Рейнджер
Шрифт:
— Так что тут еще предложишь-то.
— А гром-камень? — начал Гролин.
— Точно! На, возьми. Бросишь в шаманов, как только подбежишь достаточно близко, — пусть удивятся! Только сам под взрыв не попади…
На том и порешили. Проверили оружие, я опять закрепил меч на спине, так чтоб как можно меньше мешался в движении, все равно использовать его не планировал. Скрепя сердце подготовил дюжину из имевшихся восемнадцати стрел с наконечниками Стражьего сплава, пару дюжин бронебойных и дополнил первый, расходный, колчан боекомплектом с обычными, ланцетовидными стальными остриями. Ну, двинулись потихоньку…
Однако нашим планам не суждено было сбыться. Оказалось, что орки отнюдь не все сидели где-то в лагере, часть не то стояла в оцеплении вокруг поляны, не то бродила по окрестностям
— Стенку! — крикнул я двурвам и вскинул оружие, одновременно начиная ускорять восприятие.
Уруки завопили и кинулись к нам, при этом двое вырвались вперед. Эти были вооружены широкими мечами и небольшими круглыми щитами. Остальные четверо снарядились чем попало: от большого тесака с утяжеленным концом до клевца. Дистанция позволяла стрелять прямой наводкой, безо всякого упреждения и превышения. И тут меня ждала парочка неприятных сюрпризов.
— Чвир! — первая стрела скользнула в сторону, как будто передний орк бежал в прозрачном стакане.
— Чок! — урук отбил второй бронебойный снаряд, летевший в напарника, своим мечом.
«Ого!» — промелькнуло в голове. Но я-то уже в боевом режиме, набегающие враги как будто завязли в желе. Я успеваю перенести прицел и перенаправить третью стрелу, снова бронебойную. Она сошла с тетивы и поплыла в область паха слишком шустрого орка. Обычная — по ногам, чтоб заставить противника принять ее на магическую защиту. Следом за этой стрелой пускаю наскоро сплетенную молнию и тут же — особую, со Стражьим сплавом, стрелу в голову. Отбить три стрелы и заклинание, прилетевшие на протяжении трех его шагов, урук не успел. От идущей в пах стрелы орк закрылся, поставив плашмя свой клинок. Инерция повела оружие в сторону, воин не стал насиловать свои связки, разворачивая меч обратно вниз, и просто подпрыгнул, пропуская стрелу под собой. Двигался этот орк заметно медленнее меня, но настолько же быстрее, чем его и мои спутники. Он-то увернулся, а вот его защита приняла на себя и стрелу, и молнию, которая заставила ее засиять (цилиндрическое поле, один из самых простых и дешевых амулетов). Да еще при приземлении электрический разряд свел его конечности короткой судорогой. Может, этой доли мгновения и не хватило уруку, чтобы увернуться. Наконечник из металла Ордена пролетел через помутневшую вокруг него защиту и пробил левый глаз орка. Враг вздрогнул и рухнул с разбегу ниц, ломая своим весом карсиаловое древко.
Второй шустрик оказался заметно слабее первого и запаздывал. Так, обе его попытки отбить стрелы оказались неудачными. Стрелы просто срикошетили от его защитного поля. Что ж, молнию под ноги и «гадобойную» стрелу на поражение. Наконечник вошел в горло, орк умер на втором шаге.
Третий орк споткнулся о труп погибшего, и стрела, летевшая в прорезь барбюта, ударила в металл, сорвав головной убор. Четвертому стрела вошла в переносицу, как надо. Умер быстрее, чем мог бы это осознать. А потом пришло время рукопашной. Ну, три на три — это можно и потанцевать!
На втором этапе битвы моя роль стала вспомогательной — правильному бою в строю Стражей почти не учили. Нагло пользуясь разницей в росте между мной и моими защитниками, я работал глефой в верхнем эшелоне, пытаясь нанести то колющие, то рубящие удары в прорези шлемов, в шею, по плечам или просто отбивая удары, предназначенные двурвам.
Нам опять повезло в том, что орки налетели по очереди: один споткнулся и получил довольно увесистую плюху стрелой в лоб, другой замешкался, огибая падающего на дорогу убитого. Первый же подбежавший урук, прикрывшись щитом, бросился своим весом на двурвов и попытался достать меня в длинном выпаде поверх голов пехотинцев. Зря он это. Я уклонился, отбив его полуторный меч, берглинги нанесли два колющих удара снизу вверх вдоль кромки чужого щита. Один в открывшуюся при выпаде правую подмышку, затянутую кожаной накладкой, другой в горло врага.
