Чтение онлайн

Они упали в знакомый «тёмный колодец». Стас представил себе Москву две тысячи двадцать шестого года, современником которой был Ста-Пан, чтобы сразу оказаться в столице, а не где-нибудь в мейнстримовской Тьмутаракани, и вдруг подумал, что они смогли бы прекрасно отдохнуть и в хронике второй Дарьи. В этом случае никто за ними гнаться не будет, так как равновесники вряд ли догадаются, где их следует искать. Ста-Пан предупреждал, что Регулюм контролируется так плотно, что неопытного абсолютника наверняка засекут. А если скрыться в «хрономогиле», в «стёртом виртуале», никто и не подумает искать беглецов там.

Мысль

превратилась в желание.

Стас поворочал в темноте своим «мысленным локатором», обнаружил в чёрной бездне «колодца» слабо мерцающую лучистую звёздочку, «маркер» Ста-Пана, подивился её удалённости и устремился к ней, потянулся всем телом, не выпуская руки спутницы.

Сознание помутилось и медленно восстановилось.

Глаза резануло зеркальным зайчиком.

Испуганно вскрикнула Дарья.

Стас едва увернулся от выезжавшего в переулок автомобиля и дёрнул за собой девушку.

Они оказались в городе (через несколько мгновений стало ясно, что это Москва) ярким солнечным днём (опять же – ярким он был в сравнении с «колодцем»), чудом не попав в самую гущу потока машин. Заметили их «вытаивание» из воздуха только водители двух-трёх авто, проехавшие мимо с вытаращенными глазами. А Стас понял, что ещё пока не умеет ориентироваться в тхабс-тоннеле и выходить из него так, чтобы его никто не заметил.

– Глинищевский переулок, – машинально прочитала Дарья; вид у неё был заторможенно-осоловелый.

Стас поднял голову на вывеску кафе на углу Тверской улицы и Глинищевского переулка: «Сбарро». Странное название, раньше здесь было другое кафе. Хотя какая разница?

– Отлично, идём пить кофе!

Он потянул несопротивлявшуюся спутницу за собой, и стеклянные двери кафе раздвинулись перед ними.

По очереди посетили туалет.

Стас осмотрел зудевшее плечо и уже без особого удивления увидел два глянцевых пятнышка новой кожи в тех местах, где пуля пробила плечо. Скорее всего Ста-Пан вложил в эйконал и умение залечивать раны на уровне инстинкта, которое пробуждалось без участия сознания. В таком случае следовало его поблагодарить в очередной раз и обругать одновременно, так как он явно предполагал ситуации, в которых Панов мог нарваться на пулю. Или на что-нибудь похуже.

Впрочем, и это рассуждение не сильно расстроило Стаса. Он уже втянулся в предложенное приключение и почти не вспоминал о своей работе в компании, о коллегах и друзьях. Грызло душу только воспоминание о родных и близких. Отцу и маме наверняка трудно будет смириться с отсутствием сына, «пропавшего без вести». Очень хотелось вернуться и успокоить обоих, что с ним всё в порядке, что он просто выполняет секретное задание. Хотя Стас при этом отчётливо понимал, что его земная реальность является виртуалом, она как бы существует и не существует одновременно и скоро – по меркам мейнстримовской реальности – тихо зачахнет и погаснет из-за отсутствия энергии.

Дарья задержалась в туалете дольше. Вернулась задумчивая и рассеянная. Психика девушки быстро восстанавливалась, душа ожила, и ей не терпелось услышать объяснения спутника, по сути сделавшего её заложницей обстоятельств, укравшего, как невесту.

Заказали сок, блинчики с мёдом, кофе и уже через четверть часа окончательно пришли в себя.

– Здесь хорошо, – расслабилась Дарья, прислушиваясь к тихой

музыке. – Давно не была в Москве. Вообще даже не думала сюда попасть. Неужели я не сплю?

– Не спишь, – качнул головой Стас. – Хотя весёлого в нашем положении мало. Пока ты отсутствовала, я узнал, что здесь сегодня двадцать первое сентября, а нам надо прибыть в… э-э, другую Москву в феврале. Поэтому посидим тут чуток, потом поищем укромный уголок и волхварнём в хроник, где у нас… у меня есть работа.

– Кто ты всё-таки? – пристально глянула ему в глаза девушка.

Стас улыбнулся.

– В прошлом – член совета директоров компании «Русский арктический шельф». А сейчас – не знаю, кто. Абсолютник, которому предложили спасти мир.

– Я не понимаю, когда ты шутишь, когда нет.

– Я не шучу. Ты готова меня выслушать?

– Д-да.

Стас почувствовал нарастающее волнение девушки, успокаивающе накрыл её ладошку своей.

– Я понимаю… что ты ничего не понимаешь. Восприми эту информацию как новогоднюю историю, как сказку. Когда мне объяснили, что происходит в мире на самом деле, я тоже обалдел.

– Хорошо.

Стас вздохнул и медленно, подбирая слова, поведал Дарье истинную историю Регулюма.

Рассказ длился почти полчаса.

Дарья сидела, не шевелясь, не спуская с него сухо блестевших глаз. Она не задала ни одного вопроса и лишь дважды судорожно вздохнула, словно вдруг вспоминала, что надо дышать.

– Вот почему мы здесь, – закончил Стас хрипло, чувствуя облегчение. Смочил пересохшее горло глотком сока.

Он не знал, что думает по поводу сказанного девушка, верит она ему или нет, и очень надеялся, что она отреагирует правильно.

Дарья не заплакала, не ударилась в панику, не стала кричать на него, обвинять во всех грехах и требовать, чтобы он вернул её обратно домой. Её слова, после того как он закончил, прозвучали для него райской музыкой:

– Как странно всё… я во сне видела, что живу в другом мире… и летаю без всяких крыльев…

– Летать нам придётся много, – засмеялся он.

– Но ведь мы вернёмся, когда твои дела закончатся?

Стас перестал смеяться, погладил её вздрогнувшие пальцы.

– Куда?

Она вскинула голову, заворожённо глядя ему в глаза.

– Я сморозила глупость… но ведь там остались мои родители… двоюродный брат…

– Твой виртуал скоро растворится в вакууме, а спасать всех я…

– Поняла, – печально опустила голову девушка. – Нас всех вычеркнули из жизни.

– Меня тоже, – успокоил он её. – А мы будем жить назло всем врагам! Пойдёшь со мной или подождёшь здесь, в осени?

– Нет, я с тобой! – испугалась Дарья.

Стас улыбнулся, подал ей руку.

– Тогда пошли.

Искать уединённое место пришлось долго. Центральная улица Москвы – Тверская и все примыкавшие к ней улочки и переулки были забиты транспортом и пешеходами. Лишь в каком-то из двориков, за кирпичным сарайчиком у мусорных баков удалось отыскать сравнительно малолюдное пространство. Стас понимал, что из окон близлежащих домов их наверняка могла видеть не одна пара глаз, но делать было нечего, ждать ночи не хотелось, и он торопливо соорудил тхабс-дыру в местной геометрии, подумав, что такие плохо подготовленные прыжки сквозь слои реальности могут кем-то пеленговаться. Хотя Ста-Пан об этом ничего не говорил.