз оно ничего не изменит.
– Я всегда буду рядом, - прошептал он, и его пальцы не переставая перебирали мои волосы.
– Клянусь, я никогда не покину тебя. До конца твоей жизни буду рядом с тобой.
– Но это будет не так, как сейчас, - все-таки заплакала я, не в силах остановить себя. Я цеплялась за него. – Не так, чтобы я могла прикоснуться к тебе. Видеть тебя…
– Нет, не так, - согласился он, покачивая головой, и я разрыдалась еще сильнее.
– Не уходи! – умоляла я, как безумная. Мне казалось, что вся моя жизнь рушится сейчас.
– Пожалуйста, не плачь, - просил он, вторя мне с мучением в голосе. – Все будет хорошо, Белла. Ты еще такая молодая. Такая красивая! Ты встретишь того, кто сделает тебя счастливой.
– Я тебя хочу, - не соглашалась я, упрямо качая головой. – Тебя.