Прощай, Бог
Шрифт:
Про женщин разговор был особый. Чего только не вытворял с ними Гоша, как только не измывался над ними, мстил за долгие годы невнимания к своей персоне. Скажем прямо, нехорошо он себя вёл с ними, просто по-свински. Он мог выставить даму в голом виде за дверь, заехать в глаз, бросить очередную любовницу где-нибудь ночью в лесу одну и так далее и тому подобное. Он изощрялся в издевательствах над ними, как только мог, на сколько позволяла фантазия. И что же вы думаете, бабы всё равно ходили за ним толпами и терпели все его выкрутасы с каким-то животным наслаждением, их мазохизму не было предела. Во как сильно взволновал он их души или что там у них есть ещё.
Итак, в гонке за наслаждениями промаялся Гоша примерно три месяца. Это болото развлечений засасывало всё глубже и глубже, бешеный ритм такой жизни стал сказываться на здоровье, не мальчик уже. Хорошо, что он позаботился об этом вопросе заранее, приобрёл необходимые витамины и лекарства для нейтрализации
Как-то, проснувшись после очередной гулянки, Гоша вознамерился сходить пообедать или позавтракать, это кому как больше нравиться называть трапезу в три часа дня. Он отправился в ресторан, который находился неподалёку. Наш герой иногда заскакивал туда съесть чего-нибудь, кормили там хорошо, да и официантки от него млели, как зефир от огня. Он зашёл, сел за столик и, подошедшей к нему знакомой официантке, заказал чего-то там погрызть. И вдруг с удивлением обнаружил, что та смотрит на него как-то с прохладцей, даже равнодушно, хотя раньше смотрела на него как голодная собака на котлету, с нескрываемым желанием и вожделением. Гоша не обратил на это внимания, но в тот же вечер история повторилась уже с другой знакомой дамой. Ещё он заметил, что стал как-то тяжеловато общаться с людьми и совсем перестал заводить новые знакомства. Пару дней он ещё звонил приятелям и подругам, но все как один находили какие-то поводы, чтобы не встречаться с ним и стали даже избегать разговоров. Гоша насторожился. Прислушиваясь к себе, он вдруг осознал, что его не сильно интересует тот образ жизни, который он вёл последние три месяца. Ему в голову закралась догадка, надо было её проверить. Хорошо, что он установил видеокамеру у себя в квартире. Просмотрев видеозаписи, он нашёл причину этих странностей.
Как-то недели две назад он пришёл домой вдрызг пьяный, был сильно возбуждён, метался по квартире, махал руками, что-то орал, с треском выгнал двух шалав, пришедших вместе с ним и разбил телевизор. Вдобавок ко всему, достал из сейфа свой прибор, подключил к смартфону и после недолгих манипуляций направил прибор на себя, подержал так некоторое время, аккуратно положил всё обратно в сейф и отправился спать. Теперь стало всё понятно, он возвратил себе первоначальную личность со всеми ей присущими признаками. Можно сказать, что ему в очередной раз повезло, а то не известно, чем бы закончился для него такой разгульный образ жизни, лёгкую форму белой горячки с провалами памяти он уже заработал, могло бы быть и хуже, но закончилось всё вполне приемлемо - он "пришёл в себя".
"Да, гульнул", - подумал Гоша, дуя свой любимый зелёный чай, - "А что делать дальше?" Ответ на этот вопрос он ещё не придумал, да и когда ему было думать, если каждый день пьянки, гулянки да бабы нескончаемым потоком. "Эх, да после такого отдыха следовало бы слегка отдохнуть", - наконец-то пришла к нему в голову здравая мысль. За съём московской квартиры он платил авансом, за месяц вперёд, так что ещё недели две у него было, не пропадать же деньгам зря. Так как других дел у него вроде бы пока не намечалось, то он взялся за отдых. Первым делом Гоша прошёл обследование на предмет причинения урона своему здоровью. Уважаемая медицинская комиссия много чего обнаружила в нём, но мы остановимся на главных пунктах обвинения. Во-первых - довольно существенное увеличение печени; во-вторых - гастрит и в-третьих - некоторые запрещённые вещества в крови и моче. Но, так как он обследовался на платной основе, то есть анонимно, то беспокоиться об этом не было необходимости. Главное было то, что за время своих бесчинств он не подцепил никаких неизлечимых и экзотических болезней, а всё остальное было поправимо. "Через неделю, другую вся дрянь из организма выйдет, а с печенью и желудком разберёмся", - резонно подумал он. Закупив рекомендованные медиками препараты, наш любитель острых ощущений принялся за ремонт подпорченных органов.
