Чтение онлайн

– Кто это сказал? – вскочив со скамьи, грозно произнес воевода Берислав.

К нему выскочил невысокий мальчишка, запыхавшийся и красный от бега.

– Беда, люди добрые! Невеста пропала!

Гости ахнули, зашептались и все, как один, взглянули на жениха.

Иван молча поднялся, нахмурились его голубые очи, а губы сжались в тонкую полосочку. Перескочил он через стол, сбросив с него большое блюдо с красными яблоками, и вышел из залы. Вслед за ним пошел Лютомир, воевода и ближайшие его помощники.

Добравшись до девичьей светлицы, царевич увидел, что та раскрыта нараспашку и слышатся из нее женские причитания. Иван ворвался в комнату, обшаривая

стены и мебель горящим взглядом, но тут он заметил князя. Сгорбился старик в богатой одежде, в костлявой руке сжал он подвесочку с синим камнем и молча смотрел в разбитое окно. Несчастный вид горюющего отца настолько уколол Ивана в сердце, что тот опустил голову, будто он сам был повинен в Василисиной пропаже.

– Тихо, чего развылась? – воскликнул появившийся воевода.

Маша забилась в дальнем уголке, прикрыв рот рукой, но слезы продолжали катиться по ее щекам. Забава застыла у отца, болезненно хмурясь, но стоило ей завидеть Лютомира, как она сразу же кинулась к нему, будто пытаясь спрятаться ото всех в его руках.

Воевода подошел к князю и, склонившись к нему, о чем-то тихо переговаривался. Ближайших помощников при нем уже не было, видно, те разбежались с приказом от воеводы и обыскивали округу, стремясь отыскать похитителя по горячим следам.

Слушая своего верного слугу и друга, князь Радомир прошелся по комнате и остановился у Василисиной кровати. Схватился он за изголовье и так стиснул его, что вены на руке вздулись.

– Нечистая сила, – хриплым голосом произнес он и с яростью скинул с подушки вороньи перья. – Колдовская дрянь похитила мою дочь, мою милую Василису.

– И все? Больше ничего не видела? – в это время крепко держа сестру, бормотал Лютомир Забаве на ухо.

В комнату заглянул один из помощников Берислава, пока он рассказывал о том, куда именно улетела туча птиц, Лютомир оставил Забаву и приблизился к Маше.

– Эй, подружка-голубушка, – склонившись над перепуганной девицей, пропел он. – Рассказывай, что случилось?

– Н-ничего не видела, – пробормотала Маша. – Только услышала, как птицы взбесились, они влетели в окно и царапали, клевали нас, чуть глаз не лишили. А потом все стихло, а Василисы нет.

– И правда, дрянь колдовская, – пробормотал воевода, подняв несколько перьев.

Те, холодные, словно только принесенные с мороза, не согревались в ладонях.

– Князь-батюшка, – наконец, заговорил Иван и голос его будто отогнал зловещий дух в перевернутой вверх дном девичьей комнатке. – Прошу, дайте благословение, отпустите Василису искать. Слово даю, что не ворочусь, пока не отыщу ее.

– И меня благослови, отец, – сделал шаг вперед Лютомир.

– Сам я уже староват, но, если ты позволишь, князюшко, то я отправлю своих сыновей, – в свой черед выступил Берислав.

– Спасибо за вашу отзывчивость, – закивал князь Радомир. – Я благословляю вас. Найдите того злодея, что посмел дотронуться до моей дочери. Пусть удача идет с вами в ногу, а булатный меч не откажет в ратный час. Собирайтесь в путь-дорогу и выезжайте, как можно скорее.

Вышел Иван из комнаты в компании Лютомира и воеводы, будто сам не свой. Княжеский дворец, несмотря на поздний час, горел сотнями свечей, в коридорах стучали тяжелые сапоги мужчин, собирающихся отправиться на поиски. Над ухом гудели разговоры, но царевич их не слышал, пока вдруг чья-то рука не схватила его за плечо.

