Чтение онлайн

В кустах что-то зашевелилось. Оттуда не торопясь, с вальяжностью, присущей дочке короля, вышел в стельку пьяный человек. Одет он хорошо, но все, что на нем, уделано в грязи и... Переваренной еде.

– Отвратительный вяз. Нынешние вязы очень, очень-очень плохо воспитаны.
– Озлобленно проскрипел он и упал. Затем не с первой попытки, но все же поднялся.

– Эй, уважаемый! Не подскажешь, есть ли здесь постоялый двор?
– окрикнул я шатающегося человека. Он вмиг прекратил свое бурчание и резко повернул голову на звук. Его тело, однако, не было готово к таким выкрутасам, и он завалился на бок, не сумев удержать равновесие.

– Ик... Да-а-а, есть! И очень... Ик... Замечательный!
–

расплылся в улыбке пьяница. Но тут его выражение лица стало серьезным. Он спросил, украдкой, боясь обидеть: - А тебе что... ик! Цветы сажать что ли?

– Эм... Цветы? А при чем здесь цветы?

– Не ищи каплю логики в море вина!
– назидательно пробурчал человек и смачно рыгнул. А для пьянчуги он излагается далеко не деревенским языком. Я не могу приписать его к крестьянам, слишком хорошо он говорит и слишком статусную - при всем ее нынешнем виде - носит одежду.
– Тебе переночевать что ли? Ик! Что-то я тебя тут раньше не видел! Ты что ли пастух новый, да?

Я вспылил:

– Да что вы все заладили-то со своим пастухом?! Я - маг! И как ты мог видеть меня тут раньше, если я спросил про постоялый двор! Уж наверное я бы тогда знал, а? Резонно?

Моему недовольству не было предела. Взаправду ли я так плохо выгляжу, что произвожу впечатление исключительно паренька, умеющего разве что пасти коров? Если приглядеться, моя плащ-мантия хоть куда. И заимеет достойный вид, если ее помыть. Мой собеседник нахмурился, собрал глаза в кучу и с уважением посмотрел на меня:

– О, и вправду маг! Ик! Голова-то у меня обычно от вина начинает болеть, а тут от тебя! Чудеса... Эх, чудеса...
– промямлил крестьянин и ушел, стараясь держать четкий военный шаг. Ну ни дать ни взять спившийся офицер.

Нда. Видимо, трактир мне придется искать самому. Нетрудно догадаться о его расположении, если учесть, что я нахожусь на центральной улице и знаю точно, что он существует. Хотя... Верить человеку, при вопросе о постоялом дворе спросившему о цветах, - неразумно и вопреки логике, но понадеемся на лучшее и двинем вглубь, там хоть имеются признаки жизни.

Редкий свет невысоких домиков падает на дорогу, едва освещая ее. Пару раз я зафиксировал, как жители встревоженно смотрели из окон, а затем занавешивали их. После минут пяти я понял, что приближаюсь к цели. Откуда-то идет неумолчный рокот, такой непринужденный, словно иначе и быть не могло. Как будто я зашел на пасеку в жаркий летний день - людское гудение схоже с побеспокоенным пчелиным ульем. Не думаю, что здесь есть подобие забегаловки - такие места у дороги обязательно имеют постоялый двор. И вряд ли кто-то тут смог разжиться местом для простых увеселений - не те люди и не в том количестве. Это убыточно.

Двухэтажное здание появилось вскоре. Оно заметно ухоженнее и на фоне старых хижин смотрится выигрышно. Я разглядел деревянную вывеску, что расположилась на фасаде между первым и вторым этажами: "Трактир". Не ошибся. Рядом со зданием, как я понял, имеется конюшня: фырчание лошадей доносится явно оттуда. Окон нет, а может, они находятся с другой стороны. Но смотрится это все диковинно. От трактира исходит гвалт множества людей - крики, ругань, песни и звон посуды.

В сопровождении скрипа петель я отворил тяжелую деревянную дверь, окованную железными пластинами. Яркий свет ударил по глазам, а ноздри втянули духоту помещения - многообразная еда, табак, пот, кислый запах дешевого алкоголя. Мало кто обратил на меня внимание, все заняты собственным отдыхом.

