Рианнон
Шрифт:
Дверь среагировала на него открытием — его ждали? Или, просто, входи кто угодно?
Однако же, хозяйки не было.
Кейрис задействовал следилку: Мерисцента… так… похоже, направляется домой. С пятой площадки. Скоро будет здесь. Ладно, ждём… И — да, всё-таки…
Зайдя с терминала, глянул настройки допуска в дом: никакого «открыто всем»: инспектор Кейрис был эксклюзивно допущен ко входу — вкупе с тройкой незнакомых девчонок. Занимательно…
С пшикающим выдохом у коттеджа лёг глайдер.
Кейрис направился к порогу; щёлкнула дверная мембрана…
— Твой дом впустил меня
За Мерисцентой — с ходу явившей бледную озабоченность лика — вслед входил красавец-мужчина, выше на голову, в однотипном с ней серо-жёлтом глухом комбезе.
— Это Найфред… — исчезающим шёпотом представила спутника Мерисцента. Спрятала взгляд в отстёгивание рифлёных ботинок — и, не подняв его, встав в адгезы, поспешила утечь в свою спальню.
— Найфред, — подтвердил Найфред.
— Инспектор Кейрис, — поддержал парад очевидностей Кейрис.
— Я понял, — сообщил несомненное Найфред. — Рад знакомству.
— Взаимно, — соврал Кейрис.
Найфреду он был не рад.
«Вот каков, значит… Вездесущий милашка Найфред! Выходит, и здесь отметился…»
Что говорить — Найфред был хорош.
Ростом чуть выше Кейра, заметно шире в плечах и мощней — при атлетически идеальном телосложении. Эффект усугубляла особая гордая стать, клиническая невозмутимость в каждом жесте и слове.
Не обращая никакого внимания на наэлектризованность атмосферы, гость подобрал с пола и закинул в ресинтез рифлёные жёлто-чёрные Мерисцентины ботинки (схожие были на нём) — Кейрис заметил, что подошвы у них чем-то (или кем-то?) разъедены… Поводил властными пальцами по контролям. Достал пакетик с белыми гранулами, кинул вслед в зев синта.
Вернулась Мерисцента, переодетая в домашнее — игнорируя её тяжёлый взгляд, потыкал что-то вскользь в блоке регенерации; наконец величественно выпрямился, отсалютовал небрежной рукой — и, не прощаясь, с непоколебимой важностью убыл наружу.
Кейр донёс своё понимание ситуации:
— Ну что ж, пожалуй, я тоже пойду, извини за вторжение.
— Нет! Не надо уходить! — внезапно резко отреагировала Мерисцента.
Кейрис остановился…
Из синтюха выползли ресинтезированные ботинки; с совершенно искренним любопытством инспектор взялся их рассмотреть:
— Ого… Да, дровами такие шмотки не протопишь. Кальций, магний, сера, фтор… Мне тоже понадобятся керамитовые подошвы, если я поеду смотреть на жовоедов?
Мерисцента вяло кивнула. Прошла до кресел, развернулась. Остановилась. Подняла голову. И с неожиданной для себя решимостью заявила:
— Я ничем с ним не занимаюсь.
— Что-что? С кем?
— С Найфредом. У нас совершенно нет никаких отношений! Вы у него спросите, он скажет. Просто работаем вместе — иногда — он учит… Практика.
Требовательно и хмуро посмотрела на Кейриса — ожидая реакции. Воистину, усталость придавала ей решительности. Как будто не было сил смущаться и робеть.
Кейр улыбнулся.
— Я должен был сказать, что нет проблем, отношения с Найфредом — ваше личное дело, и тому подобное… Но скажу совершенно другое. Ты действительно хочешь уехать — я знаю. Так что — ну его, Найфреда, ты права. Если, конечно, он не собирается тебя забрать…
— Нет. Ему здесь нравится.
— Ну,
значит, всё правильно делаешь.Мерисцента деловито кивнула — не отрывая испытующего взгляда от инспектора. Нет, была она всё-таки ещё напряжённая. Усталая, хмурая…
Кейрис взял со стола, повертел в руках баночку — это же традиционно удобная чайная тема:
— Чай с планеты Кердык… Знаешь, что кердыковская плантация накрылась? Теперь это триматрик. Если не подделка.
— Три– что?
— Трёхматричный синтез. В курсе?
— Нет.
Кей подошёл к визору, пальцами набросал на нём схемку:
— Ну, там так… Первый биосубстрат рождает второй. Второй — третий… Постадийное усложнение. Триматрик от природного продукта уже неотличим. Но — за что боролись, на то напоролись: скорость синтеза до той же природной и падает. Синтез дороже транспорта. То есть, триматрик применяют, когда плантация сдохла — или её невозможно расширить.
Мерисцента кивнула. Явно, всё понимала. Хотя, похоже, это её не очень интересовало…
Помыслила о чём-то своём-хмуром ещё несколько секунд. Подняла на инспектора близкий серо-небесный взгляд. И произнесла:
— Я… всё-таки ещё… хочу сказать… что…
— Ну. Говори.
Взгляд сконцентрировал отчаянную решимость.
— Я собрала уже четверть суммы. Я сама уеду! Не скоро, да!.. Ну или… Может, это неважно, но… Просто говорю на всякий случай… Если кто-нибудь захочет меня забрать — то вот, четверть уже есть, сейчас. Остальное я заработаю — и отдам. Я уже многое умею. Я могу заработать! Просто, чтоб вы знали!
Кейрис улыбнулся, поднял умиротворяющую ладонь.
— Спасибо, Мерисцента. Буду знать… Я, как известно, никого не намеревался брать. Хотя при этом почему-то уже второй раз захожу к тебе просто так, поговорить… Странно, да. Кстати, и ты ко мне заходи. Когда захочешь.
Мерисцента с готовностью кивнула. В ней мелькнуло какое-то просветление… Просветлённая Мерисцента — это чудесно.
Момент был абсолютно естественный. Сам собой происходящий. Кейрис дотянулся — и потрепал её по голове, по её забавной торчливой причёске. Сначала осторожно, едва касаясь — но причёска замечательно восстанавливала торчливость, что ни делай (собственно, это и хотелось, давно уже и неудержимо, проверить) — так что в итоге вышло ощутить тепло её макушки: такой, чисто дружеский, ободряющий жест; Мерисцента застыла на эти секунды, не дыша… И, отводя свою деликатную руку, пилот произнёс:
— Ладно. Я вижу, ты действительно устала. Поспи, отдохни.
…Нет, было у Мерисценты что противопоставить другим, даже Неллике: рациональность, складность, точность. Не вычурность — лица, фигуры, манер (Айка) — а естественность, милую удачность абсолютно каждой черты и детали. Такое не надоедает, а понемногу нравится всё больше и больше. Кейрис был взросл и опытен, чтоб ценить действительно ценное.
Вернулся к себе.
Найфред… Ох уж этот Найфред… Вроде хорошо всё: Мерисценту приголубил, по головке погладил, прям-таки нежные отношения — но какой-то неприятный осадок, связанный с Найфредом, остался. Непонятно, почему… Мерисцента явно не врёт: ничего у неё с Найфредом нет… Так. Ладно. Всё!