Прости…
Шрифт:
— А твои родители, ведут себя как-то иначе?
— Моя мать очень избалована. Она никогда не позволит, что бы на неё повысили тон, или забыли что у неё какая-то важная дата, и цветы в вазе не стоят. Мне даже иногда кажется, что она чересчур требовательна к Игорю Викторовичу. Он добрейшей души человек, подарки ей всегда из командировки привозит, почти всю работу за неё по дому делает, а она вечно капризничает и всем не довольна. Мне даже перед отчимом, иногда за неё неудобно бывает.
— Странно, что ты так о своей матери говоришь. Она женщина и капризы ей свойственны.
—
— На то вы и мужчины, чтобы их терпеть! — улыбнулась Катя.
— Только, где набраться столько терпения? Вот, ты сегодня, перебрала весь свой гардероб, пока выбрала это платье.
— Как ты не понимаешь, там же будет Диана с Яной, родители им одежду в лучших бутиках покупают. У них базарных шмоток, вообще нет! И ты хочешь, что бы я пошла туда, в чём попало?
— Мне кажется, ты слишком к себе придираешься! Твои вещи тоже не на базаре куплены. Да и не в вещах дело.
— А в чём же?
— Вот мне абсолютно не важно, как ты одеваешься.
— Неужели? — с ухмылкой спросила Катя. — Ты хочешь сказать, что тебе всё равно как я выгляжу?
— Я не это имел в виду. Выглядишь ты всегда отлично, и мне это очень приятно. Но вот несносная болтовня твоих подружек о шмотках, косметике, и о том кто как одевается и какой фирмы духи, или сумочка, понимаешь, — это всё пустое, наигранное. Важно, что у человека, вот здесь, — он приложил руку к груди. — Ты же на самом деле не такая как они. Зачем хвастаться, кому-то подрожать. Эта Диана с Яной — накрашенные куклы, меня очень раздражает, когда они начинают обсуждать своих знакомых. Зачем ты вообще с ними водишься?
— Валера, ты не прав! — вскипела Катя. — Мы же девушки и обсуждаем, то, что нам интересно, не будем же мы на вечеринке говорить о футболе, или политике. Если мы в этом ничего не понимаем.
— Хорошо, хорошо, не кипятись! — он остановился и взял её лицо в свои руки. — Ты когда злишься, у тебя из глаз летят молнии, только их никто не видит кроме меня. Успокойся, я не хочу, чтобы мы с тобой ссорились. Ты всё равно у меня самая лучшая и я тебя люблю! — Валера нагнулся и поцеловал её в губы.
Катя отстранилась от него и сделала обиженный вид.
— Только вот почему-то, всё время жизни учишь. Я кстати, твоих друзей не обсуждаю.
— Ну, котёнок, не обижайся!
— На сей раз, я тебя прощаю, так и быть! — рассмеялась Катя, она не могла на него долго злиться!
Когда Валера с Катей подошли к кафе, Диана уже начинала нервничать:
— Ещё чуть-чуть и мы бы не стали вас больше ждать. Договорились же в шесть. Почему опаздываете?
— Всего на каких-то минут десять задержались, сама понимаешь, час пик, везде пробки, — оправдывалась Катя.
— Ладно, проехали, — сбавила она тон. — Вот познакомьтесь — это Олег. — Представила она коротко стриженого парня, с оттопыренными ушами, одетого в короткую кожанку.
— Катя, — ответила Катя и протянула навстречу волосатой руке, свою тонкую ладошку, чувствуя, как теряется её рука в большой мясистой лапе нового знакомого.
Рукопожатие с Валерой затянулось, вероятно, парни не упустили шанса проверить свою мужскую силу.
Девушки переглянулись, а Яна съязвила:
—
Даша, мы только что поднимались в кафе, которое ты предложила, как оно там называется? «У Алёнушки»? Не понимаю, что тебе там могло понравиться? Детский сад какой-то, здесь же нет нормальной публики! Одни студенты из близлежащих общаг ошиваются. Мне совсем не катит сидеть в компании пэтэушников. Может быть, найдём место поприличнее, где серьёзные люди собираются?— Не знаю, — пожала плечами Катя и краем глаза посмотрела на Валеру.
— Поехали в «Арарат», правда, далековато немного, зато посмотрите, как нормальные люди отдыхают, — предложила Диана.
— Да, место хорошее, мой босс там часто бывает, — подал голос Олег.
Кафе «Арарат» стояло на возвышенности и чтобы попасть туда, приходилось преодолевать препятствие в виде многочисленных ступенек, которые полукругом поднимались на высоту не менее десяти метров. Наверно, в связи с нелёгким подъёмом к «вершине», хозяин заведения и придумал такое интересное название.
Интерьер кафе, Кате пришёлся по вкусу. Небольшое помещение было оформлено с изыском и комфортом, предполагая уютный отдых в своих стенах. Цветовая гамма тщательно продумана и не многоцветна, тёплые спокойные тона хорошо гармонировали между собой. Стены отделаны декоративным панно из искусственного камня, у каждого столика настенный светильник викторианской эпохи. И главная достопримечательность — аквариум с рыбками. Большой, в человеческий рост, он стоял в центре зала и хорошо просматривался со всех столиков.
У входа их встретил официант, и с дежурной белозубой улыбкой, предложил свободный столик. Компания быстро расположилась на своих местах. Почти все столики были заняты посетителями, за исключением нескольких, где красовались таблички: «стол заказан».
— Ну, вот, ещё немного и уже не было бы свободных мест, — сказала Диана. — А местечко здесь, очень классное, после девяти вечера будет дискотека. Можно очень даже неплохо повеселиться. Так что ты Яна раньше времени не расстраивайся, познакомишься, с кем ни будь.
— Я и не расстраиваюсь, — отбросила длинные пряди крашеных волос блондинка, она достала из сумочки сигареты «Море» и, чиркнув зажигалкой, сделала затяжку. Плавно выпуская клубы дыма, забросила ногу за ногу, и положила руку с сигаретой на острую коленку. — Если я пришла сюда одна это не означает, что мне одиноко и срочно нужна мужская опека. Присматривай лучше за своей пассией, а иначе придётся домой возвращаться одной. — Она облокотилась на спинку кресла и кокетливо улыбнулась Олегу, тот видно понял это по-своему и покосился на Диану, не заметила ли та намёка.
Катя молча наблюдала за этой перепалкой, она с первого класса знала Диану и Яну, но до сих пор не могла привыкнуть к постоянным ссорам блондинок. Девушки всегда могли найти повод из-за чего придраться друг к другу, но долго обид не держали. С утра они расстались врагами, а к вечеру, уже, как ни в чём не бывало, вместе обсуждали своих одноклассников. Катя же была для них нечто вроде жилетки для слёз, ей всегда можно доверить что-то личное и сокровенное, и об этом никто не узнает. Но иногда острые жала языков касались и её…