Пятый мир
Шрифт:
– Дальнейшее промедление смерти подобно. Не думаю, что мы сумеем победить тех, что наверху, до того, как прибудут основные силы. А бросать безликого нельзя. Без этого Посвящение не состоится в положенный день и наши дети не станут волкодлаками. Ритуал важней, чем жизни двоих охотников.
Хар снял с пояса большой нож, которым обычно разделывал мясо. И подойдя к раненым волкодлакам, которые внимательно слушали речь вожака, вложил его в руки Лину. Тот кивнул и принял нож при полном молчании всех участников действия.
Затем Хар привязал мешок с безликим к волку и сам набросил шкуру на голову. Стая по команде выбежала из оврага. Вражеские воины оказались готовы к такому повороту событий и встретили волкодлаков копьями. Их было двадцать против семерых волков, которые метались из стороны в сторону, пробуя обойти противника с фланга. Наконец одному из охотников удалось сбить вражеского воина с ног и впиться ему зубами в глотку.
В критический момент два волка, не сговариваясь, бросились в отчаянный бой с наступавшими. Повалив сразу двоих и перегрызя им глотки, волки, не обращая внимания на копья, принялись за следующих. Их примеру последовали и остальные волкодлаки. На несколько минут лес наполнился воплями умирающих и звериным рыком обезумевших от крови зверей. Они буквально прогрызали себе дорогу к лесу. Понеся серьезные потери, чужаки отступали. Волки ринулись в образовавшуюся брешь с неимоверной быстротой. Вслед уходящей стае полетели копья. Один волк упал, издав крик раненого зверя. Копье попало в спину, крепко засев в его плоти. Развернувшись, волки приготовились к наступлению с целью отбить раненого. Они рычали и скалились на врагов из темноты. Их горящие глаза наполнялись жаждой крови. Но было поздно, подошли новые отряды и готовились к атаке. Раненый пронзительно завыл, в тот же миг волкодлаки бросились врассыпную, уходя в темноту, под покров ночи, и унося свою добычу подальше от поля боя.
К истекающему кровью волку подошел воин в белой маске, добив его копьем. Тот издал последний вздох и умер, обратившись человеком. Убийца обыскал тело. Остальные молча смотрели на него, замерев на месте. В карманах было пусто, оружия при мертвеце тоже не обнаружилось. Лишь маленькие песочные часы лежали у него за пазухой.
Глава 6
На следующее утро после ссоры с Хель Макс чувствовал себя довольно паршиво. С одной стороны, ему хотелось помириться с подругой, но с другой – он не мог одобрить ее побег. До сегодняшнего момента было всего два случая, когда волкодлак отказывался пройти обряд слияния со своим волком. Первый произошел лет сто назад с парнем по имени Гетард, в последний момент он отказался убивать питомца и был изгнан навсегда. Второй случай произошел относительно недавно, около тридцати лет назад. Девушку, отказавшуюся от Посвящения, звали Гильдой. Она сбежала в ночь перед церемонией так же, как собиралась сделать Хель. Никто из волкодлаков не знает, куда отправились те двое и что с ними стало. Максу думалось, что с ними не произошло ничего хорошего. Земли за пределами их родного клана Железных Клыков кишели врагами и опасными дикими животными. Выжить в одиночку в этом враждебном мире для Макса не представлялось возможным. Перебирая эти мысли, Макс пытался найти как можно более резкие аргументы для следующего разговора с Хель, который по его плану должен был состояться сегодня в школе. Правда, любой из них она могла разбить в два счета. Встреча с врагами – это новые приключения, которых так жаждала девушка. Дикие звери же вообще не агрессивные, а очень даже милые существа, с которыми просто не нашли общего языка. Макс со вздохом вспомнил случай, когда Хель принесла в поселок раненого саблезуба – внушительных размеров кошку с выступающими из пасти клыками. Саблезуб повадился охотиться на стадо овец. Целых два месяца пастухи безрезультатно пытались отловить дикого зверя, ускользающего от них. Наконец им удалось заманить его в ловушку, из которой саблезуб вырвался, но получил тяжелые раны. Все думали, что он издохнет где-нибудь в лесу. Каково было удивление всех, когда Хель не только нашла, но и выходила его, несмотря на протесты со стороны клана. Правда, за нее вступился отец, Хведрунг, вожак знахарей, очень уважаемый волкодлак. Он не дал умертвить саблезуба и помог дочери с лечением зверя, а потом выпустил его на свободу на противоположном берегу Снежной реки.
«М-да, слабоваты аргументы», – вздохнул Макс. Но иных он так и не придумал, поэтому пошел в школу с тяжелой головой.
Трехэтажное здание школы находилось недалеко от центральной площади поселения и имело П-образную форму. Центральная часть здания выделялась благодаря большим полукруглым витражным окнам на втором этаже, что придавало ему особую изящность. По периметру школы проходил металлический забор с каменной кладкой в основании.
