Путь к себе
Шрифт:
— Мэтр Алекендр? — удивлялась Келина, теперь уже смотря на мага. — Как вы здесь оказались?
— Мы пришли за вами, Ваше Высочество, — сказал маг, поклонившись принцессе.
— Тебе что, не сказали, что они здесь? — спросила Риана. Келина, повернувшись к ней, задумалась.
— Мне передали срочно прибыть в малый зал, — сказала она, всё ещё удивлено осматриваясь по сторонам. — Я испугалась, что что-то могло случиться...
— Всё в порядке, принцесса Келина, — сказал Анторий, поклоном поприветствовав её. — Вас не предупредили, чтобы не вызвать подозрений. К сожалению, любителей послушать чужие
Как оказалось, Анторий многое предусмотрел и рассчитал. И приглашение принцессы "составить ему компанию за ужином", и подготовку сменной одежды для обеих девушек, правда, он не учёл то, что Риана будет предупреждена и готова заранее. Также он распорядился, чтобы всех накормили перед дорогой и собрали им сумку с провизией.
За всеми сборами и обсуждениями солнце успело сесть, и четверо путников в плащах двинулись на выход.
Анторий проводил их до конца коридора и попрощался.
— Дальше я не могу с вами пойти. Будет подозрительно, если я буду сопровождать "бродячих музыкантов". — Он не смог скрыть улыбку, глядя на хмурое выражение Лекамира. Положив руку на сердце, никто из этой четвёрки не был похож на музыканта.
Однако это лучшее оправдание для них, так как в столице и так гостило несколько трупп бродячих артистов.
Кода четверо героев спустились и скрылись с его глаз, Анторий глубоко вздохнул и, прислонившись к стене, сказал:
— И как долго ты тут?
После его слов рядом с ним неожиданно оказался молодой человек и, улыбнувшись, встал рядом с королём, точно так же прислонившись к стене. Благодаря их одинаковым позам и похожей одежде, сходство, которое и так невозможно было не заметить, ещё сильнее бросалось глаза. Единственным отличием было то, что один из них выглядел значительно моложе второго, благодаря магии, бурлящей в нём.
— Как ты догадался, что я здесь?
— Мы близнецы, забыл? Я чувствую тебя слишком хорошо. Ты лучше скажи, как ты смог стать невидимым?
— Ты не представляешь, что может сделать заклинание "отвода глаз" и "тени", — с восхищением в голосе затараторил Илсорий. — Теперь, когда есть доступ к источнику, я могу запросто стать невидимым для любого.
— А от меня зачем скрывался? Или ты от моих гостей? Этот маг из Люкении... — Анторий посмотрел в сторону, куда ушли его гости, — он хотел с тобой поговорить.
— Потому и скрывался, — мгновенно нахмурился его брат. — Он ведь всё понял.
— Что? — Почувствовав настроение Илсория, король тоже нахмурился.
— Про магию. Я уверен, что он всё понял. Он ведь не из слабых. Другое дело, насколько много он понял?
— Вот бы и спросил его.
— Но тогда пришлось бы отвечать на вопросы, — Илсорий отстранился от стены и посмотрел на брата. — Сам же знаешь, если люди узнают об истинном значении талисманов Дракона... всё слишком усложнится. К тому же, я ещё не наигрался.
Илсорий рассмеялся, по-мальчишески скрестив руки за спиной и покачиваясь на ступнях взад и вред.
— Ведёшь себя, как маленький, а вроде сорок уже стукнуло, — нахмурился его брат.
— Ничего не могу с собой поделать, — рассмеялся тот. — Прежде чем заняться изучением нашей магии, я хочу до конца узнать эту.
— И как твои успехи?
— Я всё ещё узнаю. Смотри,
что я умею. — Он щёлкнул пальцем, и вокруг в маленькой метели закружились снежинки.— Ох, ради Небесного, хватит заниматься ерундой. Сделай лучше что-нибудь стоящее, пока ещё есть время, — ворчливо сказал Анторий, так же отстранившись от стены, у которой стоял.
Илсорий, которой до этого выглядел, как шкодливый мальчишка, мгновенно посерьёзнел и посмотрел на брата взглядом умудрённого учёного.
— Есть и кое-что стоящее, брат. Я пришёл именно для того, чтобы это "кое-что" и рассказать тебе.
— Так чего ты ждёшь?
— Ждал, когда ты останешься один. То, что я хочу тебе показать, не для посторонних.
— Пошли, — мгновенно собрался Анторий, и оба брата быстрым шагом пошли в кабинет, где, как они знали, им никто не помешает и не подслушает.
Несмотря на то, что они были близнецами, братья сильно отличались друг от друга. Но именно это их ещё больше сближало. Анторию нравилось быть в центре внимания, управлять страной и повелевать подданными, в то время как рано открывшийся дар к магии у его брата определил его дальнейшую судьбу. Монарх не может быть магом, это был непризнанный закон Равнины. Поэтому Илсорий, хоть и родился раньше на несколько секунд, не мог претендовать на трон. Но обоих это устраивало. Каждый из них получил то, чего хотел, и пока Анторий учился управлять королевством, Илсорий воодушевлённо изучал магические потоки и заклинания.
И именно разные интересы, как ни странно, ещё больше сплотили братьев. Они дополняли и поддерживали друг друга, помогая советом советом в случае необходимости. И хотя Анторий, который взрослел как все нормальные люди, постоянно ворчал на брата, когда тот начинал вести себя подобно малолетнему подростку, внутренне он сам чувствовал себя моложе, когда они находились вместе.
И сейчас, удалялась по коридорам, Анторий сам не отдавал себе отчёта в том, что его спина распрямилась, а походка стала более прыгучей, чем ранее.
Аккес шёл по коридору быстрым и уверенным шагом. Навстречу ему вышла служанка и, увидев его, ойкнула, отскочив в сторону. Уперев взгляд в пол, она испуганно прижалась к стене, молясь Богине, чтобы её не заметили. Но он уже привык к подобной реакции и попросту не обращал на это внимания, потому и прошёл мимо, даже не посмотрев в сторону перепуганной девицы.
Когда он подошёл к нужной ему двери и проник в большой зал, там уже сидели Эгрант и Альдан и о чём-то беседовали. Услышав, как хлопнула дверь, они умолкли и повернулись в его сторону.
— О, а вот и ты, — улыбаясь, сказал Эгрант и жестом пригласил Аккеса подойти ближе. — Мы как раз обсуждаем наши дальнейшие планы.
— Скажи, ты что предпочитаешь: пустыню или острова? — спросил Альдан, развалившись в мягком кресле и закинув одну ногу на другую. Он выглядел так, будто всё вокруг всего лишь забава для его развлечения.
— Лес, — ответил Аккес, даже не посмотрев в его сторону. Он подошёл к третьему креслу, которое стояло рядом, но не сел в него, а устроился на подлокотнике. В отличие от других, ему никогда не нравилось сидеть на мягкой обивке. Он вообще предпочёл бы твёрдый стул или скамью, но ничего такого вокруг не было.