Чтение онлайн

– - С этой страной еще может произойти все, что угодно, - пожала плечами Роза.
– Если ты сам больше не будешь жечь города, то тот же самый Шарло из подлости как-нибудь ночью обольет керосином и подпалит все твои блистающие идеальной архитектурой кварталы. У него нет огненного дыхание, зато он хитер на выдумку.

– - Даже если он такое задумает, я ему не позволю, - решительно заявил я.

– - На всякий случай всегда надо иметь запасной вариант, - Винсент извлек откуда-то, казалось, прямо из воздуха сложенный вчетверо листок бумаги.
– Написано рукой некой Шантель. Я так понимаю, эта женщина, доверенная Одиль. С одной стороны новость не слишком приятная, Эдвин, твоя бывшая знакомая прознала о том,

что ты наследник Виньены и требует, чтобы ты оплатил из казны короля расходы на гувернанток и учителей, которые обучали Розу. Список всего, что нужно оплатить прилагается, включая и расходы на войну, - Винсент помахал исписанным мелким почерком клочком бумаги.
– Но с другой стороны, замечательно то, что ее величество признала тебя своим зятем, это значит, что ты можешь претендовать на наследство Розы, то есть на престол.

От подобных наглых заявлений я разозлился еще больше, чем от притязаний Одиль. Кулаки непроизвольно сжались, чтобы ударить Винсента, но вместо этого я только выхватил письмо.

– - Адресовано мне!
– я обнаружил свое имя и упоминание о том, что я снова принц на оборотной стороне конверта.
– Почему же ты скрывал это от меня?

– - Я не скрывал, просто забыл, да и не хотелось тебя лишний раз беспокоить, когда ты занят или устал, то бываешь очень злым, - Винсент обернулся к Розе и деловым тоном спросил: - Вы ведь единственный ребенок в семье.

– - Да, я единственная дочь, - Роза с полуслова поняла его и добавила.
– Кроме меня наследников нет.

– - Здесь не написано, что меня признали зятем, - я внимательно изучил письмо.
– Меня здесь не называют ни племенником, ни кумом, ни сватом. Я им никто. Письмо чисто официальное, даже прозвище "дракон" здесь не упомянуто.

– - Но ведь от тебя требуют покрыть все деньги, истраченные на принцессу, включая стоимость каждой шпильки. Разве это не значит, что ты признан лицом ответственным за единственную наследницу?

Я бросил быстрый взгляд на список долгов. И правда, все учтено, оплата каждого преподавателя, компаньонки, не слишком шикарного гардероба, принадлежностей для вышивания, музицирования, верховой езды и нескольких драгоценностей. В общем, все начиная от колыбели и кончая последним ужином при дворе. Шантель не мелочилось бы до такой степени, если б ей не пообещали проценты с тех налогов, которые удастся собрать с наследника престола и плевать на то, что этот наследник на самом деле демон. Я хорошо изучил Одиль и знал, что ей все равно, откуда и каким способом добыты сокровища, лишь бы только они достались ей и никому другому. Про себя я решил, что Одиль та женщина, которая для материнства ни в коем случае не предназначена, но вслух этого, естественно, не сказал, опасаясь нарваться на возражения. Такая полная и очаровательная безответственность во всем была присуща только Одиль. Никакой заботы о ребенке. Письмо написано в таком тоне, будто Роза моя бедная родственница, которую я отдал на воспитание при дворе и забыл за это уплатить.

– - Ты ведь не отдашь ей ничего из наших сокровищ?
– жалобно пискнула Роза за моей спиной.

– - Конечно, нет, - утешил я ее, но, подумав, добавил, - разреши мне только заплатить твоим учителям, ведь благодаря им ты так чудесно играешь и поешь. Думаю, Одиль не слишком щедро их вознаграждала.

– - Они очень боялись ее и рады были работать только за спасибо, лишь бы только сохранить голову на плечах. А иногда даже благодарностей было не слышно.

– - Вот и надо бы их отблагодарить.

