Разбитые мечты
Шрифт:
— И как долго ты собираешься сидеть на этой бессмысленной диете? — Вдруг со стороны послышался голос ее нежданного гостя.
— Все зависит от такого, как долго ты собираешься оставаться в этом доме. — Холодно проронила она в ответ.
— Более ребяческого ответа я, пожалуй, ещё не слышал. — Отойдя вглубь комнаты, Джеймс оглядел просторную комнату. — Мы можем поговорить наедине?
Отстраненно осмотрев высокую арку, в которой она осталась одна, Виктория кивнула в сторону закрытой двери.
— Можно пройти в кабинет. Думаю, мой отец уже давно покинул его через другую дверь.
И действительно,
Остановившись у кромки стола, Виктория выжидательно посмотрела на вошедшего после нее мужчину.
— Ну, здравствуй, Тори. — Встав напротив, Джеймс скрестил руки на груди. — Давно не виделись.
Нервно хохотнув, девушка неоднозначно кивнула в ответ.
Растянув губы в насмешливой улыбке, Холт слегка покачал головой.
— А раньше, помнится, ты встречала меня поцелуями.
— Раньше мы жили в мире волшебных грез. В сказочном Эдеме, которому рано или поздно суждено было разрушить свои сладостные чары. Ныне же мы очутились в реальности, где ты и я — это два совершенно чужих человека, Джеймс.
— Но я не хотел становиться тебе чужим. — Вдруг безо всякой иронии тихо проговорил мужчина. — Я хотел продлить нашу сказку.
От его голоса ей захотелось кричать и одновременно броситься к нему на шею. Столько в нем было искренности. Столько сожаления. Она почти поверила. Однако феерические новости минувших дней вдруг разом встали перед ее глазами. Холт и Даймонд — вот она, поистине звездная пара во всех соединенных штатах.
— Зачем? — Цинично усмехнувшись, тихо проронила она в ответ. — Ведь в ней Виктория Блэк тебе была вовсе не нужна.
Решив, что на этом их разговор подошел к концу, Виктория обогнула Джеймса, направляясь к закрытой двери.
Он даже не прикоснулся ей. Не захотел попытаться остановить.
Горестно вздохнув, она уже было вышла из комнаты, как вдруг раздавшийся позади голос, вновь заставил ее закрыть широкую дверь.
— Виктория, что с тобой происходит? Почему ты стала такой?
Гневно пронзая спину стоящей у выхода девушки, Джеймс едва сдерживался.
Какого дьявола она вытворяет? Кем себя возомнила?
Хочет играть в холодную недотрогу — что ж, это они уже проходили. В этом случае, он бы знал, как себя повести. Но ее полнейшая отрешенность, словно они и в самом деле были друг другу совсем чужими — не могли оставить его равнодушным. Ему нужны ответы! И, черт возьми, если понадобиться, он готов был вытрясти их из нее даже силой.
— Почему? — Приподняв брови, она поспешно оглянулась. — Да потому что мы принадлежим двум совершенно разным мирам!
— Однако это не помешало нам прожить на острове одни из самых лучших дней нашей жизни!
— Все это было ошибкой! — Не сдержавшись, выкрикнула она. — Ошибкой! Я не должна была соглашаться на твое аморальное предложение. Не должна была… — "влюбляться в тебя" — Безмолвно произнесли ее губы.
Не обратив должного внимания на ее охрипший тон, Джеймс огорошено покачал головой.
— Аморальное предложение?… Неужели после всего, что было между нами, я до сих пор так и остался для тебя аморальным негодяем? Что же я в последнее время сделал такого, чтобы поддержать такую репутацию?
Изменив направление своего маршрута, она подошла к окну и отстраненно посмотрела вдаль раскинувшегося
перед ней сада. Где-то там бегает и смеется маленький Джуниор, который полностью изменил характер ее старшего брата. Ещё до встречи с Джейн Стивен был совсем другим человеком. Человеком, не знающим что такое истинная любовь и счастье. Однако благодаря своей семье он изменился. А Джеймс… Измениться ли он когда-нибудь — этого она, увы, не знала.— Эммануэль Даймонд, конечно, красивая женщина. — Отрешенно проронила она, вспомнив широко улыбающуюся мулатку на газетной фотографии. — Но ты спишь с фальшивкой, и в этом и есть весь ты.
— Я? Сплю? — С неприкрытой издевкой хохотнул Джеймс. — Ах, да! Раз так сказала сама пресвятая Виктория, значит Джеймс Холт — это самый настоящий порок, которому нельзя доверять. Кто бы сомневался!
Все ещё пораженный ее верой в него, Джеймс разочарованно покачал головой.
— Надоело. — Наконец, выйдя из шокирующего транса, сокрушенно проговорил он. — Думай, что хочешь. Я устал бороться за призрачный идеал любимой женщины. Всё это бессмысленно.
Хлопнув напоследок дверью, он резко покинул кабинет.
Вздрогнув от раскатистого хлопка, Виктория, наконец, обернулась к тому месту, где ещё совсем недавно стоял он.
Его последние слова разрывали сердце.
Возможно, в другой раз она бы и посмеялась над этим. Похвалила б его актерские данные. Но сейчас она верила. Верила ему, как никому другому.
"Вы слишком разные!" — Кричал ее разум.
"Вы предназначены друг другу судьбой!" — Непоколебимо вторило доверчивое сердце.
С душевными муками и с внутренним распутьем между разумом и сердцем, Виктория, словно в бреду, вышла из кабинета. Слава Богу, что по пути к своей спальне она так никого и не встретила, иначе от очередного вопроса: "что-то случилось?" она бы просто взорвалась.
Закрыв за собой дверь, блондинка устало прислонилась к одной из четырех стен собственной комнаты. Ей нужно было что-то выбрать. Ей нужно раз и навсегда решить эту дилемму. Но вот только, какой путь правильный?
Скинув с себя верхнюю одежду, она не торопясь приняла расслабляющий душ, после чего тщательно приготовилась ко сну и легла в кровать.
Долгие часы монотонно отмеряли свои бесконечные минуты. Постепенно весь дом затих. Все разбрелись по своим спальням. Из тихого вечера сутки перешли в глубокую ночь. Но, лежа в своей постели, Виктория никак не могла заснуть. События прожитого дня давили на плечи с невыносимой тяжестью. Чего только стоил один осуждающий взгляд Джеймса, который так и стоял перед ее глазами.
А что, если он и вправду изменился? Что если он и есть ее судьба? В конце концов, даже если у них и не будет собственных детей, у них вполне может быть Дэвид.
Ей нужно рискнуть. Нужно объяснить ему, почему она так поступила на острове.
Видит Бог, она не хочет его терять.
Подумав было о том, чтобы сейчас же разыскать Джеймса и рассказать ему всё как есть, девушка вдруг прислушалась. В доме было тихо, а идея искать в какой из двенадцати свободных спален разместился Джеймс, Виктории не очень-то нравилось. Ей вовсе не хотелось перебудить весь дом, чтобы в конечном итоге нарваться на недовольное сонное бормотание Холта. Хотя, нужно признать, что во сне он очень мило бурчит.