Санктум
Шрифт:
Наше предположение о выходе в океан строилось на том, что дождевая вода, скапливающаяся в пещере Аса Ала после проливных тропических дождей, не задерживалась в ней. Уровень воды оставался неизменным – а это означало, что вода находит выход в океан. Где-то.
А также вода в пещерах была солоноватой, и это абсолютно точно означало, что проход где-то соединяется с океаном, позволяя морской и дождевой воде перемешиваться.
– Если это так, - с сожалением произнес Майк в мои наушники, - то мы, увы, ничего не сможем поделать. Не будем же мы расширять трещину силовым путем?
– Конечно, нет, Майк, - сердито осадил Росс, потому что услышал, как и я, в голосе парня надежду именно на такой исход, и ему это не понравилось. – Посмотри, сколько трещин в своде и на стенах. Если здесь рванет, может посыпаться все основание. Пещеру завалит. Мы не можем так рисковать.
– К тому же, - добавила я, поддерживая Росса, - совершенно незачем портить природную красоту этого места. Если пещера не желает уступить нам свои тайны, значит, нам придется принять это.
Я слышала, как Майк то ли вздохнул, то ли зарычал.
– Мы не можем уехать, не дойдя до конца, - досадовал Майк, когда мы с Россом вернулись на поверхность. – Я хочу этот чертов выход! Зачем мы ехали сюда, если не достигли никакой цели?
– Успокойся, Майк, - просила его Джессика. – У нас еще неделя впереди!
– Неделя! – скорчил рожицу он. – Этого слишком мало!
– Я тебя еще больше огорчу, - сообщил ему Росс, снимая мокрый гидрокостюм, чтобы переодеться в сухую одежду. – Вчера передали с поверхности, что надвигается тропический ураган. Если это так, то нам придется свернуть экспедицию раньше, чем мы планировали.
– Ой, нет-нет-нет! – Майк вскочил с места, преследуя Росса, направлявшегося к палатке. Майк кипел от негодования. – Мы не можем сделать этого! Мы еще не закончили здесь!
– Если останемся, нас затопит, - Росс был непреклонен.
– Нас не может затопить! – вскричал Майк, хмуря брови. – Сам же говорил – вода уходит куда-то! Ну прольется небольшой дождик, нам-то что!
Росс остановился, взглянув на Майка исподлобья, и заговорил с ним как с ребенком детского сада:
– Ты не очень-то понимаешь, что такое тропический шторм, как я погляжу. Если пойдет дождь, эта пещера окажется под водой раньше, чем ты можешь себе представить! В считанные часы! Вода уйдет, да… но лишь через пару дней… оставив здесь плавать твой хладный труп.
Майк открыл рот, чтобы что-то возразить… но, по всей видимости, не нашелся, что сказать.
Мы с Джессикой переглянулись. Нам тоже не хотелось уезжать раньше срока, и мы бы с удовольствием остались тут… но Росс был нашим боссом в этом месте. Он знал о спелеологии больше нас, вместе взятых. Он командовал,
несмотря на то, что деньги на экспедицию выделил Майк.– Но… Росс! Мы же практически у цели! Я тебя уверяю, еще пара погружений, и мы найдем его! – Майк попытался снова.
– Не верится что-то, - с сомнением покачал головой Росс, ныряя в палатку и задергивая вход. Послышалось шуршание одежды.
Я решительно встала, когда взгляд Джесс стал умоляющим.
– Успокойся, Майк, - попросила я. – Никто еще никуда не уходит. Мы можем подождать, когда сведения о шторме станут точными. Если что, уйдем в последний момент.
Майк растерянно смотрел на меня.
– Нужно собрать все заранее, - раздался голос Росса из палатки. – Если бросим оборудование здесь, оно пропадет. Зальет водой, и мы не успеем спуститься за ним перед отъездом.
– Да черт с ним, с оборудованием! – вскричал Майк раздраженно. – Меня оно не волнует! Важнее другое!
– Как скажешь, Майк, - Росс вышел из палатки, переодетый в обычную рубашку с коротким рукавом и потрепанные джинсы. – Если ты так ставишь вопрос, то мне плевать. Сидим до последнего.
– Да! – лицо Майка сразу же повеселело.
И мы снова погружались. И снова. И снова.
Затрудняло то, что баллоны приходилось доставлять с поверхности, а это занимало время. В ожидании глубоководных смесей мы обследовали небольшие боковые ходы. Погружение не более чем на десять метров на обычном кислороде – чистая ерунда.
Сообщения о шторме не поступали. Джастин и Хэнк на пальцах и ломаном английском объяснили нам, что в запасе у нас есть еще два-три дня, и мы радовались каждому отвоеванному часу, словно дети. Нам не хотелось уезжать.
Это случилось, когда Майк и Джессика были под водой. Они уже достигли самого дна, снова обследуя последнюю полость, волнующую нас больше всего, когда ожил динамик возле палатки.
– Я посмотрю, - предложила я, оставив Росса перед компьютером. Камера передавала картинку на монитор, и мы могли видеть, как плывут Джессика и Майк, сами находясь здесь, наверху. Точно так же через компьютер Росс управлял ребризером.
– Да? – спросила я, нажав на кнопку. Связь была односторонняя.
Крики на непонятном языке перекрывались странным шумом, который я не могла расшифровать. Что это за помехи?
– Что случилось? – кажется, я узнала голос Джастина, но никак не могла взять в толк, о чем он кричит. Не было ни единого членораздельного слова.
Росс покосился на меня настороженно, но снова вперился в экран, чтобы не упустить ребризер.