Наряду с поправкой здоровья, Гоша с головой окунулся в свои финансовые дела. Проверив свой счёт в банке, он взгрустнул, больше четырёхсот тысяч долларов, как и не бывало, и это за неполные три месяца. Куда они подевались, неизвестно. Взяв распечатку всех операций со своего счёта, Гоша так ничего и не понял, там были одни коды. Тогда он направился в банк за разъяснениями. Такой потехи служащие этого банка не знали не до, да, наверное, и после этого визита. Менеджер сначала с неохотой взялась за детализацию платежей, однако уже через пять минут она звонко заливалась, и на этот смех сбежались почти все служащие банка. Чего там только не было, каких только покупок и заказов Гоша не наделал за эти злополучные два с половиной месяца. И ведь же, почти ничего не помнил. Мы не будем перечислять всякие там дорогие безделушки и хорошие вина, бабам это нравилось, но вот зачем надо было брать на прокат крокодила в зоопарке или снимать на один вечер планетарий в доме детского творчества, это понять невозможно. Ещё в этом длинном списке значилось катание на страусах, приглашение всего кордебалета
Мюзик-холла куда-то в баню, заказ пятнадцати празднично украшенных трейлеров, заказ подвенечного платья для лошади, заказ тридцати проституток и следующим пунктом значилась покупка тридцати билетов в Большой театр на балет "Лебединое озеро", который должен был посетить какой-то высокопоставленный представитель Ватикана. В общем, повеселил он дружный коллектив этого кредитного учреждения сполна, до желудочных колик, некоторые даже стали смотреть на Гошу с уважением, мол, умеет мужик повеселиться. Но смех смехом, а деньги то тю-тю. Однако, проверив свой счёт на бирже, Гоша был приятно удивлён, те же самые четыреста тысяч долларов торговый робот, установленный им ещё в бытность трейдером, набил за то же время. Остался, в общем, Гоша при своих, ну если не считать подпорченной печени.Итак, потратив эти две недели с пользой для здоровья, наш герой начал задумываться о дальнейших планах, благо в голове стало проясняться. Он съехал с московской квартиры к себе домой, отдал жене значительную сумму денег, якобы заработанных на халтуре, чему она была крайне рада и с лишними вопросами не приставала. Сидя в своём старом кресле и потягивая зелёный чай из пивной кружки, он пытался представить себя в каком-нибудь другом образе. "Финансовым воротилой я был, супер мачо был, на каком бы ещё поприще себя попробовать?" - думал он. Что-там ещё оставалось в списке? Слава и власть. Да, власть и слава. С чего бы начать? Гоша прикидывал и размышлял, оценивал все за и против, приводил аргументы и доводы в пользу того и другого.
Прославиться можно было несколькими путями: стать учёным (очень долго и хлопотно, нужно учиться, пробиваться в этом учёном мире, где каждый хочет тебя столкнуть с пьедестала и занять твоё место), стать артистом (тоже не быстро и ещё труднее), стать общественным деятелем (ещё хуже, всеобщее внимание, постоянная суета и тому подобное). Не любил наш герой излишнего шума вокруг, по крайней мере, в своём изначальном образе. На счёт власти тоже были большие сомнения, а нужна ли она ему, да и где взять образцы жидкости? Этих верховных политиков и их выделения охраняют лучшие из лучших, колоссальные средства выделяются на это дело. Так что шансы взять образец жидкости равны нулю, а становиться каким-нибудь второстепенным лидером не имело смысла.
Так размышлял наш герой, сидя в своём продавленном кресле и дуя зелёный чай. И тут вдруг до него стало доходить, его начало накрывать волной понимания всего того, что с ним произошло за последнее время. Странно, но почему-то раньше он не задумывался об этом и не осознавал всей серьёзности своего изобретения. Его вдруг как будто стукнуло чем-то тяжёлым по голове. Вопросы посыпались градом на бедного Гошу. Примерно на неделю он впал в глубокую задумчивость и даже в ступор. Он целыми днями просиживал в своём кресле, бессмысленно уставившись в окно и пытаясь что-то сообразить. Напомню, что наш герой не обладал стремительным мышлением, поэтому ему нужно было время, чтобы во всём разобраться.
"Да какой власти тебе ещё нужно?" - спрашивал он сам себя. "Да я и так обладаю властью несравнимо большей, чем все эти министры, олигархи, президенты и диктаторы вместе взятые. Я могу сам стать кем захочу, я могу превратить любого в кого пожелаю, я могу изменить жизнь человека, я могу вершить судьбы людей, а может быть и стран, а может быть и всей планеты, а чем чёрт не шутит. Да такой власти ещё никогда и не у кого не было, разве что только у ..., даже страшно подумать, у самого Бога. Я обладаю супер оружием, никакие ядерные, водородные и какие там ещё есть бомбы не идут ни в какое сравнение с моим изобретением. Перед моим прибором бессильны все армии мира, все спецслужбы и полиции, весь государственный аппарат, потому что все эти структуры подчиняются каким-то конкретным людям, а я могу превратить их в кого угодно. Я могу переделать самых кровожадных и властолюбивых тиранов в безобидных обывателей, я могу из банды матёрых убийц настрогать церковный хор, я могу сотворить из никчёмной серости гения, а потом вернуть его обратно. Да я со своим прибором всё могу. Я, как алхимик в средние века, могу из говна делать золото и наоборот. Да я такого могу...". И тут нашего Гошу понесло, каких только "я могу" он себе не напредставлял, каких только возможностей не напридумывал. Колоссальный потенциал таился в его маленьком приборчике, безграничную власть давал он своему обладателю. Так куда бы его пристроить, как было бы правильней его использовать, в чьи руки следовало вложить это страшное оружие?
Вот такие мысли занимали сейчас Гошу, и, согласитесь, нужно было время, чтобы в них разобраться. Было от чего можно впасть в глубокую задумчивость. Проверив на практике силу своего прибора, наш герой понимал, что поспешных решений принимать нельзя, осторожность превыше всего, последствия могли быть непредсказуемыми и непоправимыми. А действительно, что же было делать со столь грозным оружием? А то, что это являлось оружием, наш герой уже не сомневался. Ещё в своей первой статье он заметил, что человек в силу своей природы из всего способен сделать оружие. Так в чьи же руки следовало отдать это своё изобретение? Кому можно было вверить судьбы мира, на чьи плечи возложить ответственность за использование той силы, которая заключалась в этом маленьком приборчике?