Путь
Шрифт:
— Аккуратней, не толкайтесь! — вопила тучная женщина, сама напирая вперед.
— Женщина, куда вы прете? — звонкий девичий голос вскрикнул спереди.
— Моя нога…
— Аккуратнее можно?
— Ох, и молодежь вперед лезет, как обычно!
Ди смотрел на это исподлобья и улыбался.
— Смотри, и все ради того, чтоб быть на миллисекунду быстрее, чем другой. И заметь, все, кто громче всех орал и возмущался, уже вбулькнулись внутрь. А молодежь смиренно еще ждет. И все ради собственной жалкой ж**ы! — Ди опять зло и смачно плюнул. — Все, лишь бы тебе было чуточку удобнее, чем другому, такому же человеку, стоявшему рядом минуту назад. Точнее, какому человеку? Они же тут подобны животным. Кроме вон тех чуваков… Да, и вон чел тоже клевый, —
Несколько человек на остановке обернулось в его сторону. Удивленные лица уставились на него из-за стекол автобуса. Ди смеялся им в глаза.
«Пшшшфыв!» — закрылась автобусная дверь, автобус отчалил.
— И видишь, Марио, и дело даже не в этих тетках. Дело в том, что мы сами сделали их такими. Они уже привыкли, что им никто не уступает место, никто не соболезнует их тучному тельцу. Вот и прут по головам. Главное при этом особые слова приговаривать: «Ох, какая молодежь! Ох, какая молодежь пошла, не толкайтесь!», — и никто не подумает, что эта женщина прет вперед. А она и рада пару ног отдавить, зато сесть быстрей! А молодежь у нас не такая уж и бессердечная в этом плане. По роду своей деятельности, — Ди ткнул двумя пальцами в шею, изображая жест «выпиваю», — довольно часто приходится передвигаться на автобусах, так как денег даже на такси не остается.
Ди смачно затянулся.
— И знаешь, что я тебе доложу? Женщине с ребенком всегда уступят место. Все-гда. Может капля сознательности все-таки остается, а может все-таки человекозавр понимает, что если он не встанет, против него возмутится весь автобус. Вот бабке не всегда уступят, хотя и в большинстве случаев — Ди поднял вверх указательный палец, — и даже женщинам, таким, как те, уступают.
— Ну а ты? Ты прям подскакиваешь, когда бабушка входит? Здрасьте-присядьте!
— Когда пьяный — то нет. Любая бабушка стоит на ногах крепче, чем я. Это когда под градусом. А если немного выпивший, то конечно, я встану. Если она ко мне подойдет. Один раз даже кондуктору уступал — перепутал.
Ди осушил стакан, отер рот рукавом и продолжил:
— И знаешь, что я тебе доложу. Люди уже отвыкли от милосердия. Не знаю, как там было при коммунистах, но сейчас говоришь «Садитесь», на тебя ошалело смотрят и говорят: «да сидите, сидите!». Люди автоматически ищут подвох.
Марио согласно кивнул. Он уже порядком «поплыл». Он вдруг почувствовал незримую связь с этим диджеем. Он вдруг ясно прочувствовал, что они вдвоем сильно похожи. Его душа жаждала открыться этому «праведногневавшемуся» Человеку. Марио почувствовал, что может высказаться ему, что тот должен понять его.
— Верно ты гневаешься, друже, — наигранно начал он, — верно все ты говоришь. Но главное та проблема в чем? Оглянись, вспомни своих знакомых с вечно опухшими лицами. Посмотри на тех людей с синюшными мордами, посмотри. Страшно? — Марио перевел взгляд вдаль, поверх крыш домов, магазинов, проводов, проезжающих машин. Он продолжил:
— Вот как сейчас стою я в очереди в магазине. И мужик передо мной с обширным запахом, перегар изрыгает при каждом выдохе. И мелочь держит в серой ладони, которую тут же, в магазине, насобирал. И ждет — не дождется своей очереди. — Марио вздохнул, — и, знаешь, Ди, сердце у меня болит. Болит и за этого мужика, который уже сам себе не сможет помочь. И за продавщицу тоже болит, она же и рада не продавать, не участвовать в гибели этого мужика, а что поделаешь… — Марио шумно вздохнул и отпил из стакана, — да куда денешься, она как посредник между алкоголем и человеком. Но не продавать нельзя. Он же ведь пойдет и купит водку в другом месте! Поэтому и болит у меня душа за них. И что
делать, не знаю.— И за меня тоже душа болит? — Ди улыбнулся.