Макс ждал Хель у ворот до самого звонка. Ровно в девять утра звонарь на башне трижды пробил в колокол, оповещая о начале занятий. Хель он так и не встретил, возможно, она пришла
раньше и уже сидела в своем классе. Так это или нет, парень намеревался проверить на перемене после первого урока.В класс он вошел уже после звонка. Традиционно весь последний день занятий у выпускных классов занимал курс подготовки к Посвящению. Макс мешкал у двери и кашлянул, чтобы привлечь внимание учителя. Преподаватель косо посмотрел на него, но, ничего не сказав, жестом пригласил войти.
На занятиях Макс сидел с другом, невысоким парнем с черными вьющимися волосами. Эльф отличался особым талантом невпопад чесать языком и периодически получал за свое красноречие. Однажды его так побили, что поначалу казалось, он уже не жилец. Эльфу проломили голову, выбили несколько зубов и сломали пару ребер. Хведрунг выходил парня, поселив того на время у себя дома. Там Эльф и подружился с Хель.
– Ты чего это задержался? – удивленно спросил Эльф только что севшего за парту Макса.
– Не твое дело.
– Очень даже мое. Вас с Хель вчера видела Сиса, уходящими в лес. А сегодня ни тебя, ни ее не было все утро.
– И что с того?
Эльф больно ткнул Макса локтем в бок.
– Ты ничего не хочешь рассказать старому другу?
– Эльф и Макс, встаньте! – рявкнул преподаватель.
Друзья неохотно поднялись, а учитель продолжил с нескрываемым раздражением:
– Если сегодня последний день занятий, это не значит, что можно болтать и опаздывать на уроки!
– Простите, учитель.
– Сядьте и слушайте.
Оба парня молча опустились на свои места, а преподаватель продолжил вести урок:
– Есть всего одиннадцать существ, кроме волкодлаков, которым подвластно искусство превращения. Это сами безликие, киркская лягушка, северный лев, русалка, снежный бык, серый лебедь, кикимора, мардагайл, лугару, барсучий оборотень и феникс, который превращается сам в себя. Все они называются оборотнями.
Название каждого животного учитель написал мелом на доске.
– Кто знает, в кого превращаются киркские лягушки?
– В прекрасную девушку, – хором ответили ученики.
– Хорошо, а северный лев?
– В косулю, – опять протянул класс.
– Прекрасно! Так льву удается легко подойти вплотную к своей жертве.
Макс поднял руку.
– Да, Макс.
– Учитель, я не совсем понимаю, а как все эти животные и мы связаны с безликими?
– Есть легенда, согласно которой Верховный бог Вотан влюбился в прекрасную земную девушку Фриду. Но он уже был женат на Лилит. Узнав об интрижке, супруга воспылала яростью. Несмотря на все скандалы и упреки жены, Вотан продолжал тайком встречаться с возлюбленной в роще. Прошло чуть больше года, и Фрида родила ему сына. Мать и дитя поселились все в той же роще, скрытой от глаз Лилит Вотаном. Однако змея, обитавшая там же, рассказала об этом жене Верховного бога, пообещав ей показать место, где Вотан укрыл возлюбленную и сына. Проникнув в рощу, супруга Вотана обернулась демоном и убила обоих. Увидев, что его сын и возлюбленная мертвы, бог изгнал Лилит и в наказание наложил заклятие, превратив ее в мерзкое существо. С тех пор она скитается где-то, не в силах вернуть свой истинный облик. От отчаяния и обиды Лилит рыдала ночи напролет. Слезы капали на земных животных, которые получали частичку ее способностей, превращаясь в оборотней. А непосредственно ее потомков стали именовать безликими.
– Это правда? – подняв руку, спросила коротко стриженная девушка с курносым носом и веснушками по имени Оки.
– Вы не верите? – саркастически улыбнувшись, спросил учитель.
– Ну, я не то чтобы не верю в Верховного бога Вотана, – смутилась девушка. – Просто вся эта легенда уж слишком неправдоподобна, на мой взгляд. Особенно, про слезы Лилит.
– Еще лет сто назад вам бы отрубили голову за то, что вы ставите слова Священной книги под сомнение, – уже без улыбки заметил учитель. – Сегодня же наши старейшины сильно сократили влияние жрецов на мирское общество. Не могу сказать, что полностью одобряю это, но факт остается фактом. Вы можете сами поразмышлять на досуге, что правда, а что вымысел. Хотя сомневаюсь, что большую часть из вас реально заботит природа трансформации оборотней.
Учитель взял небольшую паузу, проходя взад-вперед между рядами. Накинутая на его плечи волчья шкура немного подрагивала при ходьбе. Наконец он остановился у доски.
– И хотя мы не до конца понимаем природу оборотней, эта особенность – фундамент нашего общества. Волкодлак становится полноценным членом своего клана только после того, как пройдет обряд Посвящения вместе со своим волком.
Учитель взял в руки мел и начал чертить что-то на доске. Очень быстро стало понятно, что он рисует клановую систему волкодлаков. На доске появилось одиннадцать кругов, по числу кланов: Железные Клыки, Белая Длань, Серые Волки, Северное Братство, Остроносы, Медведеруки, клан Ледяного Озера, Мертворожденные, Горные Волки, Вольный клан и, наконец, Первый клан – старейший из всех.