Второй противник был вооружен чем-то вроде чекана на длинной
рукояти и начал бить по двурвам, пользуясь преимуществом. Моя глефа еще длиннее, но я во второй линии! А если так? Я перехватил древко одной рукой вблизи нижнего конца и сделал широкий рубящий выпад в сторону морды орка. Тот, увидев перед глазами взблеск лезвия, невольно дернулся назад, «смазывая» удар и вонзая свое оружие в землю. Драун тут же ударил своим щитом по древку вражеского чекана, заставляя выпустить его или нагнуться. Орк согнулся и тут же утробно взвыл, получив удар кончиком меча в смотровую щель. Все с тем же воем орк выпустил оружие и рухнул задом на дорогу.Третий, ошеломленный моей стрелой, был вооружен большим тесаком с утяжеленным концом. Потеряв шлем и пятерых товарищей, орк явно не был нацелен на бой, но понимал, что и убежать от моей стрелы не сможет. Я сдвинулся на пару шагов влево, Драун точно так же начал смещаться вправо… В общем, против троих противников, атакующих с трех сторон, орк не продержался и минуты.
Так, патруль мертв. Шесть, нет, подумайте только — шесть выстрелов на одного орка! Да еще и заклинание. Безобразие. Но гораздо важнее, слышали ли нас на поляне, если да, то что именно услышали и какие меры приняли? Это даже важнее, чем то, когда и откуда придет следующий патруль. Ну да ничего, сейчас узнаем.
— Работаем, работаем! Все по плану, бегом на опушку!
Я чуть задержался, чтоб пополнить запас стрел в расходном колчане. Искать и собирать отбитые орками или их амулетами боеприпасы, а тем более — вырезать уцелевшие из тел убитых было категорически некогда. Закончив с перезарядкой, я бросился вдогон за двурвами. Сейчас, когда впервые за все время в новом Мире мне пришлось бежать и с глефой и с луком в руках, оружие доставляло заметные затруднения. И это притом, что бежать приходилось по просеке! Буквально через десяток шагов пришло осознание, что при таком раскладе я все равно небоеспособен: чтоб воспользоваться одним оружием, надо бросить другое, а потом искать его. Но переигрывать было некогда, и я, мысленно присвоив себе парочку не слишком лестных наименований, просто зажал оба длинномерных предмета под мышками. На бегу еще заметил, что у двух уруков были с собой короткие луки, но они даже не сделали попытки использовать их. Или думали, что и так справятся, или опознали во мне Стража и пришли к выводу, что их шансы в перестрелке слишком близки к нулю.
В парочке шагов от края леса мы притормозили с целью уточнить обстановку. Двое «чешуйчатых» в облачении варлов — боевых магов Тьмы — не слишком торопливо трусили к нашему краю леса, узнать причины шума. Двое других продолжали подготовку к непонятному ритуалу, иногда косясь в сторону нашей опушки. Самый главный занимался своими делами, то поглядывая на линии рисунка, то закатывая глаза и постукивая в бубен.
А вот это «ой». От данного музыкального инструмента ощутимо тянуло недоброй силой. Казалось, с каждым ударом орка по натянутой потемневшей коже сердце пропускает один свой. Жуткий предмет в руках не менее кошмарного персонажа. Как-то сразу пришло решение уничтожить и то и другое, если, разумеется, удастся.
Я решил не увеличивать шансы противника и слегка притормозил двурвов, положив им руки на плечи и не дав выскочить из кустов. Сам же, пригнувшись, уже привычно воткнул глефу в землю и, задавив жадность, приготовил стрелы с особыми наконечниками. Помимо этого, припомнилось несколько особых не то заклинаний, не то магических практик из арсенала Стражей, которые касались особых методов стрельбы. Хм, а я-то думал, как это так мои коллеги справлялись в истории, рассказанной Гролином. Прежде всего, эти хитрости позволяли повысить точность стрельбы, придавая стрелам элементы самонаведения, правда, в достаточно узком диапазоне, но отклонение в пяток градусов обеспечивали. Отдельно стояло заклинание, резко снижавшее влияние внешних помех на полет стрелы. Особенно порадовало, что энергию это магическое читерство тянуло только в момент корректировки траектории (ну, еще в момент активации заклятия, само собой). То есть чем точнее стреляешь сам, тем меньше тратится сил другого плана на исправление твоих ошибок. Третьим «откровением» была методика накачивания энергией наконечников стрел, правда, далеко не любых. Годились только изделия, изготовленные из Стражьего сплава либо стальные, превращенные руническим узором в своего рода артефакт.