— Что? А, да.
— Да ладно тебе, Брат, расслабься! Это их траблы… Надо же, я вот никогда об этом не задумывался… — Ди поправил наушники.
Ночь сгущала свои темные краски. На остановке уже почти не осталось людей. Становилось прохладно и одновременно свежо. Начал накрапывать мелкий дождь, который вскоре превратился в уверенный ливень. Совсем мало машин стало проноситься мимо остановки. Вдоль обочины ехала поливальная машина. У остановки она притормозила, из кабины выскочил коренастый водитель и приблизился к парням.
— Парни, есть закурить?
— Да, конечно, на дядь, держи! — Джей Ди протянул сигареты.
Водитель жестом попросил прикурить, Ди сложил руки домиком и зажег зажигалку.
— Шпашыбо! — распыхивая вокруг себя клубы дыма, произнес водитель.
— Что, мужик, дождь от работы избавил? — Ди улыбался.
— Да, погода нынче такая. Не ждешь, не ждешь, потом как зарядит! Весь день вот жара была, к вечеру выехал, — на тебе! — мужик посмотрел на огонек сигареты, — хороший табак!
— Радуйся! Сейчас поедешь обратно, а потом домой! Выпьешь… Расслабишься! — вкрадчиво говорил Ди.
— Да какой там! — махнул рукой мужик, — мне план делать надо! Работаем и в дождь! Я дальше поеду.
Марио недоуменно уставился на него:
— То есть как это? Дождь же…Он и польет.
— Да какой там! Он только так, пыль к земле прибьет! Нам же смыть ее надо, — мужик сдул пепел с окурка. — Так и работаем, как дураки.
— Это почему же? Едешь — улицы пустые, музычку врубил, ноооочка… клевааа — потянул Марио.
— Да какой там! Быстрей бы смену сдать! — водитель скосился на четверть полную бутылку виски, — ночью такого насмотришься, бывает… Особенно здесь, в центре.
— Слушай, Мужик, а возьми нас с собой! — воодушевленно изрек Джей Ди. — Нас все равно отсюда никто не заберет. Да и тебе нескучно будет!
— Да не, хлопцы! Куда ж вы! У меня работа! — Мужик мелкими плевками затушил окурок, затем подошел и выкинул в урну.
— Ну бывайте, хлопцы! — и направился к своей работе.
Парни молча провожали его взглядами.
— Сигарет хоть бы взял — прошелестел Марио.
Водитель обошел свою оранжевую машину, запрыгнул внутрь и хлопнул дверью. Затем опять открыл ее.
— Вот сейчас сигарет и попросит! — произнес Ди.
— Эй! Пацаны! А поехали! Вместе веселее!
— Ееее! — удовлетворенно протянул Ди.
Парни резво похватали свое добро и заторопились к поливалке.
— Эй, Марио, смотри — я один большой попрыгун! — и Ди весело и с размаху прыгнул в центр лужи так, что обрызгал Марио до колена.
— Ах ты! Падонок! — Марио шутя принялся догонять Ди, пытаясь шлепнуть по лужам так, чтоб обрызгать его.
— Главное вовремя выпрыгнуть! Чтоб лужа не сомкнулась! — повторил свой прием Ди. Тут бутылка выскользнула у него из рук, он резво присел и поймал ее. Тут лужа сомкнулась и вдобавок Марио смачно шлепнул по ней так, что окатил Ди полностью.
Марио встал в нерешительности. Ди секунду смотрел на себя, а потом засмеялся. Звонко, пронзительно и счастливо. Марио засмеялся вместе с ним.
— Хей! Погнали! — они запрыгнули в голубую кабину.
— Валеррра, давааай! Восемьдесят! Валеерррааа! — рычал Джей Ди посередине.
— Валеееррааа, тааам красный! — Марио стряхивал пепел в окно и одновременно снимал происходящее на телефон.
— Вижу, пацаны! Не ссыте! — Валера давил в пол.
Трое чудаков неслись по ночному центру на поливальной машине. Они уже в третий раз ехали заправляться водой. Летя на машине с пустой цистерной по центру дороги, они лихо пересекали перекрестки. Редкие ночные путники останавливались в ступоре, завидев оранжевую машину. Валера и не думал сбавлять газ, видя впереди красный свет. Им наперерез двигалась черная тонированная машина. Она тоже не думала сбавлять скорости.