– - За что?
– возмутилась Роза.
– Ведь все свое недовольство жизнью они вечно выплескивали на обучаемую, то есть на меня. Тебе бы самому не понравилось, если бы тебя посадили за пяльцы или спинет, и чуть ли не били по пальцам, чтобы ты ровно клал стежки или правильно играл по нотам.

Мне это никогда

и не грозило. Я учился ратному искусству не потому что меня заставляли, стоило мне только заявить, что рыцарство не моя стезя и ристалище бы с удовольствием заменили охотами и балами, но слишком сильным во мне было стремление сражаться лучше других. Я бы тогда со старанием обучался и грамоте, если бы это не было запрещено. Как умно был продуман запрет, если я не умею читать, то попадись мне в руки колдовская книга, и она останется для меня непонятной и безвредной, однако, судьба рассудила иначе.

Роза обхватила меня тонкой рукой за талию и всячески пыталась выманить письмо.

– - Не обращай внимания на этот бред, Эдвин, - стала просить она.
– Они же завидуют тому, что ты до сих пор меня не убил, а окажись любая из них на моем месте, то давно бы уже гнила на дне колодца.

А знай они, что Винсент живет с нами и о том, что Роза уже практикует магию, то удивились бы, как мы до сих пор не поубивали друг друга из-за моих сокровищ и прочих соблазнов.

– - А как же вознаграждение учителям?
– осторожно спросил я.

– - Посадим их по разным карцерам, это достаточное вознаграждение за то, что они мучили девочку с малолетства, - Винсент извлек откуда-то и начал пересчитывать все те же тяжелые железные ключи.

– - Правильно, - Роза даже захлопала в ладоши от радости, так ей понравилась эта идея.

– - У нас есть равелин с прочными замками и для Шантель, если она заявится на переговоры, - Винсент отстегнул от связки и положил себе в карман чуть тронутый ржавчиной ключ с овальной головкой.

При подсчете выяснилось, что все суммы, затраченные на Розу, составляют не больше десяти тысяч червонцев. Обычно на принцесс даже самого захудалого княжества тратят гораздо больше. Похоже, бедняжку держали в черном теле.

Перечень расходов на экипировку, еду и фураж для армии был гораздо длиннее. Одиль учла каждую пушку, каждый подвоз провизии, каждое ружье и шинель. Конечно, для меня оплатить все это из своего кармана было мелочью, но не хотелось показаться слабовольным, готовым вновь потакать любым капризам бывшей княжны.

– - Шантель будет ждать нас на лесной тропинке возле самых границ, - задумчиво произнес я и спросил, - мы впустим ее на территорию империи.

– - Ни в коем случае, - встрепенулась Роза, заглянула в список через мое плечо и только изумилась.
– Подумать только, мама подсчитала каждого убитого на поле боя, а ведь раньше ее никто из погибших и раненых нисколько не волновал. Точнее, смерти не беспокоили ее до тех пор, пока армия оставалась мощной, но с тех пор, как на поле боя появился ты...

Роза мечтательно прикрыла веки, словно представляя обескураженное выражение на чудесном нестареющем лице Одиль.

– - Мы сами пойдем ей навстречу, - заявила Роза, подхватывая отороченную соболем накидку и вельветовые перчатки с опушкой из меха белой лисы.

– - Я велю подать сани, - вызвался Винсент.

– - Никаких саней, - тут же возразила Роза.
– Мы пойдем пешком. Я кое-что придумала.

Сама она преодолела лесную дорожку до границ бегом, а Винсент, тащившейся сзади, не спешил и боязливо оглядывался по сторонам, опасаясь как бы мои веселые подданные не стали снова манить его к болоту.

Я первым заметил Шантель. Элегантную даму в зеленом вечернем платье, кутавшуюся в теплое манто. На такой стуже нужна была, по крайней мере, пелерина, а не выходной наряд и тем не менее я не мог не отметить, что зелень муара очень выгодно сочетается с рыжими, уложенными в плетенку кудрями. Несколько прядей выбивались на бледный лоб. Шантель тревожно озиралась по сторонам, каждый бельчонок, лазавший по стволу, тут же привлекал ее внимание и вызывал опасения. Ей не хотелось долго оставаться на опасной территории, но жадность не позволяла уйти.