Чтение онлайн

Ему нужен человек, способный не только хорошо работать, он должен уметь принимать решения, причем принимать решения самостоятельно, и нести ответственность за принятые решения. А для этого, во-первых, у этого кандидата должны быть очень хорошие знания, а, во-вторых, он должен иметь твердый, даже упертый характер.

Он неоднократно обращался к командиру с просьбой направить его заранее в училище для подбора и агитации курсантов, но ему было в этом отказано. А теперь предлагают выбирать из остатков, которые никому не нужны.

Глаза Николая остановились на характеристике Царева Е.В. Комсорг взвода, отличник, со всех сторон характеризовался

исключительно положительно.

– Товарищ командир, разрешите вопрос? Курсант Царев – отличник, активист. А почему его никто не взял?

– Мне тоже его характеристика понравилась. Его одного из первых включили в Домодедовские списки, но по каким-то странным причинам он, когда списки были уже утверждены, подал рапорт об отказе от распределения в Домодедово. Почему? Конкретики никакой. С командиром их роты я связывался – характеризует его положительно, на «отлично» госы сдал, пользуется авторитетом в коллективе, характер твердый, амбициозный товарищ, инициативный, склонен к самостоятельному принятию решений. Причины отказа от распределения в Домодедово он указал чисто формальные, конкретно его действия объяснить никто не может.

– Давайте попробуем. Я его беру.

Так Егор получил распределение именно в этот авиаотряд.

12

Проводив начальника управления, Аникеев постарался проанализировать все, что произошло за последние три дня. Он понимал, что приезд чиновника такого высокого ранга и предшествующий этому визиту телефонный разговор с заместителем начальника территориального управления гражданской авиации является ему предупреждением. Явно это связано с этим молодым специалистом – Егором Царевым. Кто за ним стоит не ясно, но дали понять однозначно, что трогать его нельзя.

Его размышления прервал телефонный звонок:

– Приветствую Александр Иванович! Дунаев на проводе. Ну что разобрался с молодым? Считай, уже целый день заправка не работает. Кстати, о его самодеятельности мы написали жалобу в Ваше управление. Это просто безобразие. Мы надеемся, что этот инцидент был первый и последний раз.

– Игорь Алексеевич, в соответствии с договором между нашими предприятиями, эксплуатация и обслуживание объектов ГСМ лежит на Вашей ответственности, а авиаотряд осуществляет контроль за обеспечением безопасной эксплуатации данных объектов и целевым использованием ресурсов. Авиаотряд выполняет свои обязанности безукоризненно, в соответствии с условиями договора. Вашим предприятием был допущен ряд недоработок, на которые Вам было предварительно указано и определен срок для их исправления. К сожалению, в указанный срок предписание авиаотряда не было выполнено. Дальнейшая эксплуатация объектов просто невозможна, так как угрожает безопасности полетов.

– Ты чё городишь? – вскипел Дунаев, – Ты хоть понимаешь, что ты говоришь? Вы создаете проблему для выполнения государственного плана. Слушай, Александр Иванович, тебя, что твое кресло не устраивает?

– Игорь Алексеевич! Я рекомендую Вам выполнить предписанные мероприятия, и вопрос решится, – начальник аэропорта пытался насколько мог смягчить разговор, – А что касается кресла… Не Вы меня на эту должность назначали – не Вам и снимать. И не надо меня запугивать.

– Если завтра утром заправку не откроешь – докладная о Вашем вредительстве уйдет в обком партии, – Дунаев повесил трубку.

Аникеев вызвал Егора.

– Егор, руководство управления одобряет принятое нами направление на повышение контроля

за безопасностью полетов. Но ты понимаешь, что мы должны действовать осторожно, находить компромисс в решении вопросов. Что там у нас с экспедицией?

– Александр Иванович, до настоящего времени ни один из пунктов предписания ими не выполнен.

– Егор, я считаю, что мы о себе заявили и для начала этого может быть достаточно. Далее, безусловно, руководство экспедиции будет более сговорчиво. Сейчас уже поздно, полеты закончены, завтра с утра немедленно снимешь запрет на заправку, а затем уже явишься на доклад.

– Александр Иванович, в предписании, наряду с мерами, направленными на улучшение условий эксплуатации объекта, содержаться замечания, при которых эксплуатация средств заправки воздушных судов запрещена. Это не моя прихоть или желание придраться. Эти требования прописаны в руководящих документах, в частности в сто девятнадцатом приказе. До момента выполнения этих требований я не имею права разрешить заправку.

– И что же это за замечания?

Егор вкратце рассказал о мероприятиях, которые должны быть обязательно выполнены.

– Так, я все понял. Завтра с утра ты открываешь заправку, а я сейчас по телефону получаю гарантии руководства экспедиции, что они выполнят все работы по техническому обслуживанию, а документы оформят сегодняшним днем.

– Товарищ начальник аэропорта, подлогом я заниматься не буду, – возразил Егор, – Как только они выполнят необходимые работы, я готов буду разрешить эксплуатацию пунктов выдачи авиагсм.

– Егор, я начальник аэропорта, – Аникеев начал терять терпение, – Я тебе приказываю завтра с утра открыть заправку.

– Товарищ начальник аэропорта, – Егор перешел на официальный тон, – это невозможно.

– Егор, в силу своего возраста и занимаемого положения, ты не можешь видеть весь круг проблем, которые стоят за твоим упорством. Думаю, дальнейшие разговоры бессмысленны. Я приказываю тебе завтра с утра открыть заправку. В противном случае мое отношение к тебе изменится.

13

На следующее утро, убедившись, что никакие из требуемых мероприятий не выполнены, Егор, вместо того, чтобы явиться в аэропорт, отправился в поселок.

– Доложите! Старший техник ГСМ Царев Егор Викторович! – твердо сказал Егор секретарше, войдя в приемную начальника нефтегазоразведывательной экспедиции.

– Вам назначено? – поинтересовалась секретарша.

– Нет! Но я прошу доложить обо мне! Старший техник ГСМ авиаотряда Царев Егор Викторович!

Секретарша зашла с докладом и уже через минуту открыла перед Егором дверь,

– Проходите.

За длинным т-образным столом тёмно-красного лакированного дерева в кресле сидел мужчина кавказской наружности лет сорока-сорока пяти.

Получив разрешение присесть, Егор начал свой доклад. Он постарался аргументированно изложить причины, приведшие к конфликтной ситуации, не оставив без внимания предварительные попытки обращения к главному инженеру экспедиции и факт представления предписания.

– Предписанием были определены достаточные сроки для выполнения требуемых мероприятий. В указанные сроки никто никаких работ не проводил. Я был вынужден запретить эксплуатацию объектов выдачи авиагсм, так как не исполнение указанных мероприятий оказывает непосредственное влияние на безопасность полетов, и дам разрешение на заправку только после выполнения требуемых работ, – закончил Егор.