Просто Он
Шрифт:
— Ты же сказал — езжайте домой, ну я и…
— Я просто не хотел тебя утомлять. Видел, что ты напряжена из-за того, что случилось, и вообще… наверное я сам боялся быть с тобой рядом в тот момент. Боялся, что не выдержу и снова наброшусь на тебя.
— Я бы не стала сопротивляться. Я сама думала о том, чтобы на тебя наброситься!
— Получается, я зря тебя отправил? Потеряли несколько часов прекрасного безудержного секса!
Мы смеемся, Женя выглядит счастливой! Мне нравится видеть ее именно такой.
— Не представляешь, как я переживала… Мне работа нужна была, просто хоть волком вой! Эта должность
Так, а вот это уже интересно.
— А он откуда узнал?
— Понятия не имею. А что? Есть разница?
— Нет. Просто любопытно. И почему ты так хотела работать у нас?
— Потому, что у вас самый крутой стальной босс во всем Сити.
— Какой босс?
— Стальной. Я тебя так назвала.
— Интересно почему?
Потираю себя пониже живота, и мы снова хохочем. Она разливает свежесваренный кофе в чашки, добавляет мне сливок и сахара. Она такая домашняя, нежная родная…Разве может она быть замешана в какой-то грязи?
— Потому, что ты был очень строгий, и серьезный, и… такой жесткий иногда в разговорах…
— Но не с тобой. С тобой я старался…
— Угу, я в курсе. Ну и потом, твои глаза. Они иногда как сталь.
— Ты боялась меня?
— До дрожи в коленках?
— А сейчас боишься?
— До дрожи в коленках…
— Почему?
Обнимаю ее, отставляя чашку. Неужели, правда, боится?
— Боюсь тебя потерять?
— Ты меня не потеряешь, малыш. Обещаю!
Глава 57. Он
Я снова целую ее, тщательно облизывая эти сладкие губки, на которых остались крупинки кофейных зерен. Она мягкая, сладкая, такая удивительно родная — всего лишь за каких-то пару дней.
И кто-то хочет мне доказать, что моя Женя участница чьего-то грязного заговора против меня и против нашей компании! Хм, интересно…
И самое интересное — думал ли этот кто-то, отправляя ко мне Женю, что у нас с ней получится вот так?
На самом деле я не верю в такие глобальные шпионские операции, да и, честно говоря, ни в какие особенно не верю.
Какова была вероятность того, что я клюну именно на такую девчонку? Тем более… ну, в принципе, положа руку на сердце она у меня первая такая. До этого предпочтения были, скажем так, более стандартны и тривиальны. Ну да, хорошо упакованные куколки, как их называют — фитоняшки? Гламурные Барби — ну… в общем, наверное, да. Хотя, все-таки и не много у меня было дам, с которыми меня связывали именно отношения. Точнее совсем не было.
Наверное нужно реально быть Нострадамусом, чтобы предсказать мой интерес к новой скромной сотруднице.
Ну, или еще вариант — меня чем-то специально опаивали и опаивают, чтобы я кидался на нее как голодный пес на косточку.
Смешно.
— Что ты улыбаешься?
— Думаю, что за счастье мне такое привалило, девочка Женя, сладкая как медовая пахлава…
— Ты любишь пахлаву?
— Честно? Не знаю. Вообще, я люблю мясо. А все, что не мясо, ну так…Дозированно.
— Значит я для тебя должна быть не сладкая как пахлава, а сочная как стейк.
Снова смеемся. Нет уж, стейком я ее точно не считаю…
— Ты не можешь
быть стейком, ты слишком сладкая. Ты… как клубника со сливками.— Клубнику со сливками я люблю. Очень…
— Почему не сказала? Я бы тебя кормил каждый день!
— Я клубнику не ела уже год, наверное… Боюсь, что у Ляльки аллергия выскочит. Я же кормлю…
— Точно, я забыл. Но… попробовать ведь можно? Ну, чуть-чуть? Если аллергии не будет, тогда?
— Попробовать можно. Я пока заменяла ее на бананы со сметаной.
— Ого… странное сочетание. Это вкусно?
— Очень, я люблю. По вкусу похоже на… на пломбир. Но…
— Что?
— Эх, часто такое есть нельзя. А то… в дверь не пролезу!
— Ну, у нас в доме широкие дверные проемы.
— Боюсь, если я не буду входить в дверь ты меня быстро из дома выгонишь!
— Я тебя никогда никуда не выгоню, ты меня поняла?
— Угу…
Целую ее нежно, снова зарываясь лицом в волосы…
Кто же хочет, чтобы я считал Женю преступницей?
Я должен понять, кому это может быть выгодно? Ее отцу, Соколу? Ну, в принципе, это на него похоже.
В прошлый раз он поступил именно так. Сокольничий с моим отцом работали в команде. Мы с братом в то время были просто салагами, только начинали, но подготовили шикарное предложение западным партнерам, у нас была улетная презентация, очень выгодные условия и новые технологии, разработанные нашими молодыми специалистами — проект был в для медиа-индустрии, один из первых в стране. Но… Сокол просто подарил наш проект конкурентам. Вернее продал, конечно. Каково было удивление всей команды, когда мы увидели нашу презентацию у другой компании? Ну, они ее чуть-чуть подрихтовали, но так, чисто для проформы. Нас опередили буквально на несколько часов. Естественно, мы остались в пролете. Еще и на бабки здорово попали. Отец почти сразу вычислил, кто нас так подставил. Но… выпутаться из партнерства с Соколом оказалось не просто. Повезло, что он вскоре слетел с должности. Вернее, не слетел, формально пошел на повышение, но уже в другой структуре, там мы ему были уже не интересны.
Сейчас кто-то пытался получить информацию о нашем контракте. Но мы уже наученные горьким опытом мало кому доверяли.
Тем более, когда реально перед нами перспектива выйти на совершенно новый уровень… Такая возможность для нас открылась только благодаря моему брату. Это он у нас генератор идей. А я так… я скорее отвечаю за финансовую составляющую, как… продюсер в кино, что ли. Прикидываю, сколько надо вложить, чтобы не прогадать, и какая в итоге будет прибыль.
Еще в самом начале работы над проектом нас предупредили, что такой лакомый кусочек может заинтересовать многих. Поэтому мы и работали как долбанные перестраховщики, таща практически все только на своих плечах.
Честно говоря, с готовым продуктом работали только я, мой отец и мой брат. Даже наши помощники, даже топ-менеджеры компании знали о новом проекте далеко не все. Мы именно разделили циклы по структурам. Чтобы получить полное представление о сделке, о предмете сделки, да, даже о нашем партнере — надо было сложить весьма приличное число составляющих.
Что ж… Ну, пусть, конечно же, попробуют.
— Ты куда-то улетел? О чем думаешь?
— О тебе…
— Неправда, ты думаешь о другом. О работе? Какие-то проблемы?