– А куда направится наш Ванюша? – услышал он ехидный голос старшего брата Василисы. – Ты у нас прожил не так долго, округу плохо знаешь. Одно дело

на охоту под руку со следопытами кататься, а другое самому дорогу искать.

– Уж найду себе верных товарищей для поисков, можешь быть спокоен, – бросил Иван, даже не взглянув на княжича.

Рука Лютомира на его плече вдруг потяжелела, не успел царевич сделать еще шаг, как брат Василисы вцепился в него намертво, что ни с места сойти.

– За чужими спинами прятаться собрался, царевич?

– Что ты сказал? – резко развернувшись к нему, процедил Иван.

Не успели молодцы схватить друг друга за грудки, как между ними возник воевода. Хоть и белый от седины, зато рослый, словно дерево, легко он перекрыл собой ссорящихся.

– Нашли время, – пробасил он и грозно зыркнул на каждого. – Перед общей бедой объединиться нужно, а не грызться, как собакам. Опомнись, Лютомир. Твоя сестра в беде, страшно подумать, что с ней творится в злодейских руках, а ты все ссоры разводишь.

Лютомир выпрямился, гордо поднял голову и, отодвинув воеводу на своем пути, приблизился к Ивану. Напрягся царевич, готовый к любой выходке капризного княжича, но тот вдруг протянул ему руку.

– Езжай со мной, – спокойно произнес Лютомир. – Знаю я верный способ найти Василису.

Взглянул царевич в глаза княжичу. Синие и большие, как у Василисы, но уж больно хитрые, Лютомир всегда был горазд на злые шутки и заморского жениха сразу невзлюбил, хоть тот и повода не давал.

– Боишься? – подначил он царевича и Иван тут же пожал ему руку.

– Вот и славно, – похлопал их по плечам Берислав. – А теперь идите, не то последние на поиски отправитесь.

Не успела Забава переменить праздничного наряда и в конюшню явилась, как была, в порванном, шёлковом сарафане, да растрепанная и расцарапанная после встречи с птицами. В руках она сжимала тяжёлый клинок, он был в ножнах из дорогой кожи, с цветастой вышивкой, а железная рукоять была украшена разноцветными каменьями. По правилам в долгий путь или на ратный подвиг снаряжает жена, но Лютомир отказывался жениться вперёд Василисы, и потому обычно старшая дочь князя провожала его. Боязно было Забаве делать Василисины дела, будто она их украла, но, появившись в шумной конюшне, она подняла голову повыше, делая вид, что не замечает любопытных взглядов витязей.

Найдя брата, который седлал своего чёрного коня, Забава с уважением поклонилась Лютомиру и завязала меч на его поясе.

– Береги себя, брат мой, – тихо говорила она. – На рожон не лезь, помни, что тебя ждут дома.

– Вот уж без твоих наставлений как-нибудь проживу, – усмехнулся он и больно схватился её за щёку крепкими пальцами, что у Забавы даже слезы на глазах навернулись. – Это ж не меня вороньё чуть до костей не склевало. Ладно, не кручинься, сестрица. Вот тебе от меня подарочек.

Забава, потирая щёку, опустила взгляд и увидела, что брат протягивает ей кинжальчик.

– Всегда держи при себе, припрячь где-нибудь в юбках.

– Да где ж это видано, чтобы девица с ножом разгуливала? А если батюшка узнает, что я без его разрешения оружие ношу? – обиженно надула она щеки, за что получила от Лютомира увесистый щелбан.

– Держи, сказал. Если надеяться не на кого, то надейся только на себя. Или ты у нас только куклам платья шить можешь?

Забава выхватила кинжальчик и сложила в сохранившийся карманчик сарафана. Вместе с Лютомиром она вышла наружу. Мужчины разъезжались с княжеского двора, поднималась пыль от топота копыт, огни факелов тянулись неровной цепочкой от самых ворот.