В надежде найти подобие барной стойки я разглядел вереницы столов, длинных и широких. Сделаны они так, что за ними можно сидеть с двух сторон. Такие громадины стоят посередке, а по бокам -

столики поменьше. Не сказать, что трактир большой, но изнутри он кажется гораздо просторнее, нежели снаружи. Сквозь дымный чад невозможно сфокусировать взгляд на чем-то одном, а шныряющие туда-сюда посетители своим нескончаемым мельтешением сильно сбивают. Некоторые, чрезвычайно бесцеремонные, толкаются и не утруждают себя извиниться. В итоге мне надоело, я ухватил одного медлительного крестьянина и выведал у него местонахождение заправилы.

За барной стойкой вертится немолодой, лет шестидесяти, мужчина с седой кудрявой шевелюрой. Стоило мне подойти, как он сразу же повернулся в мою сторону, будто ожидал меня с минуты на минуту, и доброжелательно улыбнулся:

– Приветствую тебя, маг! Есть свободный номер, совсем недорогой. Я же понимаю, что выпускникам почти нечего тратить. Мое имя Бео, я - хозяин этого места.

К такому привету я точно не готовился. Сколько ни посещал я пивнушек, баров, гостиниц и прочих злачных мест - нигде не было ни одного владельца, который умел бы угадывать настоящее.

– Меня зовут Трэго. А как ты догадался, кто я?

– Да ты не первый, кто здесь проходит. И направляешься ты, стало быть, в самую столицу Ольгенферка прямиком из вашей Академии Магов...
– со скучающим видом сообщил он, точно ребенок, уставший репетировать стихотворение.

– Невероятно! Ну а это хоть как стало понятно?

Бео громко вздохнул, словно учитель, в сотый раз объясняющий одно и то же:

– Жители нашей деревни заприметили кое-какую закономерность... Я сейчас, - начал было он, но был вынужден прерваться - к стойке подошли и заказали выпить. Он налил из бочки вино, смахнул со стойки деньги и вернулся ко мне.
– О чем там я?.. А! Так вот. Каждый год в конце сытного через нашу деревню, а иногда мимо нее, проходят такие же, как и ты. В том же одеянии, с тем же упорством на лице. И все они, в большинстве своем, направляются именно в сторону Энкс-Немаро. Посему мы не удивляемся и не задаем лишних вопросов. Заметил, что на тебя никто не посмотрел, когда ты вошел? Пара людей не в счет. Кстати, не знай я эту закономерность с вашими походами, непременно посчитал бы тебя пастухом. Так что насчет комнаты?

Я стиснул зубы, но волю чувствам давать не стал. Вместо этого пообещал самому себе, что непременно куплю одежду посолиднее, дабы пресечь любые попытки узнавания во мне кого-либо, кроме мага. А срываться на ни в чем не повинного человека ни к чему - его вины в том нет. Зато хозяин вежлив и словоохотлив. По его манере разговора ни за что на свете не скажешь, что владелец трактира - уроженец деревни. Возможно, когда-то в прошлом он был преподавателем или писцом.

Бео снова отошел, принимая заказ и попутно раздавая указания молодому парню. Видимо, помощнику. Я дождался, когда хозяин освободится, и обратился:

– Да, я переночую, но сначала неплохо было бы перекусить.

– Организую. Ты пока проходи за любой столик.
– И он, командуя налево-направо, исчез в дверном проеме, что был за его спиной.

Я заприметил столик у самой стены. Он очень удобно располагался между двух деревянных колонн, подпирающих второй этаж. Сев, я наконец-то расслабился. По-настоящему. Слава Богам, можно просто сидеть и никуда не идти, ни о чем не думать. Пусть и на время, но можно же! Почему бы не воспользоваться предлагаемой возможностью? Мои предыдущие ночлеги выдались не самыми комфортными, а сейчас тело ликует в предвкушении. Оно истомилось по нормальным условиям. А глаза соскучились по людям. Я не слыву ярым человеколюбом, но когда на протяжении недели толком никого не видишь - это дико. Неподготовленного такой расклад сбивает.